НЭО В СМИ
Игорь Мытник, Младший партнер, Оценка бизнеса и активов
В материалах, размещенных на сайте правительства, говорится, что в 2019 году размер ипотечной ставки должен опуститься до 8,9%. К 2021 году этот показатель должен достигнуть 8,5%, а к 2024 – 7,9%.
Правительство РФ запланировало снижение ипотечных ставок
В материалах, размещенных на сайте правительства, говорится, что в 2019 году размер ипотечной ставки должен опуститься до 8,9%. К 2021 году этот показатель должен достигнуть 8,5%, а к 2024 – 7,9%.

Несмотря на то, что многие эксперты говорят о предстоящем падении спроса на покупку жилья, у правительства стоит план увеличить объем выдачи ипотечных кредитов к 2024 году ровно вдвое – с нынешних 1,10 млн. до 2,26 млн. сделок.

Сегодняшняя ситуация на рынке

Напомним, что в прошлом году был зафиксирован всплеск интереса покупателей к ипотеке. Тогда банки выдали рекордное количество жилищных кредитов, общей суммой свыше 3 трлн. руб. В сентябре и октябре был достигнут исторический минимум по размеру средней ставки, которая составила 9,4% годовых. Однако к концу 2018 года ситуация резко изменилась и кредит начал дорожать, что успело отразиться на динамике спроса.

Между прочим, даже небольшое «колебание» ставки серьезно отражается на рынке. Казалось бы, цифра в половину процента может сыграть лишь очень незначительную роль, однако именно это «пошатнуло» спрос, ведя динамику покупок и оформления ипотеки в сторону уменьшения. Мы можем это наблюдать по данным Банка России, который опубликовал статистику рынка жилищного кредитования за 2018 год.

Так, во второй половине прошлого года банки повысили свои ставки по ипотеке с 9,5 до 10-10,5%, а в середине декабря Цетробанк поднял ключевую ставку, что опять же спровоцировало рост стоимости ипотеки. Именно в этот период резко сократилось количество заемщиков, и в декабре 2018 года число выданных ипотек превысило показатели декабря 2017 года всего на 4%.

Интересный факт! Как нам удалось выяснить у аналитиков компании «Метриум», чем ниже ставки по ипотеке, тем ниже спрос заемщиков на строящееся жилье. Повышение доступности ипотеки ведет к переориентации спроса на готовое жилье. В декабре 2018 года доля ипотечных кредитов, выданных для вложений в долевое строительство, достигла минимума за последние три года и составила всего 23%.

Так стоит ли надеяться на «правительственные» 8,9%?

Возвращаясь к правительственным материалам по национальному проекту «Жилье и городская среда», в которых говорится о намерении снижать ипотечные ставки и делать покупку жилья более доступной, мы решили опросить ряд экспертов рынка недвижимости, и узнать, насколько реальны эти цифры в сложившейся на сегодня экономической ситуации.

«В январе ряд крупных банков предсказуемо объявил о росте ставок по ипотечным кредитам, и пока тенденции к обратным действиям нет» - напоминает председатель совета директоров компании «БЕСТ-Новострой» Ирина Доброхотова, - «Базовая ставка на первичном рынке жилья сегодня составляет порядка 10 – 10,75% годовых. Льготные условия позволят получить кредит под 8,5% - например, в Сбербанке при условии того, что заемщик является зарплатным клиентом банка, пользователем сервиса «ДомКлик», покупает новостройку из определенного списка и застраховал свою жизнь, а также готов вернуть кредит через 7 лет» - добавляет эксперт.

В свою очередь, мы направили запрос в пресс-службу Сбербанка с просьбой прокомментировать их позицию относительно планов правительства и возможностей банка уменьшать ставку, где нам пояснили, что данную новость банк не комментирует.

Также, по словам Ирины Доброхотовой, обозначенная властями ставка ниже 9% пока является скорее специальным предложением на рынке недвижимости. Похожие предложения также можно встретить и в рамках спецпрограмм банков и застройщиков. Но в среднем по рынку ставка кредитования остается выше 10%. Чтобы достичь поставленной задачи в 8,9%, нужно будет или вновь прибегать к государственному субсидированию, или снижать ключевую ставку, для чего пока нет предпосылок.

В то же время, по оценкам специалистов «БЕСТ-Новострой», ипотечные заемщики остаются крайне чувствительны к изменению процентных ставок даже на небольшие доли процента. Так, снижение ставки по жилищным кредитам всего на 1,8% дало рынку 80%-е увеличение доли ипотечных сделок. Выдача ипотеки с 2016 по 2018 показала рост почти в 300%.

Руководитель ипотечного центра «Est-a-Tet» Алексей Новиков поделился с нами, что, учитывая грядущие изменения и текущую ситуацию на рынке недвижимости очень маловероятно, что в 2019 году ставка по ипотеке достигнет 8,9%. «Это возможно в случае, если при действии нового закона по строительству о проектном финансировании и эскроу-счетах, банк, осуществляющий проектное финансирование, будет предоставлять льготную ипотеку по «своим» домам» - считает эксперт.

Кстати! По словам главы Минстроя Владимира Якушева, «процент ипотеки, на который мы должны были выйти к 1 января 2019 года, и то, что мы имеем сейчас, уже не совпадает в связи с тем, что ключевая ставка изменилась».

Также, как нам рассказал генеральный директор ипотечного агентства «МИР» Павел Тимошенко, ставка 8,9% в 2019 году- цель очень сложно осуществимая без использования искусственных мер поддержки со стороны государства, так как экономических предпосылок к резкому снижению инфляции и ключевой ставки пока не наблюдается.

«Добиться средней ставки 8,9% в 2019 можно только с помощью государственного субсидирования ставок, к которому Минфин РФ прибегал уже не раз в последние годы. Если Правительство РФ имеет в виду снижение ставок за счет господдержки, то, возможно, это случится, правда в это пока сложно поверить. Что же касается прогноза на 2024 год и ставки 7,9 % — это больше похоже на правду, к этому рынок действительно может прийти за пять лет» - поделился эксперт.

«С учетом ускорения инфляции, повышения ключевой ставки Центробанком и падения реальных доходов населения, ипотечный кредит в дальнейшем будет дорожать. Во всяком случае в ближайшие месяцы мы не увидим сокращения ставок – в лучшем случае они сохранятся на текущем уровне» - считает управляющий партнер компании «Метриум» Мария Литинецкая. По ее словам, в 2019 году ипотека скорее всего продолжит дорожать, и базовые банковские ставки по кредитам могут возрасти до 11%. Можно предположить, что власти попытаются искусственно снизить ставки через новую программу субсидирования ипотеки или другие подобные меры, однако пока они озвучены не были, а льготные кредиты для многодетных семей никак на общую ситуацию с жилищным вопросом в стране не влияют.

Генеральный директор ГК «Атлас Девелопмент» Владимир Городенкер признался, что предугадать, как будет развиваться экономика до 2024 года – задача очень трудная. Опыт последних лет явно показал, что население заинтересовано в улучшении своих жилищных условий, а девелоперы готовы предлагать качественное жилье. Кроме того, озвученные президентом Путиным планы по объему ввода жилой недвижимости возможно реализовать только при высоком покупательском спросе.

Владимир Городенкер также считает, что «дешевая ипотека» является главным драйвером не только для строительной отрасли, но и для множества сопутствующих отраслей. Кроме того, все-таки нужно время, чтобы застройщики «вошли в колею» и привыкли работать в новых условиях. «Для этого, возможно, как раз подойдет та ипотечная ставка, которая на рынке сейчас – она слегка погасит спрос и не даст «наломать дров». Но в дальнейшем, когда строители «набьют руку», я думаю, что это не только удержит ипотечную ставку от роста до критических уровней, но и будет ее постепенно снижать» - прогнозирует эксперт.

Также младший партнер практики «Оценки» компании «НЭО Центр» Игорь Мытник напоминает, что, в текущем году размер ставок кредитования по ипотеке будет напрямую зависеть от действий Банка России и значения устанавливаемой им ключевой ставки. «Учитывая, что прогнозный уровень инфляции на 2019 год, по данным Банка России, составляет 5-5,5%, что превышает ее целевой уровень, снижение процентных ставок в 2019 г. маловероятно. В долгосрочной же перспективе (3–5 лет) возможно улучшение показателей макроэкономической стабильности. В этих условиях можно рассчитывать на снижение процентных ставок по ипотеке до уровня 8-9%» - считает специалист.

Максим Никиточкин, Руководитель проектов, АПК
На прошедшем съезде Союзмолоко глава Минсельхоза РФ Дмитрий Патрушев поручил представителей молочной отрасли провести анализ причин снижения экспорта молочной продукции в денежном выражении из России в 2018 году. Milknews пообщался с руководителем проектов практики АПК компании "НЭО Центр" и узнал, в чем могут заключаться причины этого явления и какие последствия ждут молочный экспорт до 2024 года.
Максим Никиточкин Зайти на восточные рынки представляется крайне сложной задачей
На прошедшем съезде Союзмолоко глава Минсельхоза РФ Дмитрий Патрушев поручил представителей молочной отрасли провести анализ причин снижения экспорта молочной продукции в денежном выражении из России в 2018 году. Milknews пообщался с руководителем проектов практики АПК компании "НЭО Центр" и узнал, в чем могут заключаться причины этого явления и какие последствия ждут молочный экспорт до 2024 года.

Рост производства молока совсем не означает рост его экспорта, что и показал 2018 год. За прошлый год было произведено 30 млн. 600 тыс. тонн молока, что на 1,5% больше относительно 2017 года. Однако экспорт снизился на 12% (в денежном выражении).

Министерство сельского хозяйство в Федеральной программе по опережающему развитию экспорта АПК к 2024 году запланировало рост экспорта молочной продукции до 0,8 млрд. долл., однако четкого понимания, каким образом будет достигнута данная цель, нет. 95% текущего российского молочного экспорта отправляется в страны СНГ и Монголию, рынок которых невелик, вследствие чего российский экспорт стагнирует. Зайти на восточные рынки (прежде всего, Китай) представляется крайне сложной задачей ввиду того, что данные рынки прочно монополизированы Новой Зеландией, молочную отрасль которой можно сравнить с нефтяной для России.
При этом новый глава Союзмолока Штефан Дюрр пообещал, что прирост российского экспорта молочной продукции в размере $500 млн будет обеспечен его ЭкоНивой, осуществляющей огромные инвестиции в производство и переработку молока. Наличие конкретных предприятий, ставящих своей задачей существенный рост экспорта, значительно способствует достижению целевых показателей, поставленных перед отраслью Президентом РФ.
Владимир Шафоростов, Партнер, АПК
В последние годы тепличное овощеводство было одним из главных драйверов отечественного АПК. С 2013 года производство тепличных овощей, прежде всего томатов и огурцов, увеличилось почти на 50%, достигнув одного миллиона тонн в натуральном выражении и 1,1 млрд долларов — в денежном. При этом 2018 год стал особенно показательным: если в предыдущие четыре года валовое производство овощей в среднем увеличивалось на 15%, то в прошлом году оно выросло более чем на 20% (для сравнения: производство свинины выросло примерно на 10%, а производство молока в сельхозорганизациях — на три–четыре процента). Внутри страны производится уже 95% всех огурцов и 65% томатов, выращенных в теплицах. При этом большая часть из 300 гектаров новых теплиц, введенных в строй в прошлом году, — это новые высокотехнологичные комплексы последнего поколения, что также является рекордным показателем для тепличной отрасли.
Капексов на всех не хватит
В нынешнем году развитие рынка тепличных овощей затормозится из-за сокращения господдержки сельхозпроизводителей. Владельцы теплиц прогнозируют уменьшение динамики роста тепличных площадей, рост цен на овощи и увеличение объемов импорта

В последние годы тепличное овощеводство было одним из главных драйверов отечественного АПК. С 2013 года производство тепличных овощей, прежде всего томатов и огурцов, увеличилось почти на 50%, достигнув одного миллиона тонн в натуральном выражении и 1,1 млрд долларов — в денежном. При этом 2018 год стал особенно показательным: если в предыдущие четыре года валовое производство овощей в среднем увеличивалось на 15%, то в прошлом году оно выросло более чем на 20% (для сравнения: производство свинины выросло примерно на 10%, а производство молока в сельхозорганизациях — на три–четыре процента). Внутри страны производится уже 95% всех огурцов и 65% томатов, выращенных в теплицах. При этом большая часть из 300 гектаров новых теплиц, введенных в строй в прошлом году, — это новые высокотехнологичные комплексы последнего поколения, что также является рекордным показателем для тепличной отрасли.

Между тем сегодня производители овощей закрытого грунта бьют тревогу: многие из них вошли в активную фазу инвестирования, что стало возможным благодаря государственной поддержке отрасли. Однако с начала 2019 года господдержку урезали. «Тепличное овощеводство в России развивается быстрыми темпами. Высоких результатов мы достигли благодаря госпрограмме поддержки овощеводства закрытого грунта, прежде всего благодаря капексам — субсидиям на возмещение капитальных затрат на создание и модернизацию тепличных комплексов. Однако уже с осени прошлого года размер субсидии снизили с двадцати процентов до десяти, а сейчас этот ключевой для нас вид поддержки хотят полностью ликвидировать. При этом до окончания действия программы осталось еще два года», — рассказывает президент ассоциации «Теплицы России» Алексей Ситников. По его мнению, в случае досрочного прекращения субсидирования развитие тепличной отрасли существенно замедлится и она вряд ли выполнит свои производственные планы: к 2025 году довести долю отечественных овощей на российском рынке с текущих 65 до 85%; кроме того, не исключен рост цен на овощи и увеличение импорта. Часть ключевых бизнес-проектов будет заморожена, а отдельные предприятия, которые не в силах остановить строительство, могут столкнуться с техническими дефолтами.


Оставьте капексы

В Минсельхозе подтверждают, что с 2019 года не планируют предоставлять тепличным комплексам субсидии на компенсацию прямых понесенных затрат. «Мы для себя определились, что капексы — это экстрамера, которая должна помочь тем отраслям, которые без подобной поддержки не смогут сами развиться. Сегодня таковыми являются животноводческие комплексы молочного направления, льно- и пенькоперерабатывающие предприятия (в текущем году по ним планируется 25-процентное возмещение прямых затрат), овцеводческие комплексы, селекционные центры по виноградарству, птицеводству, хранилища и другие сферы отечественного агропрома (размер возмещения — 20 процентов); пока что эти отрасли в большей степени недотягивают до уровня самообеспеченности, чем производители тепличных овощей», — пояснила ...



Продолжение статьи доступно по ссылке: http://expert.ru/expert/2019/07/kapeksov-na-vseh-ne-hvatit/
Инна Гольфанд, Партнер, АПК
Производители и ритейлеры бьют тревогу: сегодня почти половина всех товаров повседневного спроса (FMCG) продается с помощью промоакций, в стоимостном выражении это треть рынка. По данным Nielsen, через промо реализуется 83% всех стиральных порошков, 70% кофе, половина оборота шампуня и проч. Растет и зависимость потребительского спроса от промоакций: в настоящее время 72% россиян больше обращают внимания на скидки, нежели на такие характеристики товаров, как их необходимость, полезность, натуральность.
Охотники за суперскидками
В 2019 году промоакции будут основным инструментом розничных продаж, учитывая реалии российской экономики и низкий потребительский спрос. Для производителей альтернатива промо — разработка новинок и персонализация товаров и услуг

Производители и ритейлеры бьют тревогу: сегодня почти половина всех товаров повседневного спроса (FMCG) продается с помощью промоакций, в стоимостном выражении это треть рынка. По данным Nielsen, через промо реализуется 83% всех стиральных порошков, 70% кофе, половина оборота шампуня и проч. Растет и зависимость потребительского спроса от промоакций: в настоящее время 72% россиян больше обращают внимания на скидки, нежели на такие характеристики товаров, как их необходимость, полезность, натуральность.

Промоакции напрямую влияют на рыночную конъюнктуру. По мнению аналитиков GfK, в 2018 году ритейлеры и производители с ними явно переусердствовали: в результате активных промомероприятий, которые наложились на период низкой инфляции, рынок товаров повседневного спроса в стоимостном выражении впервые показал отрицательную динамику. Если к концу первого полугодия продажи снизились на 1,8%, то в конце сентября падение было на уровне 3,2%. В текущем году подобное снижение продаж вряд ли произойдет: с января цены по целому ряду товарных категорий пошли вверх. Однако в перспективе это приведет к сильнейшему промодавлению и, как следствие, к еще большему раскачиванию ценовых качелей.

Сегодня промоакции едва ли не ключевой инструмент привлечения потребителей в рознице. Толчок в развитии они получили примерно десять лет назад, когда активный рост экономики в нашей стране закончился, потребительский спрос начал сжиматься, а торговые сети хотели расти дальше. Первоначально ритейлеры пытались привлечь потребителей разумным соотношением цены и качества. Но в последние три-четыре года многие компании стали активно применять модель промоактивности, в результате чего теперь потребители выбирают магазины не со справедливыми ценами, а те, где они могут получить максимальную скидку.

Большинству участников рынка нынешняя ситуация с промоакциями кажется тупиковой. Конечно, с одной стороны, скидки помогают стимулировать продажи в условиях низкого спроса, с другой — желающих покупать товары только по акциям становится слишком много. «Промо — это институциональная ловушка, из которой компаниям необходимо выходить вместе. Отказаться в одностороннем порядке от участия в промогонке уже не получится: торговые сети понимают, что могут тут же потерять трафик, а производители боятся переключения потребителей со своих брендов на бренды конкурентов», — говорит директор по работе с розничными сетями компании «Nielsen Россия» Дмитрий Швецов.

Продолжение статьи доступно по ссылке: http://expert.ru/expert/2019/05/ohotniki-za-superskidkami/
Инна Гольфанд, Партнер, АПК
и Владимир Шафоростов, Партнер, АПК
Крупнейшая сделка в АПК, объявленная в 2018 году, — покупка группой «Русагро» Вадима Мошковича холдинга «Солнечные продукты» Владислава Бурова — к началу третьей декады января не была закрыта. Слияние активов намечено на этот год. В ноябре 2018-го «Русагро» выкупила права требования к «Солнечным продуктам» по кредитам Россельхозбанка на сумму 34,7 млрд руб. — более 80% от общей внешней долговой нагрузки. А в декабре предприятия холдинга объявили о намерении подать заявления о своем банкротстве. Причина — невозможность выполнить денежные обязательства перед кредиторами. В результате сделки «Русагро» планирует создать крупнейшую в стране масложировую компанию и увеличивать экспорт продукции.
Консолидация на тяжелом рынке. Число сделок в АПК сокращается, но их объем становится больше
Крупный агробизнес продолжает покупать активы для повышения операционной эффективности, а также диверсификации и вертикальной интеграции производства. При этом качественных предприятий с приемлемой ценой входа не так много. В этом году предложение может увеличиться на фоне ухудшения макроэкономической ситуации

Крупнейшая сделка в АПК, объявленная в 2018 году, — покупка группой «Русагро» Вадима Мошковича холдинга «Солнечные продукты» Владислава Бурова — к началу третьей декады января не была закрыта. Слияние активов намечено на этот год. В ноябре 2018-го «Русагро» выкупила права требования к «Солнечным продуктам» по кредитам Россельхозбанка на сумму 34,7 млрд руб. — более 80% от общей внешней долговой нагрузки. А в декабре предприятия холдинга объявили о намерении подать заявления о своем банкротстве. Причина — невозможность выполнить денежные обязательства перед кредиторами. В результате сделки «Русагро» планирует создать крупнейшую в стране масложировую компанию и увеличивать экспорт продукции.

M&A-активность неоднозначна

Итоги 2018 года на рынке M&A к моменту написания статьи еще не были подведены. В первом полугодии, по данным информационного агентства AK&M, в сельском хозяйстве было заключено всего шесть сделок общей стоимостью $56,9 млн. За аналогичный период 2017-го было завершено 23 M&A более чем на $1,1 млрд. За десять месяцев, согласно информации агентства, произошло 12 сделок на сумму около $510 млн. При этом в ноябре на рынке M&A был активен агрохолдинг «Степь», в декабре — «Черкизово».

Аналитик «Открытие Брокер» Тимур Нигматуллин оценивает сумму сделок по всем отраслям экономики в 2018 году в $20-25 млрд, в том числе в АПК — на уровне $3-3,5 млрд против $1,5-2 млрд в 2017-м. Правда, он при этом учитывает покупку компанией Japan Tobacco 100% группы «Донской табак» за $1,7 млрд, а также крупную сделку в сегменте рыбного промысла. В начале июля связанная с экс-сенатором Александром Верховским компания «Остров Сахалин» выкупила у семьи тогдашнего губернатора Сахалина Олега Кожемяки (сейчас он руководит Приморским краем) 96,38% акций Преображенской базы тралового флота — одного из лидеров на рынке рыбодобычи. По данным AK&M, стоимость сделки составила $415 млн. По словам партнера отдела инвестиций и рынков капитала KPMG в России и СНГ Дмитрия Мусатова, рыбный промысел — один из сегментов рынка, где в прошлом году сделки были ожидаемыми. Причиной могли стать изменения в регулировании отрасли, в частности начало работы системы инвестиционных квот, предполагает он.

Правда, эти сделки все-таки нельзя безоговорочно отнести именно к сектору АПК. А без их учета сумма M&A в нем оценочно будет на уровне 2017 года или несколько меньше. Впрочем, реальные показатели могут быть далеки от оценок: во-первых, потому что далеко не все сделки проходят публично, информация о них вполне может не попадать в базы раскрытия, во-вторых — редко озвучивается стоимость. «Сложно оценивать активность в секторе M&A, поскольку многие сделки были непубличными, — признает директор департамента корпоративных финансов инвесткомпании «Атон» Иван Николаев. — Но, на мой взгляд, на рынке сохраняется тенденция к концентрации бизнеса ради повышения его операционной эффективности».

В АПК продолжается консолидация активов, что в целом характерно для сильно фрагментированного рынка в условиях сложной экономической конъюнктуры, соглашается Нигматуллин. «Дополнительным драйвером сделок в прошлом году стал погодный фактор, негативно повлиявший на финансовые и операционные показатели ряда компаний, — комментирует он. — При этом ближе к концу фазы кризиса число сделок сокращается, а их объем возрастает».

Начальник Центра экономического прогнозирования Газпромбанка Дарья Снитко говорит, что в прошлом году стало неожиданностью отсутствие сделок с агроактивами крупных финансово-промышленных структур и банков, попавших под процедуру санации и реорганизации. «Вероятно, такие агроактивы по-прежнему находятся в управлении непрофильных учреждений, и интересно, будут ли Банк России и прочие кредиторы избавляться от них и передавать игрокам рынка», — рассуждает Снитко. Она предполагает, что активы не были реализованы не столько из-за невозможности их адекватной оценки, сколько по иным юридическим причинам. Однако досадно, что предприятия, построенные с привлечением государственных субсидий, сокращают производство или вовсе уходят с рынка, при этом действующие игроки продолжают искать новые субсидируемые средства на строительство таких же производственных мощностей, обращает внимание эксперт.

В 2018 году большинство сделок слияний и поглощений в АПК были связаны с тем, что кто-то из их участников испытывал трудности, и редко компании объединялись со стратегическими целями, сожалеет Снитко. Партнер практики АПК компании «НЭО Центр» Владимир Шафоростов уверен, что в 2019-м мы услышим аналогичные истории, так как непрофильных проблемных активов еще много, в том числе у банков. Правда, Николаев считает, что если речь идет о старых немодернизированных предприятиях, то они никому не нужны — проще построить новое. К тому же еще есть регионы с низким уровнем концентрации производства, например Дальний Восток, где начали реализовываться проекты в мясном секторе с прицелом на экспорт продукции в Китай. «Проблема в том, что игроки на внутреннем рынке или технологически отсталые, которых никто не захочет покупать, или наоборот — продвинутые и уже входящие в структуру какого-то холдинга, акционеры которого не рассматривают возможности выхода из бизнеса», — рассказывает эксперт. Поэтому современные, эффективно работающие предприятия нечасто выставляются на продажу. «Планы по диверсификации и расширению бизнеса есть у многих агрохолдингов, а качественных активов с приемлемой ценой входа существенно меньше», — добавляет Шафоростов.



Птицеводческие холдинги ждут новых владельцев
Среди ожидаемых сделок этого года — покупка группой «Черкизово» предприятий «Белой птицы», которая в 2017 году была четвертой в стране по объему выпуска мяса бройлера. В октябре 2018-го холдинг сообщил, что планирует взять часть ее активов в аренду, а в декабре выкупил у Россельхозбанка права требований по кредитным и обеспечительным договорам основных активов «Белой птицы» на 6,5 млрд руб. «Черкизово» планирует перезапустить производство в первом квартале этого года, вложив 0,5 млрд руб. По словам гендиректора группы Сергея Михайлова, с возобновлением работы актива «Черкизово» получит синергию со своими родительскими площадками и комбикормовыми заводами, а также нарастит производственные мощности.

Также в этом году не исключена смена владельца «Евродона» — ранее крупнейшего в стране производителя индейки. В январе стало известно, что доли основателя холдинга Вадима Ванеева в ключевых компаниях группы перешли к ВЭБ после дефолта по кредиту. Ранее Ванеева отстранили от руководства компанией. Акционеры не могли договориться между собой, каждый преследовал свои интересы. В итоге прежний акционер потерял активы. «Из банкиров редко получаются хорошие аграрии. Для возобновления работы в предприятие нужно инвестировать немалые деньги, к тому же нужно время, чтобы восстановить родительское стадо, — комментирует Иван Николаев из «Атона». — Но в принципе профессиональный игрок может это сделать и, возможно, что-то купит».

Другой вопрос, что самый профессиональный игрок на рынке мяса птицы — группа «Черкизово», но у нее есть нюансы по части денежного потока, продолжает Николаев. Хотя компания операционно эффективна, рынок сейчас тяжелый, и непонятно, как группа могла бы фондировать подобную покупку, учитывая ограниченные возможности долгового финансирования и не лучшего времени для привлечения акционерного капитала. «Так что сейчас не лучшее время, чтобы она купила «Евродон», — резюмирует он. При этом «Черкизово» в 2019 году по-прежнему готова рассматривать предложения по приобретению качественных активов, говорит Андрей Дальнов. В первую очередь холдинг интересуют сегменты производства мяса птицы и мясопереработка.

В секторе возможны и более мелкие сделки. Например, калужская «Птицефабрика в Белоусово» мощностью до 35 тыс. т продукции в год может перейти под контроль подмосковного холдинга «Элинар». ФАС одобрила сделку, однако, согласно данным kartoteka.ru, в январе учредители предприятия оставались прежними. Если сделка состоится и «Элинар» выведет птицефабрику на полную мощность, то объем производства мяса птицы в холдинге превысит 100 тыс. т.



Сделки для диверсификации

Николаев обращает внимание, что инвесторы начали покупать и доводить до ума активы, которые занимаются овощеводством, садоводством, производством молока — то есть им интересны предприятия, выпускающие продукцию с более высокой добавленной стоимостью. В АПК есть как более насыщенные сектора, такие как свино- и птицеводство, где продолжается поглощение менее эффективных компаний крупными игроками, так и сегменты, где такие сделки только появляются, говорит партнер практики АПК компании «НЭО Центр» Инна Гольфанд. Среди последних она отмечает тепличное овощеводство, где уже сформировались крупные игроки, которые интересуются покупкой более мелких и менее эффективных активов. Аналогичная ситуация и в молочном животноводстве.

Шафоростов выделяет три типа сделок в зависимости от целей покупателя: новые направления бизнеса, увеличение доли рынка в России, развитие экспорта. К числу первых он, в частности, относит сделку между группой «Астон» и международной агропромышленной корпорацией Archer Daniels Midland (ADM), входящей в большую пятерку глобальных трейдеров сельхозпродукции. В прошлом году она выкупила у «Астона» часть бизнеса по производству крахмалов и сиропов — 50% в компании «Астон крахмало-продукты». Сумма сделки не раскрывается, уставной капитал АКП, по данным kartoteka.ru, составляет 2,8 млрд руб. В сотрудничестве с ADM «Астон» планирует увеличить ассортимент и улучшить качество продукции, ADM — расширить географию бизнеса и повысить спрос.

Входящий в АФК «Система» Владимира Евтушенкова агрохолдинг «Степь» в ноябре купил крупнейшего в России сахарного трейдера — ростовскую компанию «Инвестпром-опт». Также она занимается оптовой торговлей крупами и реализует фасованную продукцию под собственным брендом в федеральные и региональные торговые сети. Компания ежегодно продает более 150 тыс. т сахара, у нее есть своя фасовочная линия мощностью свыше 60 тыс. т в год и логистический комплекс пропускной способностью более 100 тыс. т в год с возможностью отгрузки продукции на железнодорожный и автотранспорт. Сумма сделки не раскрывается. «Финам» оценивал «Инвестпром-опт» на уровне 1-1,26 млрд руб., тогда как стоимость чистых активов составляет 63,2 млн руб. По мнению Нигматуллина, бизнес обошелся «Степи» максимум в 100-200 млн руб., поскольку у компании был большой долг. Сделка позволит агрохолдингу вертикально интегрировать растениеводческий сегмент, диверсифицировать каналы сбыта и войти с новым продуктом в торговые сети, говорил гендиректор «Степи» Андрей Недужко.

Кроме того, «Степь» выкупила активы ростовской группы «Ростзернотранс». В сделку вошло хозяйство с 10 тыс. га земли, элеваторы общей емкостью 400 тыс. т единовременного хранения и портовый зерновой терминал на реке Дон мощностью перевалки до 5 тыс. т зерна в сутки, ставший первым в структуре агрохолдинга. В том числе благодаря этому активу компания планирует увеличить объем экспорта зерна.

Beluga Group, один из крупнейших в России производителей водки и ликеро-водочных изделий, летом прошлого года сообщила о намерении выйти в новый сегмент благодаря M&A. Группа объявила, что покупает 80% винодельческого хозяйства «Вилла Романов» в Краснодарском крае. Оно контролирует 1 тыс. га сельхозземель, в том числе 231 га занято виноградниками. Также в составе компании есть винодельня мощностью 2,5 млн бутылок в год и туристический комплекс. Стоимость сделки оценивалась примерно в 1,2 млрд руб. Правда, по данным kartoteka.ru на 20 января, единственным владельцем компании по-прежнему значился Андрей Романов, Beluga Group пока не публиковала релиз о закрытии сделки.

Также к сделкам, связанным с новыми направлениями бизнеса, можно отнести покупку группой «Русагро» компании «Тамбовский молочник» в феврале 2018-го. Последняя планировала возведение молочного кластера с поголовьем до 40 тыс. животных и молокоперерабатывающего завода для производства сыра и другой продукции. Проектная мощность производства — 350 тыс. т молока в год, переработки — 1 тыс. т в сутки. Гендиректор «Русагро» Максим Басов говорил, что холдинг купил «пустую» компанию с подходящим названием, сумма сделки — тысячи рублей. Осенью группа заявила, что намерена стать одним из крупнейших в стране производителей сыра. В европейской части страны она планирует построить бизнес на основе мощностей компании «Алев» (молокоперерабатывающие заводы в Самарской и Ульяновской областях), которая проходит процедуру банкротства. На ее предприятии в Самарской области холдинг Мошковича с сентября на контрактной основе начал выпускать сыр и сливочное масло под своим брендом. В 2019-м «Русагро» планирует выкупить один или оба завода. «Мы рассчитываем, что подразделение молочных продуктов станет крупным бизнесом, сопоставимым с нашими другими дивизионами, и внесет вклад в нашу прибыль», — отмечал Басов.



Покупки для расширения бизнеса

«Русагро» была активна и в других типах M&A. Так, в августе она сообщила о закрытии сделки по покупке компании «КапиталАгро» и одноименного торгового дома в Белгородской области. Предприятие специализируется на производстве и продаже мраморной свинины. Стоимость покупки составила 1,8 млрд руб., чистый долг приобретенных компаний — 1,9 млрд руб. В периметр сделки вошли комплексы с 10,4 тыс. свиноматок и убойное производство мощностью 400 тыс. свиней в год. Холдинг планирует модернизировать свинокомплексы и бойню, вложив около 300 млн руб. В результате сделки он рассчитывает увеличить свою долю на рынке полутуш, крупного куска и продукции в потребительской упаковке.

К сделкам, благодаря которым покупатели планировали нарастить свою долю рынка, относятся и приобретения «Черкизова». В декабре она сообщила о завершении объявленной в июле сделки по покупке у «Приосколья» птицефабрики «Алтайский бройлер» за 4,6 млрд руб. Сделка позволит холдингу выйти на рынок Сибирского федерального округа и упрочит позиции на российском рынке мяса птицы. В ближайшие два-три года компания намерена увеличить производственные мощности алтайского предприятия с 60 тыс. т до 100 тыс. т мяса птицы в год. В повышение уровня биобезопасности площадок, модернизацию цеха разделки и систему складской логистики на первом этапе «Черкизово» вложит около 250 млн руб. Чтобы обеспечивать птицефабрику инкубационным яйцом, компания также выкупила у «Приосколья» производственные площадки «Краснояружского бройлера» (Белгородская область) с родительским стадом. Стоимость сделки оценивалась в 560 млн руб.

Кроме того, в конце прошлого года «Черкизово» подписала основной договор купли-продажи по приобретению 75% питерской группы «Самсон продукты питания». Компания заплатит 350 млн руб. и возьмет на себя долговые обязательства «Самсона» — около 550 млн руб. В отличие от других приобретенных активов, которые сейчас интегрируются в бизнес-структуру группы, «Самсон» продолжает осуществлять операционную деятельность самостоятельно, уточняет руководитель направления стратегического маркетинга «Черкизова» Андрей Дальнов. По его словам, эта сделка усиливает позиции холдинга на рынке мясопереработки в СЗФО и Санкт-Петербурге и позволит увеличить продажи продукции с добавленной стоимостью, что соответствует долгосрочной стратегии компании.

Еще одна сделка в птицеводстве, ставшая заметной на федеральном уровне, произошла в феврале: «Комос Групп» купила расположенную в Татарстане Лаишевскую птицефабрику. В 2017 году она пострадала от вспышки гриппа птиц, на предприятии было уничтожено все стадо несушек — почти 450 тыс. Новый владелец переименовал птицефабрику в «Державинскую» и уже интегрировал ее в свою структуру. В течение прошлого года на предприятии были внедрены унифицированные для всех птицефабрик группы процессы кормления, содержания поголовья, а также стандарты качества. «К началу 2019-го поголовье птицы насчитывает 449 тыс. несушек, производство яйца по итогам прошлого года составило 20 млн штук, — приводит данные управляющий акционер «Комос Групп» Андрей Шутов. — Общие вложения в запуск фабрики, приобретение птицы, сырья для кормов и т. д. ориентировочно составили 153,3 млн руб., и эта цифра не окончательная. Уже согласован инвестпроект по реконструкции трех птичников на 119,8 млн руб.». При успешном завершении всех запланированных работ к концу года «Державинская» будет выпускать 120 млн яиц. Другие птицефабрики холдинга — «Вараксино» (Удмуртия) и «Менделеевская» (Пермский край) в сумме производят 1 млрд яиц в год — это 3% от общероссийского объема.

Шутов добавляет, что компания осознавала все возможные риски при покупке актива, однако определяющим критерием стало его расположение. В 2016 году холдинг купил в Татарстане свинокомплекс «Татмит Агро», поэтому считает регион домашним. К тому же он привлекателен для инвестиций благодаря мощной господдержке, а наличие платежеспособного спроса делает республику отличным рынком для реализации продукции, отмечает топ-менеджер.



Сделки не состоялись
Среди интересов «ЭкоНивы» в 2018 году были «Бутурлиновский агрокомплекс» на 1,8 тыс. голов КРС — воронежская структура питерского концерна «Детскосельский», и завод по производству сгущенки «Нижнекисляйская молочная компания» (Воронежская область), входящий в группу компаний «Молпроект». Однако эти сделки в итоге не были заключены.

Весной компания «Технологии тепличного роста» (ТТР) Сергея Рукина, реализующая проект создания федеральной сети тепличных комплексов, приобрела «Тепличный комбинат „Донской"» в Ростовской области. Однако позднее сделка была отменена, сейчас в базе kartoteka.ru учредителем «Донского» указан прежний владелец — Алексей Фролов. «Коммерсантъ-Юг» писал, что сделка не состоялась, потому что банк отменил ТТР кредитную линию.



Земельный банк — не самоцель

Иван Николаев говорит, что один из продолжающихся трендов в агросекторе — консолидация земельных банков крупными игроками. При этом они стремятся объединять угодья вокруг своих активов, создавая кластеры, а не просто расширять площади земель в управлении.

Сделок с земельными активами, о которых рынку стало известно, в 2018 году было немало. Президент и совладелец «ЭкоНивы» Штефан Дюрр признает, что предпочитает покупать землю и строить предприятия с нуля. Действующие фермы приобретаются, только если они уже построены на участках, интересных компании. «Основной принцип, по которому отбираем активы, — чтобы были рядом друг с другом. Отсюда лучшая управляемость, большая концентрация земель», — поясняет Дюрр. Так, в октябре «ЭкоНива» купила башкирский племзавод им. М. Горького за 38 млн руб. Росимущество с 2011 года искало покупателя на этот актив. В декабре компания выкупила у группы «Ташир» проект молочного комплекса на 2,4 тыс. голов КРС в Калужской области. По состоянию на сентябрь дойное стадо хозяйства «Редькинское» начитывало 308 коров, фактически «ЭкоНива» купила землю, на которой в этом году планирует построить комплекс на 3,4 тыс. голов КРС.

Из данных kartoteka.ru следует, что в 2018 году в состав «ЭкоНивы» также вошли агрофирма «Шипова дубрава» с земельным банком 10 тыс. га в Воронежской области и растениеводческое хозяйство «Осташкино» в том же регионе. Кроме того, в середине осени компания подала ходатайство в ФАС о приобретении активов компании «Конек-Горбунок», обрабатывающей более 20 тыс. га в Курской области. Также у нее было небольшое стадо КРС и сахарный комбинат. Последний «ЭкоНиве» не нужен, но, как поясняет Дюрр, иногда, чтобы купить что-то нужное, приходится взять в нагрузку что-то ненужное. ФАС удовлетворила ходатайство, однако, согласно базе kartoteka.ru, к 20 января сделка не была закрыта. По словам Дюрра, сейчас у «ЭкоНивы» около 500 тыс. га. Если прибавить активы, по которым есть договоренности, то ее земельный банк достигнет почти 1 млн га. Земли нужны холдингу в первую очередь для обеспечения кормами растущего стада КРС и увеличения производства молока.

«Продимекс» в 2018 году купил у компании «Экспортхлеб», которая в 1990-х годах была госагентом по импорту зерна, воронежское хозяйство «Экспортхлебагроцентрплюс». Компания занимается растениеводством и управляет 4,5-5 тыс. га, причем земли находятся в непосредственной близости от Перелешинского сахарного комбината «Продимекса». Также в октябре владелец группы «Талекс» Алексей Тотунов сообщил, что компания продала «Продимексу» почти все земельные активы в Воронежской области (около 13 тыс. га), чтобы выплатить 500 млн руб. долга перед Сбербанком и ВТБ. На юридическое оформление сделки могло потребоваться около трех месяцев, судя по данным kartoteka.ru, в январе она еще не была закрыта.

Группа «Русагро» в сентябре сообщила о приобретении 100% акций компании «Возрождение», которая контролирует 11 тыс. га в Тамбовской области. Поскольку хозяйство находится недалеко от Никифоровского сахарного завода холдинга, купленные земли планируется использовать для выращивания сахарной свеклы, а также развивать там оросительную систему. Аналитический центр «СовЭкон» оценивает стоимость земли в регионе на уровне 50 тыс. руб./га, так что за землю «Русагро» могла заплатить около 550 млн руб.

«Мираторг» в ноябре заключил соглашение о покупке орловских компаний агрохолдинга «РАВ Агро», контролируемого чешской PPF Group. Сделка позволит «Мираторгу» увеличить земельный банк на 36 тыс. га. Расширение угодий связано с планами создания в регионе новых перерабатывающих мощностей — комбикормового и маслоэкстракционного заводов. Стоимость земель могла составить 1,8 млрд руб. Сделка была закрыта в декабре.

Корейская Lotte Group в прошлом году приобрела два растениеводческих предприятия — «Хендэ Хороль Агро» и «Хендэ Михайловка Агро», зарегистрированные в Приморье. Это непрофильные активы концерна Hyundai Heavy Industries. В сумме у них около 10,5 тыс. га. Агентство AK&M оценивает сделку в $29,8 млн, «Финам» — на уровне 425 млн руб., «Алор Брокер» — в 1-1,5 млрд руб.

«Тамбовагрофуд», «дочка» «Агрохолдинга Яхрома» экс-сенатора Глеба Фетисова, в декабре пробрела на торгах компанию «Зеленая долина» в Тамбовской области за 850 млн руб. В сделку вошло более 7,5 тыс. га земли, нежилые здания, овощехранилища, линии по предпродажной подготовке продукции. «Зеленая долина» была основным активом холдинга «Корнев групп». В 2015 году компания обрабатывала 20 тыс. га земли, из которых 2,1 тыс. га было занято картофелем. В 2016-м она перестала обеспечивать кредиты от Сбербанка, а в декабре 2017-го Арбитражный суд Тамбовской области признал ее банкротом.



Завод «Карат» плюс Azimut
Новым владельцем московского завода плавленых сыров «Карат» стала компания Gleden Invest, управляющая активами бизнесмена Александра Клячина. Он занимает 66-е место в рейтинге Forbes богатейших бизнесменов России с состоянием в $1,5 млрд. Предпринимателю принадлежат компании Azimut (управляет сетью Azimut Hotels) и девелоперская KR Properties. «Карат» заинтересовал инвестора популярными брендами и лидерскими позициями на рынке: по данным Nielsen, завод производит около 20 тыс. т плавленых сыров в год и входит в тройку крупнейших российских производителей вместе с «Хохланд Русланд» и Valio. Кроме того, компания увидела возможность применить свой опыт управления проблемными активами. Сумма и условия сделки не раскрываются. Swiss Appraisal оценил ее стоимость в 2-2,5 млрд руб.


2019-й — год покупателя

Если говорить о стоимости сделок, совершенных в 2018 году, то о переоцененности активов речи точно не идет, уверен Иван Николаев. «Сейчас все активы стоят достаточно дешево, но это оправданно, они и должны быть дешевыми, исходя из текущей экономической ситуации», — поясняет он. При этом сумма сделки — это результат оценки качества активов и переговоров. Сами по себе производственные активы могут быть вполне хорошими, с современным оборудованием, но если были какие-то просчеты в управлении и финансировании, то качество всей компании оказывается уже не таким хорошим. «Даже если подобное предприятие переходит к кому-то за номинал долга — вроде бы это недорого. Но если оценить все риски и необходимые инвестиции в восстановление работы, то получается не очень дешево», — рассуждает эксперт.

Как показывает практика, в долгосрочной перспективе покупка активов по текущей относительно низкой цене исходя из основных мультипликаторов достаточно быстро окупается, обращает внимание Нигматуллин. «Впрочем, агрессивные приобретения накладывают риски и на покупателей, которые часто сами сильно перегружены долгами. Типичный пример — „Черкизово" или „ЭкоНива"», — добавляет он.

Поскольку АПК остается привлекательным для инвесторов, потенциал для M&A-активности в секторе все еще сохраняется на высоком уровне, уверен Дмитрий Мусатов. По его мнению, в ближайшие два года одним из потенциально активных сегментов с точки зрения слияний и поглощений станет производство мяса, в частности свинины. «Это может быть обусловлено плавным, но неуклонным снижением платежеспособности населения и, соответственно, дальнейшей потерей потребительской привлекательности свинины по сравнению с мясом птицы», — комментирует он. Дарья Снитко также прогнозирует, что в ближайшей перспективе в свиноводстве будут происходить интересные сделки. Консолидация в мясном секторе продолжится, соглашается Николаев, также склоняясь к тому, что активность в свиноводстве может быть несколько выше, поскольку в секторе есть комплексы, построенные относительно недавно, достаточно качественные, которые еще можно купить у небольших компаний.

А вот Владимир Шафоростов ждет активизации сделок в производстве баранины. Также он уверен, что будут M&A в молочном секторе, в овощеводстве как открытого, так и закрытого грунта (правда, скорее всего, не в 2019 году), а также в садоводстве. Инна Гольфанд полагает, что в тепличном овощеводстве число сделок будет расти из-за снижения господдержки. Там же, где она сохраняется на высоком уровне и еще есть большой потенциал импортозамещения, инвесторы предпочитают строить новые объекты с нуля, добавляет она.

По мнению Николаева, 2019 год будет более благоприятным для покупателей. Реальные доходы населения сокращаются, НДС вырос, все будет дорожать. В этой ситуации игроки, которым не хватает операционной эффективности, будут терять рентабельность, притом что обычно у них достаточно серьезная долговая нагрузка. Как результат — на рынок будут попадать неплохие производственные активы, потому что возрастет мотивация их продавать. Потенциальных покупателей может привлечь возможность синергии. Конечно, они в этом году тоже столкнутся с проблемами: ситуация у всех одинаковая, ухудшение макроэкономической среды ударит по всем. Однако, например, для такой компании, как «Русагро», это будет менее болезненно, чем для небольшого регионального предприятия. Ей проще привлекать финансирование, она лучше управляется, и своей операционной эффективностью холдинг может ответить на новые вызовы. «Сейчас тот период, когда решения последних 15-20 лет будут отличать такие компании. Кто-то будет уходить, а кто-то продолжит работу, потому что построил бизнес, способный жить не только на растущем рынке и не только в периоды, когда можно всю инфляцию издержек переложить на потребителя», — говорит Николаев.

«Русагро» в этом году намерена продолжить покупать активы, подтверждает Максим Басов. «Все M&A оцениваются по стратегическим и финансовым критериям. Цели определены, но сделки произойдут, если договоримся по цене», — уточняет он, не раскрывая возможные приобретения. Топ-менеджер считает, что сейчас благоприятный период для покупки других игроков, поскольку конкуренция растет, а возможности для органического роста сокращаются.

Андрей Шутов, наоборот, считает, что сейчас не очень подходящее время для проведения сделок. «Сегодня мы работаем в достаточно жестких условиях, доходность бизнеса в целом снижается, — поясняет он. — Это связано с ужесточением налогового давления, резким сокращением покупательной способности населения, высокой волатильностью цен на определенные виды продукции и т. д. В этой ситуации компаниям в первую очередь необходимо сосредоточиться на повышении эффективности управления затратами». Тем не менее он не исключает, что «Комос Групп» продолжит покупать других игроков. Все будет зависеть от ценового предложения и от того, насколько успешно новый актив сможет интегрироваться в структуру бизнеса, поясняет Шутов.

«Содружество» растет за счет Турции
В декабре стало известно, что группа «Содружество» приобрела производственные активы компании Altinyag Kombinalari Anonim Sirketi, владеющей мультизерновым перерабатывающим заводом в турецком городе Измир. Приобретенный комплекс состоит из двух линий переработки, рафинации масла и промышленной инфраструктуры. Сделка позволит «Содружеству» расширить свое присутствие на турецком рынке. Компания планирует производить на предприятии более 200 тыс. т масла и шрота. Сумма сделки не раскрывается. По расчетам Swiss Appraisal, ее стоимость может составить около $20 млн.

Инна Гольфанд, Партнер, АПК
Вертикальные фермы — новый формат тепличного производства, представляет собой закрытую площадку, на которой на нескольких ярусах выращиваются различные агрокультуры. Преимущества таких предприятий заключаются в экономии пространства, близости к потребителю, возможности организации круглогодичного производства. Запустить первую подобную ферму в Москве в марте текущего года намерена компания «РусЭко».
Зелень вырастят на столичной ферме. Инвестиции в новый формат тепличного производства составят 5 млрд рублей
Компания «РусЭко» планирует запустить вертикальную ферму по выращиванию зеленных культур. Расположилось производство в здании бывшей табачной фабрики в Москве. Эксперты оценивают перспективы проекта неоднозначно: потенциал технологии высок, но спрос на зелень пока остается низким. К тому же себестоимость продукции на такой ферме будет выше, чем в традиционной теплице четвертого или пятого поколений

Вертикальные фермы — новый формат тепличного производства, представляет собой закрытую площадку, на которой на нескольких ярусах выращиваются различные агрокультуры. Преимущества таких предприятий заключаются в экономии пространства, близости к потребителю, возможности организации круглогодичного производства. Запустить первую подобную ферму в Москве в марте текущего года намерена компания «РусЭко».

Продолжение статьи доступно по ссылке: https://www.agroinvestor.ru/companies/article/31183-zelen-vyrastyat-na-stolichnoy-ferme/
Владимир Шафоростов, Партнер, АПК
Тема глубокой переработки зерновых в последние несколько лет остается одной из самых обсуждаемых. Чем же она привлекательна? Во-первых, это неплохой способ решения проблемы избытка зерна в России в целом и в отдельных регионах, вывоз сырья на экспорт из которых затруднен. Во-вторых, это возможность создания внутри страны продуктов с добавленной стоимостью, зачастую имеющих неплохой экспортный потенциал. В-третьих, развитие этого направления поможет снизить зависимость от импорта продукции глубокой переработки зерна, объемы которого остаются на очень высоком уровне: в стоимостном выражении ввоз только топ-10 продуктов (модифицированных крахмалов, лизина, лимонной кислоты и др.) составляет около $0,5 млрд в год.
Глубокий потенциал
Ежегодно в Россию ввозится продуктов глубокой переработки зерна более чем на $0,5 млрд.

Тема глубокой переработки зерновых в последние несколько лет остается одной из самых обсуждаемых. Чем же она привлекательна? Во-первых, это неплохой способ решения проблемы избытка зерна в России в целом и в отдельных регионах, вывоз сырья на экспорт из которых затруднен. Во-вторых, это возможность создания внутри страны продуктов с добавленной стоимостью, зачастую имеющих неплохой экспортный потенциал. В-третьих, развитие этого направления поможет снизить зависимость от импорта продукции глубокой переработки зерна, объемы которого остаются на очень высоком уровне: в стоимостном выражении ввоз только топ-10 продуктов (модифицированных крахмалов, лизина, лимонной кислоты и др.) составляет около $0,5 млрд в год.

Мы привыкли к тому, что оценка потенциала рынка связана с расчетом объемов потребления через нормы и баланс спроса и предложения. В условиях дефицита предложения сложно оценить реальные возможности продукта. Если доступ к товару осложнен, то трудно понять, будет ли расти спрос в случае повышения конкуренции. Когда же продукт становится доступнее, увеличивается и его потребление.

Так, например, сейчас происходит с лизином. В 2015 году на базе «Завода премиксов №1» «Приосколья» было начат его выпуск в Белгородской области, а в 2018-м — в Тюменской в компании «АминоСиб». В 2017 году внутреннее производство уже было на уровне 50-55 тыс. т при импорте около 88 тыс. т. По сравнению с 2016-м ввоз сократился всего на 8 тыс. т, а выпуск аминокислоты внутри страны увеличился почти на 50 тыс. т. По предварительным оценкам, в 2018-м внутреннее производство вновь выросло, но импорт за восемь месяцев, по данным ФТС, пока не ниже объемов аналогичного периода предыдущего года — около 67 тыс. т. Лизин стал доступнее, и емкость рынка ожидаемо увеличилась: его стали больше применять в кормах для сельскохозяйственных животных.

Похожая ситуация может сложиться и с другим продуктом — мальтодекстрином (продукт переработки крахмала). Российские промышленные потребители (производители молочной продукции, мясных полуфабрикатов, продуктов быстрого приготовления, детского питания и кондитерских изделий) только учатся работать с ним, и здесь есть поле для экспериментов. Часто этот ингредиент воспринимают как подсластитель, но возможности его применения намного шире. Мальтодекстрин используется также для придания продукту молочного вкуса (там, где нельзя или невыгодно применять молоко), может быть наполнителем для сыпучих продуктов или углеводом, не сладким на вкус. Кроме того, он является основным компонентом, наряду с белком молочной сыворотки, при производстве заменителя грудного молока. Доля российских предприятий на рынке заменителей пока очень мала, в основном его представляют глобальные бренды и международные компании. Увеличение выпуска основных ингредиентов внутри страны позволит создать предпосылки для развития и отечественных производств детского питания — молочных смесей и сухих каш.

Конечно, глубокая переработка — далеко не новое направление деятельности для отечественного АПК. Крахмалопаточные и спиртовые заводы в России существуют давно. Но часто производственный процесс на таких предприятиях не идет глубже как раз крахмалов и спиртов. А рынку нужны более технологичные продукты. Модернизация, реновация этих заводов с добавлением новых цехов и современного оборудования может позволить получить огромное число различных составляющих, которые являются пищевыми или кормовыми ингредиентами, а также сырьем для других направлений промышленности: целлюлозно-бумажной, фармацевтической, химической и пр.

Учитывая динамику валовых сборов зерна за последние несколько лет, а также наличие значительных объемов энергоресурсов и воды, кажется логичным заниматься в России глубокой переработкой. Потенциал рынка и ресурсы — это то, что привлекает и мировых лидеров этой отрасли. Уже не первый год инвестирует в развитие данного направления в нашей стране Cargill, в прошлом году запустили совместное предприятие ADM и «Астон».

Однако вряд ли глубокая переработка зерновых станет драйвером в программе развития экспорта продовольствия до 2024 года: слишком короткий период для того, чтобы запустить столько производств, сколько необходимо для наполнения внутреннего рынка. Но увеличение числа предприятий, занимающихся высокотехнологичной переработкой и промышленной биотехнологией, России необходимо, потому что они создадут ресурсную базу для развития многих других направлений промышленности, решат проблемы продовольственной безопасности и разовьют научный потенциал. Эти производства капиталоемкие и технологически сложные, с высокими рисками срыва запланированных показателей. Постепенное наращивание компетенций и последовательное усложнение производимых продуктов — это длинный путь к сложным решениям в виде витаминов и антибиотиков. Однако даже такие проекты уже реализуются в России. Дополнительные меры государственной поддержки (сейчас есть только льготное кредитование) могли бы дать толчок инвестиционной активности в этой отрасли. Возмещение капитальных затрат или расходов на создание инфраструктуры, компенсация тарифов на энергоресурсы, логистику (для случаев вывоза зерна из региона с избытком сырья), субсидии экспортерам — любая из мер поддержки снизит риски инвесторов и повысит интерес к глубокой переработке.

Автор — партнер практики АПК компании «НЭО Центр».

Владимир Шафоростов, Партнер, АПК
Ставшая трендом социальная ответственность вынуждает ретейлеров осторожнее списывать продукты. В Европе проводятся кампании, призванные обратить внимание покупателей на незавидную судьбу «уродливых» овощей и фруктов. А что происходит с ними в России?
Уродливая проблема: что делать ретейлерам с «неправильными» овощами
Ставшая трендом социальная ответственность вынуждает ретейлеров осторожнее списывать продукты. В Европе проводятся кампании, призванные обратить внимание покупателей на незавидную судьбу «уродливых» овощей и фруктов. А что происходит с ними в России?

Поколение россиян, выросшее на дачах и в деревнях у бабушек, неминуемо сталкивалось с овощами и фруктами забавной формы или необычного размера. Их, не задумываясь, употребляли в пищу. Однако сегодня мы видим на прилавках исключительно красивые, ровные плоды. Куда российские поставщики девают тонны овощей и фруктов нестандартной формы, от которых отказываются ретейлеры в России, рассказывает Владимир Шафоростов, партнер практики АПК компании «НЭО Центр».

Конечно, покупатели хотят видеть в «зоне фреш» в любом супермаркете красивые и свежие продукты. Однако есть овощи и фрукты, чей внешний вид не соответствует требованиям торговых предприятий. Это некрасивые, мелкие и кривые плоды, которые иначе называют «уродливыми». Торговые сети и розничные продуктовые магазины отказываются покупать у поставщиков «уродливые» овощи и фрукты, поэтому на прилавках большинства точек розничной торговли мы их никогда не увидим.

По данным Продовольственной и сельскохозяйственной организации ООН, по всему миру в отходы идет около 40% урожая фруктов и овощей. Как правило, это связано не с непригодностью к употреблению или низкими вкусовыми качествами продукции, а с ее эстетическими дефектами.


Тонны «уродцев» — миллионные потери


Некрасивые плоды в урожае — естественное явление. Причин их появления много. Это может быть:

  • вырождение семян;
  • болезни растений (грибковые, вирусные и др.);
  • уплотнение почвы в случае с корнеплодами;
  • недостаточное количество света в теплицах;
  • недостаток питательных веществ в почве или несоблюдение технологий кормления.

В зависимости от культуры и агротехнологии доля нестандарта, или нетоварной продукции, может быть разной. Так, к примеру, она составляет в случае с

  • огурцами и помидорами — от 3 до 18%,
  • с яблоками — от 5 до 20%,
  • с картофелем — до 30%.

В России, по данным статистики, производится около 50 млн т плодоовощной продукции ежегодно. В целом доля нестандарта по всем группам овощей и фруктов оценивается в 30–35%. Получается, что 15–17,5 млн т продукции — нестандарт.

Если треть производимой продукции приходится утилизировать и продавать с дисконтом, то доходы производителя с гектара снижаются.

У одного тепличного комбината была ситуация, когда некрасивые огурцы он продавал оптовыми партиями по цене 30 руб./кг, а в рознице стандартные — по 70 руб./кг. Комбинат решил продавать «уродливую» продукцию сам и смог сделать это по цене 45 руб./кг. Если современный комбинат в среднем получает с гектара 1 тыс. т огурцов, то 10% нестандартной продукции приводит к потерям 4 млн руб. на гектар в год. Снизить их на 2 млн руб. за счет собственной розницы было очевидным решением.

В мире производители снижают потери из-за нестандарта по-разному:

утилизируют,отдают на благотворительность,перерабатывают,продают со скидками

Эволюция требований к форме и размеру овощей


Одним из первых на «уродливые» овощи и фрукты обратил внимание британский активист Тристрам Стюарт. В 2009 году он написал книгу Waste: Uncovering the Global Food Scandal («Отходы: глобальный продовольственный скандал»), где раскрыл перекосы современного потребительского поведения в отношении продуктов питания и упомянул непонятную дискриминацию «уродливых» плодов. Отчасти благодаря общественным инициативам Стюарта на прилавках многих британских супермаркетов появились овощи и фрукты нестандартной формы: немного битые градом яблоки, кривоватые сливы и причудливые с виду баклажаны.

До 2009 года в ЕС существовали жесткие стандарты и требования к форме и размеру овощей и фруктов, которые ограничивали возможность продаж нестандарта.

Смягчение требований привело к появлению в магазинах «уродливых» овощей и дало толчок к реализации нескольких социальных и коммерческих проектов, направленных на популяризацию потребления подобных продуктов как в исходном, так и в переработанном виде.

В 2013 году крупная французская сеть супермаркетов Intermarché запустила кампанию «Бесславные фрукты и овощи» как раз для того, чтобы покупатели наглядно убедились не только в абсолютной пригодности, но и в особенной привлекательности условно неформатной продукции. В Intermarché не просто решили продавать ее со скидкой 30%, но также взялись просвещать покупателей с помощью красочных постеров.

Несколько сетей, включая известный нам «Ашан», подхватили идею. Они выделили в отделе «фреш» зону для продажи нестандартной продукции по сниженным ценам с соответствующими предупреждениями и социальной рекламой.

Есть в Европе и интересные небольшие предпринимательские проекты. Так, ярко заявили о себе создатели Culinary Misfits («Кулинарные неудачники») — передвижного магазина-ресторана, где можно не только купить те самые «неправильные» фрукты и овощи, но и поесть блюда, приготовленные из них. Ресторан кочует по ярмаркам и фестивалям и, вероятно, откроется в каком-то европейском городе на постоянной основе. Кредо Culinary Misfits — в полном объеме пользоваться дарами природы.

Кампания Ugly Fruit and Veg («Уродливые фрукты и овощи»), запущенная экспертом по твердым бытовым отходам Джорданом Фигейредо из Калифорнии, не только обрела популярность в Instagram и Twitter, но и собрала более 111 тыс. подписей в онлайн-петиции, призывающей американских гигантов розничной торговли вроде Whole Foods и Walmart быть разумнее, отправляя продукты в отходы.

Благодаря трендам на социальную ответственность и устойчивое развитие бизнеса (стратегия развития предприятия, благодаря которой обеспечивается успешное длительное существование компании на конкурентном рынке. — «РБК Pro») идея быстро распространилась по ЕС и США. Примечательно, что после такого бума Европейский союз объявил 2014 год Годом борьбы против пищевых отходов в ЕС.

Я бы не сказал, что это привело к революции в потреблении. Дело в том, что невозможность продавать продукцию вряд ли когда-либо мешала ее переработке.

Переработанные овощи и фрукты дольше хранятся.
Из них можно сделать:


  • соки,
  • концентраты,
  • пюре,
  • сырье для консервов и пресервов (отличаются от консервов тем, что не проходят тепловой обработки),
  • бланшированные овощи и фрукты (как полуфабрикаты для кулинарии),
  • чипсы, в том числе фруктовые,
  • картофельные хлопья.

Кроме того, их можно нарезать, заморозить, засушить и т.д.


Для всех этих задач есть доступные технологические решения, которые сегодня распространены среди не только специализированных переработчиков, но и обычных фермеров.

Производитель овощей и фруктов в ЕС работает в условиях жесткой конкуренции. Возможность заработать на продукте с добавленной стоимостью, минимизировать потери, повысить доходы с гектара через переработку своей продукции — это распространенная практика. Часть продуктов направляется в переработку в случае ценовых колебаний или сокращения спроса, не говоря уже о некондиции.

Что касается России, стоит признаться: многие жители хорошо знакомы с «уродливыми» овощами и фруктами благодаря деревням и дачам. Подсобные хозяйства здесь распространены как нигде в мире, поэтому нам не нужны социальные кампании или исследования, подтверждающие экостатус овощей и фруктов причудливых форм. Нам также не надо объяснять, что яблоки с паршой (заболевание и повреждения на листьях и плодах яблони, вызываемые сумчатым грибом Venturia inaequalis) содержат больше антиоксидантов и полезных для организма веществ. Так что можно есть их без опаски.

Где можно найти «некрасивые» овощи и фрукты в России

В России «уродливые» овощи можно встретить:

на рынках проекта LavkaLavka — это единственный громко заявившей о себе продавец подобной продукции;в регионах на городских рынках, торгующих продуктами «подешевле», в сезон овощей открытого грунта;в различных палатках и на развалах.

Крупный производитель, как правило, реализует «некрасивые» плоды в своей фирменной рознице (характерно для тепличных комбинатов) либо продает переработчикам или оптовикам с дисконтом. Отдельно можно отметить некондиционные и мелкие картофель и морковь, которые часто идут на корм сельскохозяйственным животным.

Таким образом, российские производители, так же как и фермеры в ЕС, пытаются максимально повысить отдачу от некондиционной и нестандартной продукции. Но пока у нас еще слабо развита первичная и более глубокая переработка продукции непосредственно производителями. И это определенная точка роста для их бизнеса.
Владимир Шафоростов, Партнер, АПК
Производство продукции сельского хозяйства в России в 2018 году снизилось на 0,6% в сопоставимых ценах, следует из предварительных данных Росстата. В фактических ценах выпуск АПК составил 5,12 трлн руб., что на 88 млн руб. меньше показателя 2017-го. Таким образом, снижение зафиксировано впервые с 2012 года, когда индекс сельхозпроизводства сократился на 4,8%. В 2016-м рост составлял 4,8%; в 2017-м, согласно уточненным данным по итогам сельхозпереписи, 3,1%.
Сельхозпроизводство в 2018 году сократилось на 0,6%
Снижение зафиксировано впервые с 2012 года

Производство продукции сельского хозяйства в России в 2018 году снизилось на 0,6% в сопоставимых ценах, следует из предварительных данных Росстата. В фактических ценах выпуск АПК составил 5,12 трлн руб., что на 88 млн руб. меньше показателя 2017-го. Таким образом, снижение зафиксировано впервые с 2012 года, когда индекс сельхозпроизводства сократился на 4,8%. В 2016-м рост составлял 4,8%; в 2017-м, согласно уточненным данным по итогам сельхозпереписи, 3,1%.

Отрицательная динамика зафиксирована из-за снижения производства продукции растениеводства на 2,4% в сопоставимых ценах. В том числе в сельхозорганизациях этот показатель сократился на 4,5%, в фермерских хозяйствах — на 5,4%. Как ранее поясняло Минэкономразвития, нисходящая траектория обусловлена уменьшением урожая основных агрокультур по сравнению с предыдущим годом. Так, по данным Росстата, после рекорда в 135,5 млн т в 2017-м валовой сбор зерна сократился на 16,7% до 112,9 млн т, сахарной свеклы — на 20,6% до 41,2 млн т. В то же время по масличным урожай вырос до максимального в истории уровня, в том числе подсолнечника — на 20,2% до 12,6 млн т, соевых бобов — на 8,4% до 3,9 млн т, рапса — на 31,1% почти до 2 млн т. Валовой сбор картофеля удалось нарастить на 3,3% за счет повышения урожайности (на 4,7%), сбор овощей сохранился практически на уровне предыдущего года.

Выпуск животноводческой продукции в 2018 году показал рост, однако в сравнении с предыдущим годом он замедлился вдвое. Если в 2017-м сектор прибавил 2,6%, то в 2018-м — 1,3%. Самым динамичным, как и в прошлом году, стало свиноводство, которое за год выросло на 5,5% до 4,8 млн т, в том числе в сельхозорганизациях динамика составила 8,2%. Выпуск говядины в стране увеличился на 2,3% до 2,8 млн т, при этом стадо КРС продолжило сокращаться — на 0,8% до 18,1 млн голов. Производство мяса птицы в прошлом году составило 6,7 млн т, что лишь на 0,7% больше показателя 2017-го. Производство молока за год выросло на 1,5% до 30,6 млн т, яиц — на 0,1% до 44,9 млрд штук.

В прогнозе социально-экономического развития России до 2036 года, опубликованном Минэкономразвития в ноябре, заложен рост АПК на 1,1% в 2018 году. При этом еще в конце октября глава министерства Максим Орешкин признавал, что динамика может быть отрицательной «из-за плохого урожая». Тем не менее Минсельхоз настаивал, что сельское хозяйство по итогам 2018 года покажет рост. В декабре в интервью РИА «Новости» глава аграрного ведомства Дмитрий Патрушев прогнозировал, что он составит 1%. «У нас увеличилось за последний год производство крупного рогатого скота на 2,5% — мы смогли переломить четырехлетний негативный тренд в этой сфере, растет производство молока, мы который год подряд собираем серьезные урожаи», — пояснял Патрушев.

Драйверами отрасли в прошлом году стали овощи защищенного грунта (производство увеличилось примерно на 20%), свинина (плюс 8,2%) и молоко в сельхозорганизациях (плюс 3,6%), ранее говорил «Агроинвестору» партнер практики АПК компании «НЭО Центр» Владимир Шафоростов. В 2019 году ситуация с драйверами, скорее всего, не изменится, полагает он. Так, сохранение господдержки молочного сектора будет привлекать инвесторов как в производство сырья, так и в переработку. В мясном направлении крупные игроки продолжат реализацию и запуск проектов. Тепличные комплексы также будут строить, хотя уже с 2020 года, по мнению эксперта, стоит ожидать снижения темпов роста производства овощей защищенного грунта.

К 2036 году производство сельхозпродукции должно увеличиться на 55% к уровню 2018-го, следует из прогноза Минэкономразвития. В том числе в 2019-м рост АПК запланирован на уровне 1,3%. Минсельхоз ожидает динамику в текущем году на уровне 1-1,5%.

Арина Матвеева, Партнер, Оценка
Банк России опубликовал указания, в которых установил особый порядок формирования резервов по кредитам девелоперов, использующих счета эскроу.
Центробанк разработал критерии застройщиков по кредитоспособности
Банк России опубликовал указания, в которых установил особый порядок формирования резервов по кредитам девелоперов, использующих счета эскроу.

Напомним, что уже с 1 июля этого года пройдет масштабная реформа строительного рынка, закончится «эпоха» обманутых дольщиков и нецелевого использования средств застройщиками. Деньги покупателей будут зачисляться на специальный эскроу-счет, а девелопер сможет их забрать только после передачи квартир дольщикам. То есть средства покупателей останутся неприкосновенны, а компании будут строить на выделенные для этого банками кредиты.

«Безусловно, это событие уже сказывается на строительном рынке» - поделилась с нами партнер практики «Оценка» компании «НЭО Центр» Арина Матвеева , - «Во-первых, застройщики в своих моделях для новых проектов пересмотрели стратегию реализации площадей: если ранее старт продаж приходился практически на момент получения разрешения на строительство, то сейчас застройщики не видят финансовой целесообразности реализовать квадратные метры по низким ценам на ранних этапах строительства.

Во-вторых, намечается удорожание стоимости строительства, в том числе и за счет привлечения проектного финансирования.

В-третьих, повышение ключевой ставки приводит к росту ставок по ипотеке и сокращению спроса на фоне снижающихся реальных доходов населения, следовательно, переложить издержки на покупателей застройщикам не удастся. Таким образом, 2019 год для всех участников строительного рынка будет сложным этапом перехода на новую бизнес-модель» - считает эксперт.

В документе Цетробанка говорится, что размер финансирования будет определяться рядом критериев, устанавливающих кредитоспособность застройщика, а именно:

- текущие рыночные условия;

- финансовые показатели;

- стресс-анализ;

- опыт работы на рынке;

- финансовое состояние подрядчиков;

- качество и надежность инвесторов.

Проще говоря, банк будет вводить «кредитный риск» (расчетный резерв) на случай неисполнения застройщиком своих обязательств. Согласно указаниям Центробанка, девелоперов будут делить на 4 группы кредитоспособности:

- «высокая» (расчетный резерв от 1 до 5%);

- «достаточная» (расчетный резерв от 5 до 10%);

- удовлетворительная (расчетный резерв от 10 до 35%);

- слабая (расчетный резерв от 35 до 100%).

Как нам рассказала управляющий партнер компании «Метриум» Мария Литинецкая, формирование резервов по выданным в кредит суммам – в целом невыгодно для банков. «Речь идет фактически о «заморозке» значительных объемов средств на случай неисполнения заемщиком своих обязательств. В принципе, в отношении абсолютного большинства девелоперов банки уже создают резервы.

Другое дело, что теперь кредиторам придется ориентироваться на конкретные диапазоны норм резервирования, в зависимости от опыта работы застройщика, стоимости квадратного метра его проектов, темпов реализации и т.д. Так, при идеальном раскладе при выдаче займа на строительство дома стоимостью 1 млрд. рублей для девелопера с высоким уровнем кредитоспособности резерв составит от 10 до 50 млн. рублей. При слабом уровне кредитоспособности придется «заморозить» уже от 350 млн. до 1 млрд. рублей.

В итоге застройщикам с небольшим опытом работы и низкими темпами реализации будет сложнее получить проектное финансирование. И даже в случае положительного решения банка ставки для таких заемщиков окажутся выше средних по рынку. Выходом из ситуации, возможно, станет предоставление дополнительного залогового имущества, что позволит частично снизить риски и уменьшить ставку резервов. В то же время по-прежнему остается вопрос субъективности отнесения застройщика к тому или иному уровню кредитоспособности, поскольку речь идет о нескольких критериях оценки. В любом случае высокие ставки резерва по выданным кредитам повышают проценты по проектному финансированию, что ведет к росту цен на жилье» - поделилась Мария Литинецкая.

Почти треть жилых проектов находятся в «красной зоне» по кредитоспособности

Около 30% застройщиков по всей стране пребывают на критическом уровне в связи с переходом на новые условия строительства. По словам главы Минстроя Владимира Якушева, эти компании находятся в «красной зоне» по своей кредитоспособности и с высокой долей вероятности могут не получить банковского финансирования после перехода на эскроу-счета.

Эти данные привела госкомпания «Дом.РФ» после результата анализа всех новостроек в России. Министр подчеркнул, что эти девелоперы строят 14,5 млн. кв. м. жилья, в которых уже купили квартиры порядка 250 тыс. семей.

НЭО Центр
По данным консалтинговой группы «НЭО Центр» по итогам девяти месяцев 2018 года Россия заняла 20-е место в мировом рейтинге экспортеров сельскохозяйственной продукции. Об этом сообщило РБК. Об этом сообщает Рамблер.
Экспортная цена российских продуктов оказалась вдвое ниже американской Об этом сообщает Рамблер.
По данным консалтинговой группы «НЭО Центр» по итогам девяти месяцев 2018 года Россия заняла 20-е место в мировом рейтинге экспортеров сельскохозяйственной продукции. Об этом сообщило РБК.

Отмечается также, что средняя цена продукции агропромышленного комплекса (АПК) заметно меньше европейской — 0,31 доллара против 1,2 долларов за килограмм. За девять месяцев прошлого года Россия отправила на экспорт 56,9 миллионов тонн продовольствия, выручив 17,6 миллиардов долларов.

Средняя цена на 10% меньше аналогичного периода прошлого года. Средняя цена отгруженной США продукции стоила в два раза выше — 0,6 доллара за килограмм. Соединенные Штаты экспортировали 169,2 миллиона тонн за 105,7 миллиардов долларов.

Экспортируемая из Италии продукция стоит в среднем два доллара за килограмм, из Нидерландов и Испании — 1,7 доллара, из Германии — 1,4 доллара, из Франции — доллар.

Министр сельского хозяйства Дмитрий Патрушев 28 января отчитался президенту страны Владимиру Путина, что выручка от экспорта сельскохозяйственной продукции составила 25,9 миллиардов долларов, что несколько ниже прогнозируемого уровня.

«Я в прошлый раз докладывал, что эта цифра будет стремиться к 26 миллиардам, но думаю, что не дотянем, миллионов сто», — доложил Патрушев.

В соответствии с майским указом главы государства к 2024 году экспорт продовольствия должен увеличиться до 45 миллиардов долларов в год.

На официальном сайте консалтинговой группы «НЭО Центр» сказано, что с 2010 года АПК РФ динамично развивается. До минимума снизился объем экспорта мяса птицы и свинина. Россия полностью отказалась от ввоза сахара-сырца. За последние семь лет в три раза вырос объем экспорта зерновых культур. По итогам 2017–2018 годов РФ заняла второе место по объему экспорта зерна в мире.
Максим Никиточкин, Руководитель проектов, АПК
Компания «Бетагран Липецк» (входит в группу «Щелково Агрохим») планирует построить мини-завод по выпуску твердых сыров и сливочного масла. Как рассказал «Агроинвестору» гендиректор «Щелково Агрохим» Салис Каракотов, технологическая линия будет поставлена до конца этого года, ее стоимость составит около 300 тыс. евро (23 млн руб. по текущему курсу).
«Щелково Агрохим» займется производством твердых сыров
«Щелково Агрохим» займется производством твердых сыров

Компания «Бетагран Липецк» (входит в группу «Щелково Агрохим») планирует построить мини-завод по выпуску твердых сыров и сливочного масла. Как рассказал «Агроинвестору» гендиректор «Щелково Агрохим» Салис Каракотов, технологическая линия будет поставлена до конца этого года, ее стоимость составит около 300 тыс. евро (23 млн руб. по текущему курсу).

Генетический центр «Бетагран Липецк» был запущен в конце 2014 года и занимается производство эмбрионов молочного и мясного КРС. По словам Каракотова, сейчас «Бетагран Липецк» запускает комплекс в Липецкой области с небольшим дойным стадом. «Оно будет составлять не более 200 голов элитного КРС. Сейчас в хозяйстве установлено оборудование для доения и хранения молока. До конца года планируется закупить и линию по производству сыров. Таким образом, мини-завод будет осуществлять переработку собственного молока, которое эти коровы будут давать, и производить небольшие партии хороших, элитных сыров», — прокомментировал Каракотов.

Мощность линии переработки составит 2 т молока в смену, уточнил гендиректор «Бетагран Липецк» Владимир Седых. По его словам, сейчас в животноводческое хозяйство завозятся нетели из Германии, Нидерландов и из Карелии. «На данном этапе предполагается содержание трех пород — голштинской, англерской и айрширской. В марте-апреле планируем начать получать молоко, и выпускать на начальном этапе до 250-280 кг сыра в сутки», — рассказал «Агроинвестору» Седых. Он подчеркнул, что производство молока будет совмещено с производством эмбрионов КРС. «Эмбрионы — это основное наше направление. Но раньше мы использовали в качестве доноров коров, которые не доятся. Сейчас мы также будем производить продукцию, но коровы у нас еще и будут давать молоко», — добавил Седых.

Кроме того, «Бетагран Липецк» начал продажу собственных высокопродуктивных нетелей. «Если раньше мы поставляли эмбрионы и оказывали услуги по имплантированию, то сейчас перешли и на продажу нетелей из собственного поголовья», — сообщил Каракотов. По его словам, в квартал компания готова поставлять на рынок в среднем по 170-200 нетелей, стельных сексированными эмбрионами.

«Бетагран Липецк» логично расширяет свою линейку выпускаемых продуктов, комментирует руководитель проектов практики АПК компании «НЭО Центр» Максим Никиточкин. «"Молочка" — не приоритетное для компании направление, поэтому возможны подобные эксперименты. Федеральные сети заполнены недорогими белорусскими сырами и удачными продуктами небольших российских компаний. Встать на сырную полку маленькой непрофильной компании довольно сложно, но начинать проект следует как раз таким образом», — сказал «Агроинвестору» Никиточкин.

По оценке «Руспродсоюза», за время действия продовольственного эмбарго доля отечественных сыров на российском рынке выросла с 50% до 75%. Согласно данным Росстата, в 2018-м производство сыров в России увеличилось на 2,4% до 473 тыс. т. Однако рынок действительно качественных сыров в России остается незаполненной нишей, отмечает Никиточкин. «"Бетагран" занимается элитными породами скота, таким образом молоко, производимое ими, должно быть хорошего качества. Что касается сыров — тут все будет зависеть от технологий производства, которых у России пока что не так много», — подчеркивает Никиточкин.

НЭО Центр
Отмечается также, что средняя цена продукции агропромышленного комплекса (АПК) заметно меньше европейской — 0,31 доллара против 1,2 долларов за килограмм. За девять месяцев прошлого года Россия отправила на экспорт 56,9 миллионов тонн продовольствия, выручив 17,6 миллиардов долларов
Экспортная цена российских продуктов оказалась вдвое ниже американской
По данным консалтинговой группы «НЭО Центр» по итогам девяти месяцев 2018 года Россия заняла 20-е место в мировом рейтинге экспортеров сельскохозяйственной продукции. Об этом сообщило РБК.

Отмечается также, что средняя цена продукции агропромышленного комплекса (АПК) заметно меньше европейской — 0,31 доллара против 1,2 долларов за килограмм. За девять месяцев прошлого года Россия отправила на экспорт 56,9 миллионов тонн продовольствия, выручив 17,6 миллиардов долларов.

Средняя цена на 10% меньше аналогичного периода прошлого года. Средняя цена отгруженной США продукции стоила в два раза выше — 0,6 доллара за килограмм. Соединенные Штаты экспортировали 169,2 миллиона тонн за 105,7 миллиардов долларов.

Экспортируемая из Италии продукция стоит в среднем два доллара за килограмм, из Нидерландов и Испании — 1,7 доллара, из Германии — 1,4 доллара, из Франции — доллар.

Министр сельского хозяйства Дмитрий Патрушев 28 января отчитался президенту страны Владимиру Путина, что выручка от экспорта сельскохозяйственной продукции составила 25,9 миллиардов долларов, что несколько ниже прогнозируемого уровня.

«Я в прошлый раз докладывал, что эта цифра будет стремиться к 26 миллиардам, но думаю, что не дотянем, миллионов сто», — доложил Патрушев.

В соответствии с майским указом главы государства к 2024 году экспорт продовольствия должен увеличиться до 45 миллиардов долларов в год.

На официальном сайте консалтинговой группы «НЭО Центр» сказано, что с 2010 года АПК РФ динамично развивается. До минимума снизился объем экспорта мяса птицы и свинина. Россия полностью отказалась от ввоза сахара-сырца. За последние семь лет в три раза вырос объем экспорта зерновых культур. По итогам 2017–2018 годов РФ заняла второе место по объему экспорта зерна в мире.
Владимир Шафоростов, Партнер, АПК
По итогам 2018 года выручка России от экспорта сельскохозяйственной продукции и продовольствия составит порядка $25,9 млрд, что немного ниже заявленного прогноза, отчитался Владимиру Путину 28 января министр сельского хозяйства Дмитрий Патрушев. «Я в прошлый раз докладывал, что эта цифра будет стремиться к 26 млрд, но думаю, что не дотянем миллионов сто», — доложил Патрушев
Трансграничная пшеница: что не так с российским продуктовым экспортом
Средняя цена российского экспорта продовольствия в разы меньше, чем европейского, — всего $0,31 против $1–2 за килограмм. Дело в том, что из России вывозится преимущественно зерно, а из Европы — переработанная продукция

По итогам 2018 года выручка России от экспорта сельскохозяйственной продукции и продовольствия составит порядка $25,9 млрд, что немного ниже заявленного прогноза, отчитался Владимиру Путину 28 января министр сельского хозяйства Дмитрий Патрушев. «Я в прошлый раз докладывал, что эта цифра будет стремиться к 26 млрд, но думаю, что не дотянем миллионов сто», — доложил Патрушев.

В 2017 году Россия поставила на экспорт продовольствия на $21 млрд. Увеличение объемов экспорта продукции российского АПК предусмотрено майским указом президента. В соответствии с ним к 2024 году экспорт продовольствия должен увеличиться почти в два раза, до $45 млрд в год.

Какое продовольствие экспортирует Россия и насколько оно конкурентоспособно по сравнению с продукцией из других стран — в обзоре РБК.

Дешевый экспорт

В рейтинге мировых экспортеров продукции АПК Россия занимает 20-е место, подсчитала консалтинговая группа «НЭО Центр» по итогам девяти месяцев 2018 года. За этот период было отправлено за границу 56,9 млн т продовольствия на $17,6 млрд. Средняя цена 1 кг такой сельхозпродукции составила $0,31, что на 10% меньше, чем за аналогичный период предыдущего года. Для сравнения: у США, мирового лидера по экспорту сельхозпродукции, отгрузившего за границу 169,2 млн т, доходы от таких поставок оцениваются в $105,7 млрд, а средняя цена 1 кг в два раза выше — $0,6.

Продукция на экспорт из стран Европы стоит в несколько раз больше. Для Италии это в среднем $2, для Нидерландов и Испании — по $1,7, для Германии — $1,4, для Франции — $1 за килограмм. Средняя цена экспорта также высока в Китае — $1,8 за килограмм, свидетельствуют расчеты «НЭО Центра».

Официальные данные Минсельхоза не противоречат расчетам «НЭО Центра». Согласно предварительной оценке министерства, в 2018 году средняя стоимость вывезенной из России сельхозпродукции осталась на уровне предыдущего года, составив $350 за 1 тонну, или $0,35 за 1 кг. Показатель средневзвешенный и не отражает качественных характеристик направляемой за рубеж продукции, указали в Минсельхозе.

Средняя цена за тонну российского экспорта продукции АПК составляет около $300 и примерно в три-четыре раза ниже цены импортируемых Россией продуктов, соглашается руководитель Центра компетенции в АПК российского офиса KPMG Виталий Шеремет.

Почему экспорт из Европы дороже

Тот факт, что килограмм продовольствия из стран Европы и Америки при экспорте стоит дороже, в Минсельхозе объяснили его более высокой удельной экспортной стоимостью.

По профилю экспорта Россия ближе к США и Бразилии, отмечает партнер практики АПК компании «НЭО Центр» Владимир Шафоростов. Он напоминает, что характерная особенность экспорта этих стран — большие объемы сырьевых товаров (commodity). Если для России и стран Северной и Южной Америки доля сырьевых товаров составляет 60–75% в торговом обороте, то для ЕС и Китая — всего 40–50%, указывает эксперт. Экономический оборот сырьевых товаров зависит больше от объема, чем от цены, поэтому и средняя цена российского экспорта ниже, чем у других стран из первой двадцатки.

Экспортный профиль стран Европы более сбалансированный, продолжает Шафоростов. Нидерланды и Германия направляют на экспорт преимущественно молоко и мясо, продукцию переработки сырья — овощей, фруктов, зерна, какао, напитки, а Франция и Италия — традиционно вино, мукомольную пшеницу и молочную продукцию. Эти продукты на единицу измерения физического веса дороже, чем сырье, поэтому и средняя цена экспорта стран ЕС выше, чем у стран с фокусом на товары группы commodity. Высокая удельная стоимость европейского экспорта может отчасти объясняться и определенной изолированностью рынка ЕС, а также существенным оборотом внутри этого макрорегиона, отмечает Шафоростов. По его словам, свежие овощи и фрукты, охлажденное мясо и другая скоропортящаяся продукция в ЕС могут быть дороже, чем те же товары из других стран.

Родина зерна

Основа российского экспорта АПК — зерно. Крупнейшим покупателем, согласно расчетам Российского экспортного центра, стал Египет.

В текущем сельскохозяйственном году, который начался в прошлом июле и закончится в июне, Россия, по оценке Минсельхоза, поставит за границу около 42 млн т зерна, в том числе 36 млн т пшеницы. На долю зерна, как следует из заявлений Патрушева, приходится около 40% экспорта, еще около 20% — на рыбу и ракообразных. Как указывают в Минсельхозе, удельная цена зерна значительно ниже остальных продуктовых групп, например рыбы и морепродуктов: $190 против $2,35 тыс. за тонну, или $0,19 против $2,35 за килограмм.

Средняя цена зерна, которое Россия направляет на экспорт, — $0,2 за килограмм, что соответствует цене аналогичных товаров из США и Канады, констатируют аналитики «НЭО Центра». Но, поставляя на экспорт зерно, Россия импортирует продукты с более высокой добавленной стоимостью, например кондитерские изделия, обращает внимание Шеремет из KPMG. Цена таких готовых продуктов из зерна, муки и кондитерских изделий, которые поставляют на экспорт Италия и Франция, существенно больше — $2 и $3,1 за килограмм соответственно, следует из расчетов «НЭО Центра».

В другой товарной группе — по рыбе и морепродуктам — средняя цена килограмма экспортируемой из России продукции в разы ниже, чем из Китая: $2,3 против $4,3. Китай покупает российский мороженый минтай, делает из него филе или крабовые палочки и поставляет в Европу уже по более высокой цене. Разница в цене между мороженой рыбой и филе может быть трехкратной, обращает внимание Шеремет. В Минсельхозе, впрочем, указывают, что средняя стоимость тонны экспорта российской рыбы и морепродуктов сопоставима с показателями Нидерландов, Китая, Бразилии, Южной Кореи и других стран.

«Увеличить глубину переработки»

Для стимулирования экспорта Минсельхоз в 2019 году реализует федеральный проект «Экспорт продукции АПК», напоминают в министерстве. Повышать конкурентоспособность российских продуктов планируется, «создавая новые производства и модернизируя существующие, а также увеличивая глубину переработки и добавленную стоимость продукта». Проект предусматривает и развитие логистической инфраструктуры.

В 2019 году на реализацию проекта предусмотрены 38,8 млрд руб., в целом в 2019–2024 годах заложено 406,8 млрд руб., уточнили в Минсельхозе.

Государство озаботилось мерами поддержки переработки, например производства кондитерских изделий и других продуктов с высокой добавленной стоимостью, тонна которых стоит дороже, чем тонна зерна, и в ближайшие годы структура российского экспорта будет выравниваться, надеется Шеремет.

«Будем сейчас в рамках экспортного проекта все‑таки пытаться экспортировать продукцию с большей добавленной стоимостью», — пообещал Дмитрий Патрушев президенту во время встречи 28 января.
Алексей Ефанов, Партнер, Инжиниринг
Кардинальная реформа института саморегулирования завершена. Процессы «зачистки» пройдены. Увеличены функции СРО. Расширены контрольно-дисциплинарные меры. И сегодня саморегулирование стало серьезным институтом для государства. С его мнением считаются, на него ориентируются. Своим видением ситуации о деятельности саморегулирования сегодня, после проведенной реформы, поделились эксперты и участники строительного сообщества.
Начало прекрасной эпохи
РЕФОРМА СИСТЕМЫ САМОРЕГУЛИРОВАНИЯ РЕШИЛА ЗЛОБОДНЕВНЫЕ ВОПРОСЫ СТРОИТЕЛЬНОЙ ОТРАСЛИ

Кардинальная реформа института саморегулирования завершена. Процессы «зачистки» пройдены. Увеличены функции СРО. Расширены контрольно-дисциплинарные меры. И сегодня саморегулирование стало серьезным институтом для государства. С его мнением считаются, на него ориентируются. Своим видением ситуации о деятельности саморегулирования сегодня, после проведенной реформы, поделились эксперты и участники строительного сообщества.

Антон Мороз, вице-президент Санкт-Петербургской ТПП, член совета НОСТРОЙ, член совета НОПРИЗ:
— На XVI Всероссийском съезде НОСТРОЙ и на проходившем после съезда заседании совета НОСТРОЙ министр строительства и ЖКХ РФ Владимир Якушев подчеркнул, что считает саморегулирование важнейшим экспертным институтом и что национальные объединения — это службы профессионалов, носящие функцию основного эксперта как для Министерства строительства РФ, так и для всей отрасли. Он заявил, что видит систему саморегулирования как альтернативную систему государственного регулирования по всем направлениям деятельности. Это большое достижение.
Основной посыл сейчас — обсуждать не имиджевость системы саморегулирования, а обсуждать ее для стройки. Для тех задач, которые изначально заложил президент РФ, когда принял решение о создании саморегулирования взамен государственного контроля. Большинство из задач уже решены. Практически закончен процесс самоочищения. Реализован региональный принцип работы в строительстве, что тоже немаловажный фактор. Выстроен правильный, системный порядок ротации органов исполнительной власти, саморегулируемых организаций, национальных объединений. Идет планомерная разработка обязательных к применению нормативов по защите интересов членов СРО. К сожалению, мы до сих пор сталкиваемся с проявлениями так называемых коммерческих функций саморегулирования. Но после того как компенсационный фонд был передан на специальные счета, процесс коммерциализации в СРО перестал существовать. Важным нововведением реформы стало появление НРС. Теперь мы понимаем существующее число руководителей с надлежащим опытом на территории всей страны. Соответственно, можем эффективнее оценить качество тех компаний, которые входят в наш состав. А в отношении тех, которые не обладают инженерным, техническим персоналом, принять действенные меры по их переходу в малый бизнес. Или прекращению работы в качестве подрядчиков.

Левон Маилян, председатель правления СРО Ассоциация «Объединение строителей Южного и Северо-Кавказского округов», заслуженный строитель РФ, член-корреспондент Российской академии архитектуры и строительных наук, доктор технических наук, профессор:
— Саморегулирование в строительстве стало обыденным, привычным и для строителей, и для заказчиков, и для властей. Но беспокоят только два обстоятельства. Первое — совершенно неуемное желание национальных объединений постоянно совершенствовать этот процесс, непрерывно вводить в него новые изменения, поправки, усложняющие работу СРО и усиливающие раздражение практикующих строителей. Второе обстоятельство — возрастающее желание Минстроя РФ переложить большую часть своих функций по контролю и информационности на саморегулируемые организации, что приводит к необходимости сбора все большего количества отчетной информации от конкретных строителей. И проверки ее достоверности.
Эти два обстоятельства рано или поздно могут привести к массовому недовольству. И, как следствие, к смене системы регулирования деятельности строительной отрасли. Поэтому, выражая мнение огромного количества руководителей СРО, прошу наших начальников и коллег из Минстроя и национальных объединений объявить хотя бы на пару лет своего рода мораторий на разработку и совершенствование нормативных документов по саморегулированию. По сути, совершенству нет предела. Этот процесс может быть бесконечен и неизбежно приведет к краху самой системы саморегулирования. Дайте СРО и строителям спокойно работать при стабильном законодательстве. Разве мы просим слишком много?

Виктор Суруда, председатель совета Ассоциации СРО «Строители Свердловской области», заслуженный строитель РФ:
— В целом систему саморегулирования сегодня можно оценить положительно. Принятие ФЗ N° 372 позволило значительно очистить строительное саморегулирование от «однодневных» СРО и таких же строительных фирм. Однако эту работу еще предстоит продолжать. Более четкими и прозрачными стали правила вхождения на рынок, в том числе и с применением системы НРС.
Отмечу, что добросовестные строители приняли изменения, происходящие в системе СРО, как очередной экзамен на профессионализм. И я считаю, что члены нашего СРО и саморегулируемые организации Уральского округа, сходные с нами по духу, успешно сдали этот экзамен. Применение общественного института в лице НОСТРОЙ призвано защищать интересы строителей и решать множество задач — в стандартизации, в законодательной поддержке и др. Для этого надо принимать участие в общественных советах, на конференциях, съездах. То есть взаимодействовать со всеми органами власти на всех уровнях. И то, что не сможет решить СРО, решит объединение работодателей или профсоюз. А если мы вместе возьмемся за дело, то строитель может быть спокоен.
Сегодня для нас актуален вопрос «типового контракта на строительство» между инвестором, заказчиком и строителем. Необходимо утвердить «Типовой контракт» и обязательность его применения для организаций любой формы собственности на уровне Правительства или Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства РФ. В «Типовом контракте» должны учитываться сроки, параметры прибыли, накладные и командировочные расходы, а также расходы по кредитованию, штрафам, санкциям и страхованию. Необходимо реформирование системы ценообразования, выделения ценообразования по государственному контракту, поднимая зарплату до уровня рынка рабочей силы. Следует разрешать другие формы ценообразования на объектах, не связанных с госзаказом, предоставив свободу формы выбора сторонам договора.

Виталий Кононов, коммерческий директор ООО «СК Консоль-строй ЛТД» (Республика Крым):
— За 10 лет работы системы саморегулирования было внесено немало изменений в законодательство. Вступление в силу ФЗ N° 372 повысило величину компенсационного взноса из расчета размера денежных обязательств по договору подряда и максимального суммарного размера непогашенных обязательств. Это усложнило возможность доступа к крупным, технически сложным объектам компаниям с малым опытом и отсутствием запаса оборотных средств. Важным нововведением стало размещение средств компфондов на специальных счетах уполномоченных банков, что улучшило эффективность госконтроля над сохранностью денег строителей.
В числе знаковых для отрасли перемен отмечу принцип регионализации, объединение проектировщиков и изыскателей в НОПРИЗ, а также увеличение компенсационного взноса из расчета размера денежных обязательств по договору подряда и максимального суммарного размера непогашенных обязательств. Основным принципом саморегулирования является то, что сами участники оценивают работу своих членов. Таким образом, эффективность этой работы остается на совести коллегиального органа управления. Но на деле рядовые сотрудники заинтересованы только в пополнении состава членов СРО. А представители компаний-членов коллегиального органа заняты собственной коммерческой деятельностью. Последние изменения в законодательстве были призваны «наказать рублем» недобросовестные организации, «открывающиеся под проект», а после его реализации сворачивающие свою деятельность, при этом возложив частично риск некачественной работы таковых членов на СРО за счет компенсационного фонда из расчета размера денежных обязательств по договору подряда и максимального суммарного размера непогашенных обязательств.
Усиление контроля не должно превращаться в обмен бессмысленными отчетами и мешать деятельности организаций постоянными проверками. Но потеря разрешения на строительную или проектную деятельность должна быть опасным фактором и регулятором для компаний. Сегодня открыть членство в СРО можно за несколько дней. Возможно, следует ввести понятия постоянного и квалификационного членства с различной степенью разрешения деятельности. Увеличить квалификационные требования для компаний в виде отработки на субподряде в течение нескольких лет под надзором опытных организаций. С рассмотрением эффективности их деятельности до момента согласования постоянного членства в СРО.

Алексей Ефанов, партнер практики «Инжиниринг» компании «НЭО Центр»:
— Замысел внедрения института саморегулирования был не нов. Подобный подход хорошо зарекомендовал себя за рубежом, где уже долгое время существуют профессиональные ассоциации, которые устанавливают для себя минимальные требования к качеству продукции и работ. Сами следят за их выполнением. Наказывают нарушителей и ведут постоянную научно-исследовательскую деятельность для улучшения эффективности рабочего процесса.
С появлением саморегулирования в России в перспективе и был заложен аналогичный подход. За 10 лет существования саморегулирования в стране профессиональное сообщество действительно получило доступ к лоббированию интересов через саморегулируемые организации и национальные объединения. Появились примеры реализации программы стандартизации в рамках нацобъединений.
В связи с этим стоит отметить активную позицию НОСТРОЙ, который разработал десятки стандартов на основные строительные процессы — то, что никогда ранее в таком объеме и в такой детальности не делалось. Без сомнения, одно это позволило добавить в отрасль большой поток современных строительных технологий. Появление НРС стало важным шагом в сторону повышения ответственности, а значит, и престижа профессии строителя. В конечном итоге это приведет к повышению профессионализма инженеров и, хочется надеяться, к возрождению былого уровня знаний и связей между инженерным и научным сообществами.
Однако принцип взаимной ответственности членов СРО в полной мере еще не заработал. Контроль над качеством работы членов СРО со стороны саморегулируемых организаций часто остается формальным. Компенсационные фонды — неполными, а регионализация СРО, по сути, противоречила первоначальному замыслу — объединению подрядчиков по профессиональному, а не по территориальному признаку. Нормотворчество также в конце концов вновь вернулось в государственные руки. Эти и многие другие «детские болезни» молодого института саморегулирования еще нужно лечить. Компромиссные решения со временем заменять более эффективными и возвращаться на первоначально намеченный путь.

Антон Словецкий, генеральный директор ООО «Трансюжстрой-ПГС» (г. Белгород):
— Реформа системы саморегулирования оказала положительное влияние на развитие строительной отрасли. С рынка ушли организации-однодневки, которые только позорили строительный рынок. Но на деятельности нашей компании реформа не отразилась. Изначально мы как добросовестный застройщик и подрядчик вступили в региональную организацию — Ассоциацию СРО «Строители Белгородской области». Поэтому законы становления системы нас не затронули. Не возникло проблем с сохранностью компенсационного фонда. Специалисты саморегулируемой организации регулярно проверяют нашу деятельность. Атмосфера общения в нашей СРО доброжелательная. Хотелось бы, чтобы СРО выполняла более широкий пул функций на строительном рынке. Например, давала рекомендации строительным компаниям при участии в торгах. Ведь такие рекомендации важны для заказчиков. Также хотелось, чтобы саморегулятор взял на себя ряд вопросов по долевому строительству, которые существенно тормозят строительный комплекс. Но пока такой инициативы со стороны СРО не наблюдается. Тем не менее обязанности, возложенные на саморегуляторов, наша региональная структура выполняет добросовестно.

Елена Самсонова, директор направления «Сопровождение строительных проектов» Группы компаний SRG:
— За 10 лет развития саморегулирование сильно изменилось. Однако задачи, возложенные на него изначально, а именно повышение качества строительства и перенос нагрузки по устранению последствий некачественного строительства или невыполненных застройщиком обязательств с государства на бизнес, не решены совсем. Компенсационные фонды как были 10 лет назад некими аккумуляторами денежных средств, оборачиваемых на финансовом рынке и фактически выведенных из реального сектора, так и остаются по настоящее время. Любой случай серьезного возмещения оплачивается пока государством. Примером может служить банкротство Urban Group: завершение строительства домов, квартиры в которых уже были фактически проданы дольщикам, идет за счет бюджетов различного уровня.
Зато в ходе реформы системы саморегулирования была решена другая, не заявленная изначально задача. Представителям малого бизнеса предоставлена возможность для нормальной деятельности. До реформы 2017 года деятельность СРО сводилась, по сути, к выдаче «на возмездной основе» допусков к определенным видам работ. И все. Для получения такого допуска требовалось показать наличие в штате определенного количества сотрудников, обладающих профильным высшим образованием и подтвержденным опытом работы. И сотрудников таких требовалось в среднем от 15 человек, что автоматически делало невозможным вступление в СРО предприятий малого бизнеса. В результате коррумпированность деятельности СРО превышала даже предшествовавшее ей лицензирование, предъявлявшее такие же требования к претендентам на получение лицензий, но хотя бы находившееся под контролем государства.
Существенно изменило ситуацию появление НРС. Теперь для вступления в СРО компании достаточно двух опытных руководителей и трех квалифицированных специалистов, а не двадцати сотрудников с дипломами и трудовыми книжками, как раньше. Такой подход позволил выходить на строительный рынок большему числу компаний малого бизнеса, что при равных условиях доступа к контрактам может стать существенным толчком в развитии конкуренции в отрасли и, как следствие, способствовать повышению качества проводимых работ.
НЭО Центр
По динамике инновационного развития российская промышленность в 4−6 раз отстает от ведущих индустриальных стран. К такому выводу пришли аналитики Finanz.ru. О том, что технологическое отставание является главным вызовом для развития страны, говорят и представители российской элиты. Однако признание болезни совершенно не означает намерения ее лечить, говорят опрошенные РБК Петербург эксперты. По их словам, парадоксальность ситуации заключается в том, что в России разработаны и уже близки к внедрению ключевые технологии цифровой революции, однако их применение не входит в повестку ни нынешнего, ни будущего года, ни, вероятно, пяти ближайших лет. Причина проста — законодательное регулирование ставит под запрет массовое коммерческое использование практически всех цифровых технологий.
Запрещено все: когда россияне смогут воспользоваться благами цивилизации
По динамике инновационного развития российская промышленность в 4−6 раз отстает от ведущих индустриальных стран. К такому выводу пришли аналитики Finanz.ru. О том, что технологическое отставание является главным вызовом для развития страны, говорят и представители российской элиты. Однако признание болезни совершенно не означает намерения ее лечить, говорят опрошенные РБК Петербург эксперты. По их словам, парадоксальность ситуации заключается в том, что в России разработаны и уже близки к внедрению ключевые технологии цифровой революции, однако их применение не входит в повестку ни нынешнего, ни будущего года, ни, вероятно, пяти ближайших лет. Причина проста — законодательное регулирование ставит под запрет массовое коммерческое использование практически всех цифровых технологий.

«Запрещено почти все»

Как утверждает президент НП «Руссофт» Валентин Макаров, с точки зрения законодательства, объясняется это тем, что новые технологии могут создать угрозу безопасности людей, имущества, персональных и иных конфиденциальных данных. К таким технологиям эксперт относит беспилотники, активную телемедицину, любое распределенное цифровое производство, промышленный интернет, цифровые технологии в финансовой сфере (включая банки, бухгалтерский учет и т.п.), квантовую криптографию и многое другое.

Причем, такие запреты иногда связаны даже не столько с рисками нарушения безопасности, сколько в силу неадекватности цифровым технологиям существующих в России подходов, которые признает государство. Самый яркий пример — системы бухгалтерского и статистического учета, ориентированных на политические (во многом пропагандистские) интересы власти, а не на потребности экономических акторов, как в цивилизованном мире. «Например, квантовая криптография в финансовой сфере не может внедряться, потому что регулятор в лице ФСБ не имеет даже тестирующую лабораторию, которая может выдать сертификат безопасности. Поэтому квантовая криптография активно внедряется в Китае и в США, но не у нас», — говорит Макаров.

Беспилотники не повезут грузы и людей

«Использование беспилотных летательных аппаратов (БЛА) для коммерческих перевозок грузов также нарушает действующее законодательство», — утверждает директор Центра перспективных исследований ГК «Кронштадт» Владимир Воронов. Он пояснил, что для любых авиаперевозок нужно иметь зарегистрированное воздушное судно и сертификат эксплуатанта. «Сейчас в России не существует норм, позволяющих зарегистрировать БЛА тяжелого класса для перевозки грузов. Поэтому осуществлять такие перевозки легально сейчас нельзя. Возможны экспериментальные полеты. На них нужно получать разовые разрешения», — заявил Владимир Воронов.

Между тем в Группе «Кронштадт» создается не только полностью беспилотная, но даже наиболее реалистичная на первом этапе технология роботизации, предусматривающая возможность конвертировать пилотируемый летательный аппарат в опционально-пилотируемый с минимальным вмешательством в конструкцию. Комплекс автоматического управления осуществляет управление полетом, а наземный экипаж контролирует полет со станции внешнего пилота на аэродроме.

По оценкам специалистов компании, переход на беспилотное управление позволит снизить стоимость летного часа до 30%, повысить оборачиваемость воздушных судов, снизить влияние человеческого фактора, сократить потенциальную нехватку пилотов, а также выполнять авиаработы в условиях, сопряженных с риском для жизни и здоровья экипажей, например, в Арктике, освоение которой российское государство объявило приоритетной задачей. «Мы можем создать новое направление авиационной отрасли», — считает Владимир Воронов.

Однако реализация этих захватывающих перспектив сейчас блокируется отсутствием нормативной базы, регулирующей использование беспилотников для выполнения авиаработ и авиаперевозок.

Примерно такая же ситуация имеет место и с наземными беспилотными перевозками. Законодательство запрещает беспилотные наземные перевозки людей и грузов. Более того, как утверждает президент ГК Cognitive Technologies Ольга Ускова, «у нас нет не только правил использования беспилотного транспорта, но даже правил его тестирования в реальных городских условиях». По ее словам, не только коммерческие перевозки, но даже любое испытание беспилотников за пределами закрытой территории в рамках действующих норм незаконно. «Это очень сильно тормозит развитие внутреннего рынка: чтобы финализировать технологии, необходимо сейчас перейти к испытаниям на улицах. Без этого невозможно начать серийный выпуск беспилотников, не говоря уже об их массовом использовании», — утверждает Ольга Ускова.

Не снимут леса и поселки

Петербургская ГК «Геоскан», которая занимается изготовлением беспилотных аэрофотосъемочных комплексов, в конце 2017 года успешно завершила свой проект по контракту с НТИ. Была доказана реальная возможность с помощью дронов в несколько раз ускорить решение кадастровых задач и сэкономить бюджету десятки, а то и сотни миллиардов рублей. Однако Кадастровая палата Росреестра до сих пор не принимает к регистрации планы межевания участков, подготовленные по данным аэрофотосъемки с помощью БЛА. Этому, по словам председателя правления ГК «Геоскан» Алексея Семенова, препятствует действующая до сих пор инструкция по аэрофотосъемке 1980 года, «где, в частности, прописана пленочная камера и масса других ограничений, неактуальных для современных дронов».

Из-за этого информация, полученная беспилотниками, не является юридически значимой. В частности, ее нельзя использовать для фиксации нарушений земельного законодательства. Между тем, в ходе выполнения контракта НТИ в Тульской области у более чем 60 тыс. земельных участков (2,8 тыс. га) были выявлены признаки самозахвата. По оценке консалтинговой компании НЭО-ЦЕНТР, потенциальный экономический эффект от легализации самозахватов составит около 4 млрд руб. Кроме того, было выявлено более 170 тысяч га земель, которые числятся сельскохозяйственными, но на самом деле заросли кустарником и деревьями. Чтобы использовать все эти данные, приходится дублировать их традиционными методами, то есть, делать двойную работу.

Такие проблемы, по словам Алексея Семенова, имеют место при любых измерениях, осуществляемых беспилотниками. Например, при измерении утечек тепла в трубопроводах систем теплоснабжения городов. Беспилотники могли бы серьезно ускорить прогресс в энергосбережении, чего сейчас не происходит.

Замкнутый круг

Неадекватное госрегулирование значительно затрудняет даже отработку беспилотных технологий. Для такой отработки нужно создать демонстрационный образец изделия и подвергнуть его многочисленным испытаниям. В случае тяжелых БЛА создание демонстрационного образца требует серьезных финансовых затрат.

«НТИ предлагает свою помощь через софинансирование проекта. Но ставит обязательное условие — необходимо представить обязательство партнера на последующее коммерческое использование созданных в ходе проекта технологий. У нас есть партнеры, которые в принципе одобряют проект и выражают интерес к использованию беспилотным технологий в своей деятельности. Но прежде, чем подписаться под обязательством по коммерциализации, они хотят «потрогать руками»: увидеть технологию в действии хотя бы на уровне демонстратора — чтобы оценить его коммерческую эффективность и подобрать варианты применения. Получается замкнутый круг: чтобы получить деньги на создание технологии нужно обязательство потребителя, а чтобы получить такое обязательство нужно иметь готовый демонстратор. Это стало главным тормозом нашего проекта», — с горечью констатирует Владимир Воронов.

Российская венчурная компания (РВК) — проектный офис НТИ — обосновывает такие требования предыдущим опытом финансирования разработок, которые не нашли коммерческих потребителей. То обстоятельство, что по самому своему смыслу РВК призвана рисковать (венчурные инвестиции всегда рискованные), видимо не принимается во внимание.

Между тем, в Китае уже создано несколько вариантов грузовых БЛА тяжелого класса (один из них на базе китайского варианта самолета АН-2), и вскоре на мировой рынок хлынут китайские грузовые беспилотники. Если российское государство не сумеет преодолеть созданный им барьер, то наверняка, как считают эксперты, повторится история с дронами-игрушками, которыми китайцы в свое время захватили мировой рынок.

Космос и ОПК не получат изделия

Плохой закон тормозит развитие даже больше, чем отсутствие закона, утверждают участники рынка. Такая ситуация имеет место в сфере аддитивных технологий, где появляются национальные стандарты — специализированные ГОСТы. «Да, действительно, некоторые ГОСТы по аддитивным технологиям очень плохие», — подтвердил РБК Петербург Никита Уткин, председатель Технической комиссии НТИ «Кибер-физические системы», которой правительство РФ официально поручило готовить нормативную базу для регулирования рынков новой экономики.

Недавно вышел основополагающий ГОСТ Р 57589-2017. «В нем говорится, что «аддитивные технологические процессы основаны на принципе послойного создания (выращивания) твердого объекта…». Но такое определение исключает новейшие технологии, например, основанные на методах непрерывного формирования изделий, двухфотонной полимеризации и что самое неприятное для нашей компании — нашу уникальную для мирового рынка технологию печати, где изделие может формироваться моментально и без слоев. Этот ГОСТ фактически запрещает нам развивать эту технологию в России», — говорит совладелец компании «3DSLA.RU — Российские 3D принтеры» Денис Власов

Аналогичный дефект ГОСТа содержится и в описании применяемых материалов — указаны тоже только уже известные (керамические порошки), что препятствует применению новых, например, порошков оксидов металлов, карбида кремния и других. В результате ГОСТ ограничивает аддитивную отрасль узким кругом технологий, к тому же уже устаревших.

Отсутствие разрешения на применение новых аддитивных технологий и материалов означает фактическую невозможность массового применения 3D-принтеров для изготовления некоторых видов изделий, например, в зубопротезировании (во многих случаях), в ортопедии, восстановительной хирургии и др. А госкорпорациям космической и военной сфер нужны изделия из карбида кремния, использование которого ГОСТом также не предусмотрено. «Зачем мне и коллегам развивать в России эти, новые, технологии, если мы не сможем их продавать и какой инвестор решится в них вложиться, если не сможет их монетизировать?», — задает риторические вопросы Денис Власов.
Максим Никиточкин, Руководитель проектов, АПК
Руководитель проектов практики АПК компании «НЭО Центр» Максим Никиточкин дал Milknews свою экспертную оценку экспортным перспективам российской молочной продукции на зарубежных рынках. По его словам, отечественной отрасли будет сложно нарастить объемы внешних поставок.
Максим Никиточкин Российская молочная продукция остается слабоконкурентной на зарубежных рынках
Руководитель проектов практики АПК компании «НЭО Центр» Максим Никиточкин дал Milknews свою экспертную оценку экспортным перспективам российской молочной продукции на зарубежных рынках. По его словам, отечественной отрасли будет сложно нарастить объемы внешних поставок

Объем экспорта молочной продукции из РФ вырос за 10 месяцев 2018 года на 5% в сравнении с тем же периодом 2017 г. в физическом объеме, но снизился на 5% в стоимостном выражении.

Данные в таблице выше, полученные с сайта ru-stat.com, противоречат официальным данным.

В таблице выше не представлены сырные продукты под кодами 2106 90 980 5(9), но их объемы невелики. Таким образом, непонятно, как экспорт достиг 242,7 млн USD.

Мороженое почти не содержит молока, прирост в тоннах экспорта сливочного масла очень мал (400 т.), поэтому не совсем ясно, как экспорт увеличился в натуральном выражении, пусть и в пересчете на сырое молоко.

По предварительным данным, объем производства товарного молока в 2018 году вырос на 2,1% относительно 2017 года и составил 22,1 млн т.

Данный рост позволил увеличить производство питьевого молока на 2,4%, сыров и сырных продуктов — на 3,7%, при этом произошло падение производства сливочного масла на 3,1%, сухого молока — на 2,1%.

Розничные цены на основные молочные продукты (сливочное масло, творог, сыр) в 2018 году увеличились (по данным Росстата, на 4–6%, однако, по данным сайта tsenomer.ru, значительно сильнее — на 40–70%), а цены на сырое и питьевое молоко не выросли. Таким образом, увеличилась маржа переработчиков, что послужило поводом для увеличения внутрироссийских продаж. Однако в 2018 году произошла девальвация рубля как относительно доллара и евро, так и относительно валют ближайших соседей: курс казахского тенге за 2018 год вырос относительно рубля на 8%, гривны — на 20%, белорусского рубля — на 10%. Данный факт должен был увеличить конкурентоспособность российской молочной продукции на рынках данных стран, однако российские производители практически не воспользовались данным фактором.

Российская молочная продукция остается слабоконкурентной на зарубежных рынках, при этом рентабельность внутрироссийских продаж выше экспортных. Таким образом, довольно сложно увеличить текущие невысокие объемы экспорта российской молочной продукции.

Владимир Шафоростов, Партнер, АПК
Промышленное производство баранины в 2018 году выросло на 30%, до 9 тыс. т, сообщил «РБК.Pro» партнер практики АПК консалтинговой компании «НЭО Центр» Владимир Шафоростов.
Промышленное производство баранины в России в 2018 году выросло на 30%
Промышленное производство баранины в России по итогам 2018 года выросло на 30%, до 9 тыс. т. Ожидается, что в 2019 году показатель продолжит расти

Промышленное производство баранины в 2018 году выросло на 30%, до 9 тыс. т, сообщил «РБК.Pro» партнер практики АПК консалтинговой компании «НЭО Центр» Владимир Шафоростов.

«Для отрасли 2018 год сложился неплохо. Несмотря на то что пока данные статистики дают показатели по поголовью в живом весе, близкие к прошлому году, промышленное производство, тем не менее, выросло на 30%, до 9 тыс. т. Это значит, что по сравнению с прошлым годом рынок «официально» получил приблизительно на 2 тыс. т мяса баранины больше», — рассказал Владимир Шафоростов.

Он оценил российский рынок баранины в 210–220 тыс. т. Большую часть баранины производят домашние и крестьянско-фермерские хозяйства. При этом направлением интересуются крупные игроки. В частности, «Мираторг» в сентябре 2018 года запустил пилотное производство на 3,3 тыс. т в живом весе в год в Курской области, «Дамате» заявило о реализации проекта строительства бойни с площадкой для откорма в Ставропольском крае. Кроме того, в регионах — лидерах по численности поголовья овец (СКФО и ЮФО) заявляются новые проекты по строительству специализированных боен для малого рогатого скота, а в Хакасии в 2019 году должна уже начать работу новая специализированная бойня.

«Такие проекты позволят дать рынку продукт понятного качества и создадут предпосылки для постепенного увеличения спроса. Но пока внутренний рынок развит слабо, в современном ретейле мы можем найти в основном импортную продукцию в небольших объемах и скудного ассортимента», — отметил Владимир Шафоростов.

По оценке эксперта, импорт баранины держится на уровне 3 тыс. т в год, но имеет тенденцию к снижению.

Экспорт ягнятины и баранины в 2018 году существенно вырос за счет развития торговых отношений с Ираном: более 10 тыс. т было вывезено из России в 2018 году и менее 0,5 тыс. т в 2017 году.

В 2019 году производство баранины однозначно вырастет, но пока сложно сказать, потребят ли ее внутри страны или рост экспорта будет опережать рост внутреннего рынка, заключает Владимир Шафоростов.
Инна Гольфанд, Партнер, АПК
Владимир Шафоростов, Партнер, АПК
Максим Никиточкин, Руководитель проектов, АПК
По данным Росстата, за три квартала 2018 года инвестиции в основной капитал сельского хозяйства выросли на 9,7% относительно аналогичного периода прошлого года, составив 262,8 млрд руб. На долю отрасли пришлось 3,3% вложений по экономике в целом, которые составили 7,95 трлн руб., и это на 1,4% больше, чем в январе — сентябре 2017-го. «Агроинвестор» собрал более пятидесяти самых крупных проектов, анонсированных к реализации в минувшем году, общей стоимостью почти 430 млрд руб. Это почти столько же, сколько и годом ранее. Только тогда такую сумму инвестиций дали всего 25 проектов.
25 хедлайнеров агробизнеса. «Агроинвестор» составил рэнкинг крупнейших инвестпроектов АПК
Агросектор продолжает быть интересным для инвесторов. В 2018 году компании заявляли о новых вложениях: более 50 из них стоят свыше 1 млрд руб. каждое. Однако раньше раунды инвестирования были крупнее: по несколько десятков миллиардов рублей. Теперь большая часть проектов-лидеров оценивается менее чем в 10 млрд руб.

По данным Росстата, за три квартала 2018 года инвестиции в основной капитал сельского хозяйства выросли на 9,7% относительно аналогичного периода прошлого года, составив 262,8 млрд руб. На долю отрасли пришлось 3,3% вложений по экономике в целом, которые составили 7,95 трлн руб., и это на 1,4% больше, чем в январе — сентябре 2017-го. «Агроинвестор» собрал более пятидесяти самых крупных проектов, анонсированных к реализации в минувшем году, общей стоимостью почти 430 млрд руб. Это почти столько же, сколько и годом ранее. Только тогда такую сумму инвестиций дали всего 25 проектов.

Сдерживающие факторы

Несмотря на некоторое замедление роста (по итогам 2018 года сельское хозяйство, по предварительной оценке Минсельхоза, вырастет не более чем на 1% против 2,5% годом ранее), агросектор остается одним из самых интересных направлений для вложений, уверен руководитель центра компетенций в АПК КПМГ в России и СНГ Виталий Шеремет. Однако инвестиционный климат в стране в целом остается не самым благоприятным, в первую очередь потенциальные инвесторы — в частности иностранные — видят риски в возможном расширении и усилении западных санкций.

Сейчас Россия близка к перепроизводству продовольствия в некоторых категориях, что остро ставит вопрос увеличения экспорта продукции АПК, обращает внимание эксперт. А чтобы оставаться конкурентными на мировых рынках, нам необходимо снижать стоимость производства, также важен доступ к технологиям, нужны дешевые и длинные деньги, новые инвесторы. «Это все то, чего российский АПК лишается в условиях санкций, которые не позволяют привлечь в сектор большой объем глобальных финансов, в то время как в мире наблюдается рост интереса к отрасли в целом и к нашему сельскому хозяйству в частности», — подчеркивает Шеремет.

С одной стороны, наличие санкций увеличивает срок действия контрсанкций, поэтому российские производители оказываются в защищенном положении, с другой — напряженная геополитическая обстановка не способствует притоку прямых иностранных инвестиций, рассуждает руководитель проектов практики АПК «НЭО Центра» Максим Никиточкин. Впрочем, это не мешает инвестировать действительно заинтересованным компаниям. К тому же, кроме западных, есть и российские инвесторы — как профильные, так и непрофильные, которые проявляют активный интерес к агросектору и запускают новые производства, добавляет Шеремет.

Инвестиционная активность в агропромышленном секторе в течение всего 2017-го и первой половины прошедшего года росла весьма неплохими темпами, комментирует аналитик «Финама» Алексей Коренев. Однако уже со второго полугодия 2018-го она начала снижаться. «Оттока вложений в сельское хозяйство, конечно, нет: многие сегменты там еще достаточно интересны в силу невысокой заполненности имеющихся ниш и хорошей маржинальности, — уточняет он. — Но общеэкономические проблемы в стране, рост тарифов и акцизов, снижение темпов прироста покупательского спроса приводят к тому, что инвесторы уже не столь охотно берутся за новые проекты, зачастую предпочитая модернизировать имеющиеся производства».

Партнер практики АПК компании «НЭО Центр» Инна Гольфанд, напротив, считает, что основной объем инвестиций в агросектор пришелся на второе полугодие. «Увеличение активности инвесторов в минувшем году было связано в первую очередь с государственной поддержкой сектора, — полагает она. — Более активно стала работать программа льготного кредитования, благодаря которой инвесторы могли сразу получить кредит по льготной ставке, а не ждать от государства возмещения части уплаченных процентов. Также действовал механизм субсидирования капитальных затрат по инвестиционным кредитам с льготной ставкой, большая часть из которых была выдана банками в середине года, после чего вложения в сектор и активизировались».

Что в растениеводстве
Крупные инвестиции в растениеводство анонсируются не так часто, как в других отраслях. Хотя минувший год отметился несколькими интересными проектами. Так, сингапурская Wilmar International планирует вложить $732 млн (48,8 млрд руб. по курсу ЦБ на момент объявления планов) в выращивание соевых бобов на площади 600 тыс. га на Дальнем Востоке. Кроме того, инвестор рассчитывает возвести два завода по переработке агрокультуры мощностью 500-600 тыс. т в год, создать систему элеваторов и морской терминал для перевалки соевых концентратов и масла.

На территории Тульской области будет реализован другой растениеводческий проект: «Родниковое поле» намерено инвестировать 5 млрд руб. в выращивание и переработку льна-долгунца. Всего планируется построить 10 предприятий по переработке этой агрокультуры. В прошлом году компания засеяла льном 320 га.

В 2019-м ввести в севооборот более 5 тыс. га земли в разных районах Смоленской области под выращивание льна-долгунца планирует и «Русский лен» (входит в холдинг «Промагро»). Проект компании тоже предусматривает строительство комбината по производству механического котонина (модифицированное льноволокно). Запуск предприятия намечен на 2019 год, в 2018-м завод уже начал прием на хранение льнотресты. Стоимость проекта — около 2 млрд руб.

Мясные рынки

Если еще два-три года назад свино- и птицеводство были драйверами притока инвестиций, то с 2018-го вложения в эти отрасли отошли на третий план. Посмотрев список объявленных проектов, можно отметить, что вложения в строительство новых комплексов по производству свинины и мяса бройлера больше не привлекают инвесторов. Максимум, на что они решались в минувшем году — увеличивать мощности уже действующих проектов (объявлено около полдесятка подобных проектов в свиноводстве стоимостью более 1 млрд руб). Что касается возведения предприятий с нуля, то есть еще пространство для маневров в нишевых сегментах, чем инвесторы активно пользуются. Так, два проекта анонсировано в производстве индейки, один предполагает откорм гусей, еще по два — КРС и овец. Суммарная стоимость объявленных в ушедшем году мясных проектов приближается к 65 млрд руб.

Несмотря на снижение интереса к вложениям в свиноводство, на реализацию проектов в этой отрасли в завершившемся году, по оценкам Национального союза свиноводов (НСС), взято более 200 млрд руб. кредитов. «Но 2018-й — последний год, когда выдаются льготные кредиты на товарное свиноводство, — обращает внимание гендиректор НСС Юрий Ковалев. — Впрочем, уже вложенные деньги до 2022-2024 годов обеспечат ввод современных высокотехнологичных мощностей, рассчитанных на производство примерно 200-250 тыс. т (здесь и далее — в убойном весе) продукции ежегодно, таким образом, промышленный сегмент добавит около 1 млн т свинины».

Инвестиции в отрасль продолжаются, так как тому есть несколько причин, продолжает эксперт. Во-первых, в связи с ростом объемов производства наблюдается планомерное снижение оптовых цен, и этот тренд сохранится в ближайшие три-четыре года. Так, в 2019 году стоимость свинины упадет, по прогнозу, еще на 10%, что, в свою очередь, приведет к увеличению потребления: только за последние два года оно выросло на 300-400 тыс. т. Во-вторых, в отрасли происходит усиление конкурентоспособности и банкротство старых неэффективных предприятий — в ближайшие несколько лет по этой причине рынок лишится около 200 тыс. т свинины, считает Ковалев. Кроме того, продолжается сокращение производства в ЛПХ. По данным НСС, за последние семь-восемь лет таким образом с рынка ушло 500 тыс. т продукции, а в перспективе до 2022 года стоит ожидать еще минус 200 тыс. т. «Также прогнозируется роста экспорта (на 200 тыс. т) и уменьшение импорта, — добавляет эксперт. — В 2018 году ввоз сократился по сравнению с 2017-м на 200 тыс. т — до 100 тыс. т».

По мнению Ковалева, из объявленных свиноводческих проектов успешно будут реализованы те, что заявлены компаниями, входящими в топ-20 крупнейших. «В первую очередь это удвоение мощностей «Русагро», увеличение производства на 50% компанией «Черкизово», трехкратный рост объемов у «Агроэко», расширение «АгроПромкомплектации», перечисляет он. Малореальными эксперт считает проекты, которые власти отдельных регионов планируют реализовывать с инвесторами только по той причине, что там нет свиноводства. «Необязательно иметь свиноводческий комплекс в каждой области. Свинина достаточно легко транспортируется до 2 тыс. км в охлажденном виде», — отмечает он.

Среди тех компаний, кто объявил о расширении свиноводческих мощностей в минувшем году — «Отрада фармз», «Идаванг агро», «Великолукский агропромышленный холдинг», «Дымов», «Агроэко», «Черкизово». «Мы продолжаем активное строительство свинокомплексов формата „доращивание — откорм" в регионах: в 2018 году две новые площадки введены в Пензенской области, еще одна — в Воронежской, — рассказывает представитель «Черкизова» Анастасия Михайлова. — Кроме того, компания приступила к строительству еще трех комплексов в Пензенской области, их ввод в эксплуатацию намечен на 2019-й». Совокупные инвестиции в них составят 8 млрд руб.

Перестановки в последние пару лет происходят и в секторе мяса птицы. Рынок бройлера российские производители уже заполнили, а вот в сегментах индейки, утки, гуся и т. п. перспективы роста еще есть, обращает внимание Коренев. Этим он объясняет смещение интереса инвесторов в их сторону. И хотя другие виды мяса птицы зачастую не столь популярны в стране, как куриное мясо, определенный спрос на них все же наблюдается и даже понемногу растет. Особенно интересной для инвесторов за счет наличия места для новых проектов остается индейка, говорит Инна Гольфанд. Несмотря на то, что этот нишевый сегмент не сильно востребован у населения — индейка составляет около 10% от всего потребления птицы, — пока о насыщении говорить рано. Кроме того, сильное сокращение производства «Евродоном» из-за экономических проблем и гриппа птиц способствовало резкому повышению цен и формированию недостатка предложения на данном рынке.

По мнению коммерческого директора информационно-аналитического агентства «ИМИТ» Любови Бурдиенко, у производства индейки хорошие перспективы. «Это мясо по органолептическим свойствам достойная альтернатива говядине, но дешевле. Спрос на него последнее десятилетие увеличивается на фоне популяризации здорового питания, роста числа аллергиков и, конечно, же снижения располагаемых денежных доходов населения, что, в свою очередь, приводит к переходу спроса от говядины к индейке», — рассказывает она.

Одним из крупнейших объявленных проектов в индейководстве в 2018 году стали планы действующего лидера отрасли компании «Дамате» построить новый комплекс мощностью 22,5 тыс. т/год в живом весе в Приморском крае. Вложения оцениваются в 12,2 млрд руб. Еще один проект по индейке в ДФО на 13,7 тыс. т/год в живом весе и инвестициями 5,2 млрд руб. анонсировал «Хабаровский зерноперерабатывающий комбинат».

С прошлого года «Дамате» решила осваивать и совершенно новую для себя нишу — производство баранины. Комплекс мощностью до 15 тыс. т в убойном весе в год планируется возвести в Ставропольском крае. Стоимость проекта составит 2 млрд руб. Интерес к сегменту проявил и лидер мясного рынка «Мираторг». Инвестиции компании в строительство двух комплексов на 60 тыс. овцематок в Тульской области оцениваются в 6 млрд руб.

Закрытый грунт

Самой инвестиционно привлекательной отраслью сельского хозяйства в 2018-м, как и годом ранее, осталось тепличное производство. Анонсировано было 12 проектов стоимостью более 1 млрд руб. на общую сумму около 120 млрд. «Рынок овощей, выращиваемых в закрытом грунте, еще далек от насыщения (за исключением, пожалуй, сегмента огурцов), а по количеству теплиц, приходящихся на тысячу человек населения, мы по-прежнему очень далеки не только от стран Европы, но даже от той же Турции, — знает Коренев. — Так что потенциал для роста в этом секторе, особенно с учетом климата, у нас неплохой».

Теплицы до этого года пользовались масштабной государственной поддержкой: инвесторы могли получить не только льготные кредиты, но и возмещение 10-20% понесенных капитальных затрат по проекту, напоминает Инна Гольфанд. Только в прошлом году были одобрены кредиты на строительство более 600 га теплиц. Всего же сейчас запланировано возведение более 1,1 тыс. га, знает она (продолжение темы — на стр. 40). Реализация этих проектов приведет к почти полному насыщению рынка к 2020-2021 годам на европейской части России. Потенциал останется только в Сибири и на Дальнем Востоке. Однако теперь возмещения капитальных затрат при строительстве новых объектов в отрасли не будет. Поэтому стоит ожидать снижения интереса инвесторов к отрасли, делает вывод эксперт.

Тепличный сектор является одним из немногих инвестиционно емких сегментов, где есть дефицит отечественной продукции, говорит и гендиректор компании «Агриконсалт» (Санкт-Петербург) Андрей Голохвастов. Данная отрасль привлекательна для вложений еще и ввиду меньшей зависимости от погоды и большей компактности, нежели производство овощей открытого грунта, добавляет он. В основном тепличные проекты реализуются в центре страны, так как там находится крупный рынок сбыта, и в южных ее регионах — из-за хороших климатических условий. Небольшие теплицы строятся и в Сибири.

Самый крупный проект в этом сегменте был объявлен в Тамбовской области. Управляющая компания «Технологии тепличного роста» намерена возвести в регионе 76 га теплиц за 28,4 млрд руб. Первая очередь предусматривает строительство 30 га, завершить его предполагается к середине 2019-го. Предполагается, что это будут теплицы седьмого поколения — с применением «умного стекла» (можно регулировать прозрачность), капельного полива и светодиодной системы досвечивания. Объем производства должен составить до 100 тыс. т продукции в год (огурцы, томаты, салаты, зелень).

Масштабные планы есть у холдинга «Эко-культура». В моногороде Пикалево Ленинградской области компания строит тепличное производство общей площадью 60 га. Реализовать проект планируется в три этапа по 20 га теплиц. Первую очередь инвестор собирается ввести в эксплуатацию до 2021 года, объем вложений составит 5,8 млрд руб. В год с 20 га предполагается собирать 12,6 тыс. т томатов. Совокупные инвестиции в три очереди оцениваются в 20 млрд руб.

Шансы развития заявленных (не только в этом году) проектов такими игроками, как «Технологии тепличного роста» и «Эко-культура», максимально высокие, считает Голохвастов. «Может быть, не такими темпами, как предполагают инвесторы, но они будут реализовываться», — уверен эксперт. Но даже и у крупных игроков могут возникнуть трудности или измениться планы, не исключает он.

От овощей к фруктам
Один из крупнейших производителей тепличных овощей АПХ «Эко-культура» в прошлом году сообщил о намерении выйти в новую нишу — интенсивное садоводство. Компания приобрела сады вблизи Минеральных Вод (Ставропольских край) площадью 1 тыс. га, произвела рекультивацию почвы и раскорчевку старых деревьев. «Мы подготовили площадку на 300 га для высаживания саженцев в этом году, — рассказывает вице-президент по стратегии и маркетингу компании Сергей Фоменков. — 74% площади придется на красные яблоки (сорта Найдаред, Ред делишес, Джеромини, Фуджи ацтек и др.), 20% — на желтые (Голден оранж, Премьер, Голден рейдерс), оставшиеся 6% — на зеленые (Гренни смит, Ренет Семеренко)». В 2020—2021 годах сад должен вырасти еще на 400 га. Кроме того, первая очередь предполагает строительство хранилища для фруктов, его проект сейчас прорабатывается. На реализацию планов потребуется около 5,6 млрд руб., срок окупаемости — 7-8 лет. «Данный бизнес интересен нам с точки зрения рентабельности, — поясняет топ-менеджер. — Инвестиции в садоводство связаны с благоприятными условиями для вложений в данное направление, а также растущим спросом у населения».

Идут в молоко

Молочное животноводство в 2018 году, пожалуй, было второй по популярности отраслью у инвесторов после тепличного сектора. Было объявлено не менее шести новых проектов строительства комплексов по содержанию КРС и еще два козоводческих. Объем планируемых инвестиций доходит до 38 млрд руб. Три крупнейших проекта входят в топ-25, в совокупности вложения в них составляют 26,6 млрд руб.

После введения эмбарго на импорт сельхозпродукции в 2014 году молочная отрасль получила толчок для активного развития, которое продолжается и сейчас, отмечает старший аналитик Института конъюнктуры аграрного рынка (ИКАР) Наталья Пенькова. «Помимо фактора импортозамещения, у рынка остается потенциал к росту потребления, была бы только финансовая возможность у населения, — комментирует она. — А в этом году для страны было выбрано еще одно направление — наращивание экспорта». Важным фактором с финансовой точки зрения, стимулирующим инвесторов вкладывать в молочную отрасль, является и высокий уровень государственной поддержки, дающий возможность более уверенного старта проектов.

В первую очередь из-за длинных сроков окупаемости молочное животноводство, несмотря на сохраняющийся дефицит производства, развивается не слишком быстро, обращает внимание Инна Гольфанд. Но господдержка отрасли остается на высоком уровне: инвесторы могут рассчитывать на возмещение 25% от понесенных капитальных затрат по проекту и льготное кредитование. И это обеспечивает стойкий интерес инвесторов к данному сегменту, соглашается она.

Самым заметным игроком молочного рынка по-прежнему остается «ЭкоНива» Штефана Дюрра. В прошлом году компания вела строительство 14 животноводческих комплексов в пяти областях: семи — в Воронежской, трех — в Калужской, двух — в Рязанской и по одному — в Оренбургской и Новосибирской. Мощность комплекса в Новосибирской области и одного из предприятий в Рязанской — по 6 тыс. голов каждое, остальные рассчитаны на 2,8 тыс. голов. Совокупное поголовье на всех мегафермах составит 45,6 тыс. коров, сообщила пресс-служба компании. Общая сумма инвестиций в новые производства сырья оценивается в 41,8 млрд руб., включая затраты на строительство, оборудование, племенной КРС и сельхозтехнику. Четыре из перечисленных проектов начаты в 2017 году и завершены в 2018-м, четыре начаты и запущены в 2018-м, шесть начаты в минувшем году и будут введены в эксплуатацию в текущем, уточнила представитель «ЭкоНивы».

1 млрд руб. в расширение животноводческого комплекса с 4,6 тыс. до 6 тыс. голов в Тюменской области путем строительства третьей очереди «Тюменских молочных ферм» (предприятие построено при участии компании Danone, которая выкупает весь объем производимого молока-сырья) в прошлом году решила вложить «Дамате». С учетом дополнительных инвестиций общая стоимость проекта компании в регионе составит 6 млрд руб., а объем производства увеличится до 150 т в сутки, или 55 тыс. т в год. «Отлаженный механизм взаимодействия региональных властей и бизнеса показал свою эффективность, — комментирует гендиректор «Тюменских молочных ферм» Андрей Григоращенко. — Правительству Тюменской области удалось обеспечить благоприятный деловой климат и продемонстрировать инвестиционную привлекательность региона. А успешный опыт сотрудничества стал решающим фактором в вопросе дальнейшего расширения мощностей».

Почти 39 млрд руб. в ближайшие годы рассчитывает вложить в увеличение и модернизацию мощностей и еще один крупный игрок молочного рынка — компания «Кабош» (Псковская область). Так, по данным группы, к 2020 году она намерена возвести три новые мегафермы на 4,3 тыс. голов КРС каждая. В результате чего дойное стадо холдинга вырастет с 20 тыс. до 50 тыс. животных. Часть инвестиций будет направлена в модернизацию сыродельной фабрики для увеличения ее производственных мощностей с 450 т молока в сутки до 1 тыс. т. «Когда заходит речь о производстве сыров, что является основной деятельностью „Кабоша", остро встает вопрос о качестве молока, с чем в стране есть некоторые проблемы, — комментирует Пенькова. — Поэтому цель компании обеспечить собственные мощности переработки качественным сырьем вполне понятна».

Мясные холдинги переработают масличные
Крупнейшие агрокомпании страны с каждым годом все больше диверсифицируют свой бизнес вширь. Так, «Мираторг» в прошлом году успел объявить о развитии нескольких новых для себя направлений — производстве баранины, овощей открытого грунта, и даже решил строить маслоэкстракционный завод. Разместить МЭЗ суточной мощностью переработки 1,2 тыс. т сырья (подсолнечника, сои и рапса) планируется в Орловской области. Стоимость проекта — 3,6 млрд руб. Предприятие сможет ежегодно выпускать до 170 тыс. т растительного масла и 230 тыс. т шрота. Первая продукция появится в 2020 году.

Подобные планы есть и у «Черкизова». Компания рассчитывает возвести МЭЗ в Липецкой области. Объем инвестиций и мощность проекта на момент подготовки материала известны не были.

На пути к добавленной стоимости

Последние несколько лет эксперты и правительство призывали компании не только вкладывать в производство сырья, но и чаще инвестировать в переработку. С поднятием президентом страны темы развития несырьевого экспорта эта задача стала еще актуальнее. С прошлого года активность инвесторов в этом направлении действительно заметно усилилась. В 2018 году объявлен ряд проектов по строительству перерабатывающих мощностей молока и мяса. Так, самым крупным из них не только в сегменте переработки, но и в целом в АПК можно назвать заявление «ЭкоНивы» о строительстве семи молокоперерабатывающих заводов. Возводить предприятия общей стоимостью 70 млрд руб. компания планирует в нескольких регионах в течение ближайших шести лет. По мнению партнера практики АПК компании «НЭО Центр» Владимира Шафоростова, такому крупному производителю сырья, как «ЭкоНива», необходимо двигаться в сторону переработки по нескольким причинам. Во-первых, готовый продукт повышает капитализацию бизнеса и интерес инвесторов, а это важно для компании и будущего IPO, которое она в перспективе намерена провести. Во-вторых, несмотря на лидирующие позиции холдинга на молочном рынке, конкуренция в сырьевой отрасли будет со временем расти, а переработка — это способ уйти в другие сегменты. «Мы много сейчас говорим об экспорте, возможно, это еще одна причина для решения инвестировать в перерабатывающие мощности», — не исключает эксперт.

Запланировала инвестиции в развитие переработки молока и «Дамате». В прошлом году компания начала очередной этап модернизации молочного комбината «Пензенский» («Молком»). За три года в него будет вложено более 1 млрд руб. Деньги пойдут на реконструкцию и увеличение мощности действующих объектов, а также запуск новых технологических линий. Модернизация затронет участки приемки и хранения молока, будет увеличена мощность цеха по производству детского питания, реконструкции подвергнется аппаратный цех. Серьезные изменения ожидаются в действующем цехе розлива, в творожном цехе и на участке по производству мягкого творога. Отдельное внимание будет уделено обновлению участка транспортной логистики предприятия. Также планируется инвестировать в обновление оптово-сбытовой базы, складов хранения материалов и целого ряда инфраструктурных объектов и технических служб, перечисляет гендиректор «Дамате» Рашид Хайров. Цель очередного этапа — увеличение объема производства, расширение ассортимента за счет вывода на рынок новых продуктов, повышение их качества. «Культура потребления молочной продукции растет: покупатели начинают обращать внимание не только на цену, но и на качественные характеристики, состав, натуральность. Поэтому мы считаем необходимым вложиться в развитие предприятия сегодня, чтобы соответствовать ожиданиям потребителей в будущем, — говорит топ-менеджер. — Мы стараемся предугадывать тренды, открывать новые для нас ниши продуктов и охватывать все больше групп потребителей».

Развивать переработку холдинг намерен и в секторе индейки. В Пензенской области компания построит завод по глубокой переработке этого вида мяса мощностью 150 т в сутки. На 13 производственных линиях холдинг будет выпускать сыровяленые и вареные колбасы, ветчины, сосисочные изделия и готовые к употреблению полуфабрикаты. Инвестиции составят 5,7 млрд руб. «Переработка индейки даст предприятию возможность расширить ассортимент выпускаемой продукции, улучшить качество и обеспечить дополнительную эффективность бизнеса», — уверена гендиректор Росптицесоюза Галина Бобылева. Более того, подчеркивает эксперт, для производителя важно выходить на внешние рынки, и гораздо выгоднее это делать не с сырьем, а с продуктами с высокой добавленной стоимостью.

Строительство второго мясоперерабатывающего завода «Кашира-2» в Московской области первоначальной мощностью 60 т в сутки и вложениями в 6 млрд руб. анонсировало в прошлом году «Черкизово». Возведение предприятия «в зависимости от ситуации на рынке и договоренностей с правительством региона начнется в ближайшее время», сообщает Михайлова. 4,9 млрд руб. в линию по переработке 1,8 тыс. т сырья и производству готовых кулинарных блюд в Брянской области инвестирует и «Мираторг».

Привлекают инвесторов и совершенно новые сегменты переработки. Одним из последних объявленных проектов минувшего года стал анонс строительства завода по производству биоэтанола (экологичного топлива из растительного сырья) столичной компанией «Микро динамические технологии» (МДТ). В Краснодарском крае инвестор уже реализует пилотный проект в сфере альтернативной энергетики, основанный на переработке рисовой шелухи, а в Курске в 2019-м рассчитывает начать строительство завода по переработке пшеницы в крахмал и выпуску биоэтанола. Аналогичное предприятие в перспективе планируется возвести и в Воронежской области. Строительство курского завода начнется в 2019 году, а его запуск запланирован к 2022-му, рассказывал гендиректор МДТ Тамаш Пушкаш «Коммерсанту». По его словам, мощность предприятия может составить 250 тыс. т переработки в год. Стоимость оценивается в 150 млн евро (11,4 млрд руб. по курсу ЦБ на 10 декабря).

Интерес к проектам производства биоэтанола в качестве альтернативы традиционному топливу возрождается всякий раз, когда дорожает нефть, и каждый раз, когда она дешевеет, этот интерес сокращается, комментирует эксперт-аналитик «Финама» Алексей Калачев. «Только при высокой стоимости нефтяного сырья себестоимость производства этанола становится сопоставимой, а то и более низкой, чем у бензина», — констатирует он. В последнее время из-за низкой цены отсечения нефти по бюджетному правилу и из-за санкций курс рубля отвязался от нефтяных котировок, и себестоимость производства бензина резко выросла. В таких условиях неудивительно возрождение интереса к проектам по производству биотоплива, поясняет он. Тем не менее проект МДТ нуждается в более серьезной проработке, считает Калачев. Цены на нефть снова снижаются, что может снова уменьшить себестоимость производства бензина. Кроме того, главным препятствием для продвижения этанола на внутреннем рынке являются высокие ставки акцизов. «Акцизы на этанол на российском рынке и вовсе находятся на уровне, заградительном для использования этанола в качестве моторного топлива. Добиться исключения биоэтанола из одной группы с этиловым спиртом будет сложно. Остается продавать произведенный продукт на экспорт в Европу, где российский биоэтанол может оказаться более конкурентоспособным», — добавляет эксперт.

Чего ждать в 2019-м?

Следующий год будет однозначно более трудным для экономики государства, так что особенной активности от инвесторов, в том числе и в сельском хозяйстве, «Финам» не прогнозирует. Скорее всего, усилия большинства производителей будут направлены не на механическое расширение мощностей, а на оптимизацию производственных и бизнес-процессов, снижение издержек, поиск новых направлений, способных принести дополнительный доход, считает Алексей Коренев.

В наступившем году основными драйверами агроинвестиций, скорее всего, будут молочно-товарные фермы, думает Шафоростов. Поддержат инвестиционную активность в уже заявленной и одобренной Минсельхозом и банками части тепличные проекты, а также планы по расширению мощностей в мясном животноводстве и птицеводстве. «Вероятно, мы увидим еще больше инвестиций в переработку — как зерновых и масличных, так и мяса с молоком, — не исключает эксперт. — Уверен, также последуют инвестиции в инфраструктурные проекты и логистику». В ближайшей перспективе будет расти интерес инвесторов к проектам по строительству оптово-распределительных центров (ОРЦ) и хранилищ, которые поддерживаются капексами, а также к проектам глубокой переработки сельхозсырья и тем, что будут ориентированы на экспорт, добавляет Инна Гольфанд.

В связи с сокращением господдержки по возмещению капитальных затрат в тепличном овощеводстве ряд инвесторов в 2019 году откажется от планов вхождения в бизнес, полагает Голохвастов. Тем не менее отрасль все еще будет оставаться инвестиционно привлекательной и теплицы будут продолжать строить, хотя и не такими активными темпами, как в предыдущие годы — не только из-за отмены капексов, но и ввиду повышения затрат, снижения цен на производимую продукцию и ужесточения конкуренции. Тогда как в сегменте огурца рынок уже на 80% обеспечен отечественным продуктом, по томату сохраняется большой дефицит, поэтому будут реализовываться проекты в первую очередь по его производству, считает эксперт.

Инвестиции в товарное свиноводство в 2019 году и далее будут сдерживаться не только отсутствием льготных кредитов, но и снижением цен, считает Юрий Ковалев. Соответственно, вырастет и окупаемость проектов. Теперь она будет составлять уже не 7-8 лет, а 12-15. Поэтому сейчас инвесторы вкладываются именно в расширение мощностей, а не в реализацию проектов с нуля. «Предприятия, у которых половина производства уже освободилась от кредитов, даже при сниженных ценах получают маржу, из которой могут выплачивать и проценты, и тело кредитов на новые проекты», — поясняет эксперт.

Владимир Шафоростов, Партнер, АПК
Промышленное молочное козоводство — достаточно новое для России направление. Сам бизнес не такой капиталоемкий и долгоокупаемый, а маржинальность в сравнении с традиционной коровьей «молочкой» существенно выше. Но на деле организовать производство оказывается не так просто: козоводство — хотя и доходное, но весьма непростое производство, и инвесторы сектора нередко сталкиваются с рядом проблем
Как от козла молока. Какие ошибки допускают инвесторы вкладываясь в козоводство
Промышленное молочное козоводство — достаточно новое для России направление. Сам бизнес не такой капиталоемкий и долгоокупаемый, а маржинальность в сравнении с традиционной коровьей «молочкой» существенно выше. Но на деле организовать производство оказывается не так просто: козоводство — хотя и доходное, но весьма непростое производство, и инвесторы сектора нередко сталкиваются с рядом проблем

Кардинальных отличий от стандартного молочного бизнеса у козоводства нет. «Коза — это маленькая корова, и отчасти это правильно», — считает завлабораторией ВНИИ овцеводства и козоводства Светлана Новопашина. Обе отрасли базируются на схожих принципах, хотя свои особенности у молочного козоводства все-таки есть, добавляет она. «Это отдельный бизнес, — возражает исполнительный директор Национального союза производителей молока(«Союзмолоко») Артем Белов. — Здесь другие технологии, животные, фермы, показатели производства и, соответственно, другая экономика». Даже если инвестор довольно успешно занимается традиционным молоком, то это еще не значит, что он будет успешен и с козами. Сходство заключается лишь в том, что и тот, и другой бизнес животноводческий. «Главное, чтобы инвестор понимал, кто будет его клиентом, куда он станет продавать свой продукт. И, конечно, должна быть хорошая команда, которая понимает технологический и рыночный аспекты», — добавляет эксперт.

Неверный расчет

Фермер из Ростовской области Юрий Панченко вспоминает, что, решив заняться молочным козоводством в 2013 году, он как опытный предприниматель прежде всего написал бизнес-план. Согласно сделанным расчетам, 10 млн руб., накопленных от предыдущего строительного бизнеса, должно было хватить на покупку коз (60 голов), аренду и обустройство фермы, приобретение оборудования. Однако в итоге затраты составили порядка 30 млн руб. В частности, больше получились расходы на ремонт фермы: арендованный старый молочный комплекс пришлось практически перестраивать заново. В итоге, чтобы запустить проект, бизнесмену пришлось продать свою квартиру в Ростове и переехать в старый дом в Родионовке (где располагается его ферма). Также Панченко привлек два кредита на 1,6 и 3 млн руб. и взял грант Минсельхоза. «Я вкладывал и вкладывал деньги и вроде бы понимал, что все делаю правильно, но отдачи все не было, — делится он. — На точку безубыточности проект вышел только в феврале 2017 года — на год позже, чем планировалось». Поэтому ошибкой номер один начинающего козовода фермер считает непроработанный бизнес-план с точки зрения первоначальных затрат. Сейчас дойное стадо КФХ Панченко составляет 200 коз. К 2020 году мощность фермы должна увеличиться вдвое.

По другому пути развития пошла костромская ферма «Илешево». Ее владелец Галина Васнева вспоминает, что, начиная этот бизнес в 2009 году, семья бывших москвичей поначалу не понимала, с какой стороны подходить к козоводству. Поэтому кредиты решили не брать, а начали с малого — купили пять коз и постепенно наращивали производство. «Козоводство надо начинать с малого поголовья, потихоньку набираться опыта вместе с ростом стада. Если без опыта сразу купить много животных — можно наделать ошибок, — предостерегает она. — Например, неопытный фермер рискует столкнуться с болезнями животных». В хозяйстве Васневой сейчас 25 голов. Стадо предприятие формирует из местных коз, покрывая их элитными козлами. Суточный надой на ферме летом составляет около 60 л, зимой — 30 л.

Важный момент в работе начинающего фермера — правильный выбор животных, акцентирует внимание директор козьей фермы «Лукоз Саба» (единственное предприятие в ПФО, имеющее статус племзавода, входит в агрохолдинг «Лукоз», общее поголовье которого составляет около 8 тыс. коз) Тарас Кожанов. По его мнению, топ-5 основных ошибок начинающего козовода возглавляет покупка поголовья с заболеваниями. «Это может привести к росту затрат из-за необходимости лечить животных, а то и к утилизации скота», — предостерегает он. По словам руководителя, поставщиков коз «не так уж много», поэтому следует обращаться к уже проверенным компаниям и посредникам. При этом не стоит терять бдительности, нужно быть очень аккуратным с любым поставщиком, с которым планируется сотрудничество. «Например, можно подстраховаться и заплатить часть денег после прохождения карантина на территории своей фермы. Также можно попробовать использовать аккредитив, если предстоящая сделка крупная», — рекомендует Кожанов. Кроме этого, стоит изучить список заболеваний коз, на которые всегда стоит проверять животных (например, на артрит-энцефалит или паратуберкулез).

В российском молочном козоводстве больше всего распространена зааненская порода. Но Юрий Панченко купил достаточно редкую породу — ламанчу (была выведена в США в начале 1940-х). «В стране вообще тяжело найти племенных животных на продажу, но когда мы начинали в Ростовской области, как раз нашелся фермер, который решил отказаться от этого бизнеса и продавал свои 60 голов ламанчи, которых мы и купили», — вспоминает предприниматель. Порода не отличается высокой продуктивностью (в среднем коза дает 2 л сутки), но зато молоко не имеет специфического запаха, заверяет Панченко. Даже при таком скромном надое рентабельность составляет около 30%.

«Приневское» (Ленинградская область) своих коз зааненской породы завозило из-за границы: 300 голов из Голландии, 500 — из Германии. «Когда мы начинали свой козоводческий проект в 2007 году, купить племенных животных в России просто было негде», — говорит начальник цеха животноводства компании Владимир Лебедь. Еще 15 лет назад в стране не было ни одного племенного предприятия, утверждает Новопашина. Сейчас их по зааненской породе — уже 11. Также, по ее словам, «вот-вот должны появиться» племенные фермы по альпийской (на базе хозяйства «Красноозерное» в Ленинградской области) и нубийской (ИП Гречин В. А. в Свердловской области и КФХ «Семкино подворье» в Тульской) породам. Их появление сдерживает утверждение нормативной документации по молочному козоводству. Нормы оценки коз молочных пород, которые разработал ВНИИ овцеводства и козоводства, уже около года существуют как проект приказа. «Даже когда эти предприятия заработают, для обеспечения потребности страны в племенных козах этого все еще будет крайне мало, — отмечает Новопашина. — Инвесторы по-прежнему вынуждены импортировать животных». Например, ставропольский козий молочный комплекс «Надеждинский», рассчитанный на более чем 2 тыс. дойных коз, начавший свою работу в прошлом году, закупил в Нидерландах 1 тыс. голов. Российские же козы до конца 2018-го были все расписаны по покупателям, знает эксперт.

Начать с простого
Определенные нюансы инвесторам нужно учитывать и при выборе «начинки» фермы, считает Тарас Кожанов из «Лукоз Саба». «При планировании строительства не стоит думать, что покупка самой дорогой техники решит все вопросы по доению или содержанию животных, — говорит он. — Можно достичь значимых результатов и на сравнительно простом оборудовании: если вы не понимаете, как использовать для принятия решения те или иные цифры, которые сообщает вам „умная" система управления стадом, то, скорее всего, она вам пока не нужна». Необходимо начинать с базовых элементов фермы, например с обучения персонала и налаживания рутинной работы на дойке. И уже после, когда речь пойдет об увеличении эффективности, можно внедрять необходимые современные информационные системы, советует топ-менеджер.

Лечение и кормление

Владимир Лебедь обращает внимание на еще одну немаловажную особенность козоводства. Начиная этот бизнес с нуля, инвестор в первую очередь столкнется с полным отсутствием информации об отрасли. «Открываем справочник „Зоотехника", ищем раздел про кормление коз — такого нет. Сегодня козу приравняли к корове. Даже ГОСТ по молоку сделали для всех его видов одинаковым», — сетует аграрий. Отсюда — изначально неверное представление по многим принципиальным вопросам. Так, считается, что козы дают молоко жирностью 3,7% и белком более 3%. Но стоит животным прибавить в надоях (более 3 л в сутки), как эти показатели сразу снижаются. И чем выше продуктивность козы, тем процент жира и белка меньше, обращает внимание Лебедь.

Светлана Новопашина уточняет: стандартная зааненская коза должна давать 700 кг молока за лактацию (длится от 210 до 305 дней) с содержанием жира минимум 3,5%, белка — свыше 3%. Чтобы выйти на такие результаты, ей будет достаточно получать 2,5-2,7 энергетических кормовых единиц. «Но если мы хотим, чтобы коза давала 4-5 л в стуки, ей необходимо обеспечить рацион в четыре кормовые единицы — это примерно 4 кг овса в разном наборе кормов», — поясняет эксперт. Плюс необходимо, чтобы коза выпила 1,4 л воды на 1 л молока (без учета поддержания жизни). Достичь такого уровня невозможно на обычных кормах, нужно использовать специальное кормление. Однако, по словам эксперта, российские козоводы сейчас кормовыми добавками «не избалованы»: во-первых, это дорого и не всем доступно, во-вторых, не всегда заявленное на этикетке соответствует фактическому содержимому (платишь много, а эффекта не получаешь).

Кожанов, напротив, считает, что зачастую козоводы начинают увлекаться кормовыми добавками вместо того, чтобы уделять должное внимание качеству базового корма. «Такой подход может вылиться в снижение надоев, рост риска заболеваний животных, а также увеличение себестоимости», — уверен бизнесмен. По его мнению, базовые корма (сено-сенаж) — это основа рациона. И если инвестор с самого начала проекта не может позволить себе обзавестись собственными кормовыми площадками (это значительно увеличивает вложения), стоит в первые год-два покупать дорогой качественный корм у развитого хозяйства. «При этом в договоре необходимо отразить оплату не только за килограмм корма, но и за качество», — подчеркивает он. Так, возможно, стоит прописать количество мегаджоулей обменной энергии корма, рекомендует Кожанов.

Есть свои особенности и в лечении коз, говорит Новопашина. Дело в том, что для этих животных дозировка ветпрепаратов (противопаразитарных и некоторых антибиотиков) должна быть раза в полтора-два выше, чем для овец, потому что у коз обмен веществ интенсивнее: на 1 кг живой массы они вырабатывают больше продукции в сравнении с другими видами животных. «Многие сначала на этом ошибаются. И получается, что вроде обработки животных проводятся, а они оказываются неэффективны», — поясняет эксперт.

Большой проблемой для «Приневского» был поиск соответствующих специалистов. С 2011 года компания занимается племенным бизнесом, ежегодно продает 350-600 племенных коз зааненской породы. Столкнулись с проблемой, когда решили осваивать заморозку спермы: проконсультироваться по этому вопросу оказалось не с кем. «Пришлось самим разрабатывать методику: в начале декабря коз успешно покрыли, теперь ждем окота», — рассказывает Владимир Лебедь. В свое время отрасль была в утеряна, специалистов практически нет, подтверждает Юрий Панченко.

Ограниченный спрос и тяжелый сбыт

Начинающие козоводы зачастую не понимают, что коза дает нишевый продукт и никогда не составит конкуренцию корове, обращает внимание Светлана Новопашина. У козьего молока и другой потребитель — либо дети, либо пожилые люди, которые нуждаются в диетическом питании, либо те, кто ведет здоровый образ жизни. Поэтому инвестору нужно изначально представлять, кому и где он будет продавать свою продукцию. При этом российский фермер в этой отрасли будет успешен лишь в том случае, если он имеет и коз, и собственную переработку, считает эксперт.

Молочное козоводство в нашей стране пока не приобрело промышленных масштабов. Емкость рынка небольшая, и продукт получается нишевый, требующий значительных усилий для продвижения, согласен партнер практики АПК компании «НЭО Центр» Владимир Шафоростов. «Открытый рынок козьего молока-сырья не сформирован. И это основное его отличие от коровьего, — говорит он. — Поэтому первое, о чем необходимо думать инвестору, — как осуществить переработку или под какого потребителя создавать ферму». По мнению эксперта, инвесторы, которые входят в это направление, скорее верят в перспективу и ценность самого продукта для потребителя: полезность, усваиваемость, переносимость. Но козье молоко дороже коровьего минимум в два раза (коза дает в 3-4 раза меньше молока, чем корова). И тут встает вопрос готовности потребителя платить такую цену.

По словам Шафоростова, сейчас продвижение продукции из козьего молока часто сводится к двум моделям: фермерское/эко/крафт (можно подобрать еще несколько терминов, дающих понять, что продукт уникальный) либо производство, ориентированное на сетевой канал продаж. У «Илешева» проблем со сбытом нет, утверждает Галина Васнева. Молоко, сливочное масло и мягкий сыр ферма реализует частным клиентам. «У нас наработаны связи с потребителями, с которыми сложились доверительные, дружеские отношения, мы лично знакомы с каждым клиентом, — рассказывает она. — Покупатель может позвонить в 5:30 утра, и я его проконсультирую, это очень важно, потому что мы гарантируем 100% качественный продукт. А на такой товар спрос есть».

Несмотря на отсутствие в ростовских магазинах козьего молока с коротким сроком годности, торговые сети не вставали в очередь за продуктом, вспоминает Юрий Панченко. Сейчас КФХ производит около 200 л в сутки пастеризованного молока. Поначалу фермер просто ездил наудачу по местным продуктовым магазинам, предлагая свою продукцию. Так Панченко «пристроил» ее в 50 торговых точек. Кроме этого, он давал объявления в интернете и набрал частных клиентов. К концу 2014 года появился первый серьезный покупатель — гипермаркет «Лента». За ним на предпринимателя сами вышли другие сети — «Ашан», «Метро», «ОК» и «Магнит».

Но далеко не у всех козоводов со сбытом складывается все это гладко. Ферма «Надежда» семьи Бодровых (Тверская область) — долгожитель российского козоводческого бизнеса. На рынке компания существует 18 лет и одна из первых стала реализовывать свою продукцию через торговые сети. Однако сейчас найти новых крупных покупателей все сложнее: конкуренция выросла, очень много недобросовестных конкурентов, фальсификаторов козьего молока. Новые ритейлеры идут на сотрудничество неохотно, а те, с которыми предприятие работает давно — «Ашан», «Перекресток» — уже на протяжении пяти лет не поднимают закупочную цену. «Поэтому зачастую приходится отдавать молоко не по совсем выгодной для нас цене, иначе покупателя и вовсе будет не найти», — рассказывает владелец фермы Александр Бодров. Осложнились продажи и с введением запрета на возврат товара производителю. «Супермаркеты могут продать 100 наших поддонов в неделю, а берут 10, чтобы реализовать в первый же день. А нам люди потом звонят и спрашивают, где наше молоко», — добавляет он. У «Надежды» 100 коз, но фермер не исключает, что в ближайшее время сократит стадо.

Жалуется на проблему с реализацией продукции из козьего молока и Владимир Лебедь. В хозяйстве сейчас содержится 800 коз (от одной на предприятии получают до 980 л), и увеличивать поголовье компания не планирует — нет уверенности, что на больший объем продукции будет спрос. Хотя у компании есть свой молокозавод, на котором изготавливается практически весь ассортимент продукции из козьего молока (за исключением твердых сыров). «Вроде бы и ощущается нехватка козьего молока, но в то же время его никто особо не берет из-за высокой стоимости», — сетует руководитель. По его словам, если отпускная цена коровьего молока составляет в среднем 23-26 руб./л в зависимости от жирности, то козьего — 70-72 руб./л. При этом крупные торговые сети стремятся продавать козье молоко за 150-170 руб./л. Но по такой стоимости найти покупателя трудно, поэтому «Приневское» пытается больше реализовывать свою продукцию через мелкую торговлю Ленинградской области и Санкт-Петербурга. Впрочем, Лебедь признает: при всей сложности сбыта козье молоко производить выгоднее, чем коровье. Если себестоимость последнего — 23-24 руб./л и закупочная цена плюс-минус такая же, то козьего соответственно — 40 руб./л и 70 руб./л.

Большие перспективы

Несмотря на сложности молочного козоводства, практически все эксперты уверены в высокой инвестиционной привлекательности сегмента. «Козами интереснее заниматься, потому что отдача от них намного быстрее, чем от коров, — отмечает Новопашина. — Козу можно покрыть, дорастив всего лишь до 7-8 месяцев (35-36 кг), и через пять месяцев получить приплод, то есть в год и два месяца она уже может начать продуцировать молоко». Также, отмечает эксперт, очень привлекательна в России племенная продажа: трехмесячная коза стоит 30-40 тыс. руб. Рентабельность этого сегмента зашкаливает и может доходить до 500-700%, а окупаемость возможна уже через пять лет, утверждает она.

Сейчас емкость всего рынка продукции из козьего молока в России составляет всего около 3-4 млрд руб. В ближайшие несколько он может удвоиться, прогнозирует Артем Белов. По его оценке, определенные сегменты будут показывать особенно хорошую доходность — например, детское питание из козьего молока, которое сейчас в нашу страну полностью импортируется, а это — половина рынка. Вторую половину составляют цельномолочная продукция и сыры, в основном отечественного производства. По мнению эксперта, отрасль имеет неплохой потенциал экспорта в страны СНГ и Азию (тот же Китай).

При этом не стоит рассматривать козоводство как бизнес исключительно для мелких фермеров, считает Белов. Сельское хозяйство индустриализируется, и козоводство не исключение, особенно для России с ее огромными территориями. «Период, когда козоводство было каким-то хобби, прошло. Крупные фермы — тот мейнстрим, по которому будет развиваться козоводство», — уверен эксперт. Он подчеркивает, что темпы роста сейчас у молочного козоводства «очень высокие» и препятствий в его развитии нет никаких.

Согласна с Беловым и Новопашина: сдерживающих факторов для развития отрасли в данный момент нет. «Сейчас в сектор приходит новая формация инвесторов: с очень хорошим образованием и состоявшихся, но в других профессиях, далеких от сельского хозяйства — юристы, дипломаты, люди искусства. Они внимательно изучают вопрос, зарубежный опыт, и, как правило, у них получается лучше, чем у аграриев», — отмечает она.

Опрошенные «Агроинвестором» компании тоже планируют развивать направление. Так, «Приневское», хотя и не собирается увеличивать поголовье, будет расширять ассортимент. К 1 марта компания закончит реконструкцию перерабатывающего завода и, возможно, кроме мягких козьих сыров, будет делать твердые с долгим сроком хранения. «На данный момент мы в состоянии переработать в сутки 23 т молока, а производим 26 т только коровьего плюс 2,5 тонны козьего. После обновления мощностей сможем полностью его перерабатывать», — говорит Владимир Лебедь.

«Илешево» планирует расширяться и дальше «в естественном режиме»: в среднем плюс 10 коз в полтора года. «Конечно, будем наращивать объемы, так как направление очень перспективное», — верит Васнева. Но в первую очередь хороший потенциал имеет высококачественная, элитная продукция, уверена она.

Довольные жизнью
Галина Васнева, Владелец фермы «Илешево» (Костромская область)
Козы — эмоциональные и ласковые животные, а в больших стадах они превращаются в «поголовье». Мое мнение: козы должны содержаться в небольших хозяйствах, в которых хозяин всем животным дает клички, каждую знает в «лицо» и при общении учитывает особенности характера. У коз во всем этом есть потребность, и только при таких условиях ей будет хорошо и она будет давать вкусное и полезное молоко. А если козе плохо психологически, тесно, она мало пасется, то животное неизбежно начинает болеть и качество молока падает. Козье молоко высокого качества можно получить только от коз, довольных жизнью.

Инна Гольфанд, Партнер, АПК
и Владимир Шафоростов, Партнер, АПК
Прошлый год стал для АПК годом интересных вызовов: компании научились работать в условиях низкой инфляции, невысокого роста спроса, сокращения производства. «В целом нельзя сказать, что год оказался плохим — цены на зерно растут, объемы его экспорта были большими, однако почти во всех секторах по итогам 2018-го ожидается снижение маржи», — говорит начальник Центра экономического прогнозирования Газпромбанка Дарья Снитко. Особенно сложно может быть производителям мяса: повышать цены невозможно, при этом затраты на корма увеличились, вторит ей директор департамента корпоративных финансов инвесткомпании «Атон» Иван Николаев. Среди позитивных фактов 2018 года он называет рост экспорта. Хотя он пока преимущественно сырьевой, это тоже неплохо, учитывая, что лет 15 назад поставки были практически нулевыми. В остальном ситуация оставляет желать лучшего: макроэкономические факторы не изменились, доходы населения не растут. 2019 год не станет легче, ситуация с санкциями и геополитикой будет только ухудшаться, предупреждает Николаев, поэтому нужно продолжать повышать операционную эффективность и развиваться.
Рынок созрел для трансформации. 2019-й станет годом начала реализации новых приоритетов агросектора
Наступивший год почти традиционно обещает стать непростым для АПК. Платежеспособный спрос по-прежнему низкий, доходность падает, конкуренция усиливается, технологическое отставание и проблемы с инфраструктурой сохраняются, а новые правила господдержки пока неясны. При этом отрасли нужно выполнять задачи по увеличению экспорта, и времени на раскачку нет

Прошлый год стал для АПК годом интересных вызовов: компании научились работать в условиях низкой инфляции, невысокого роста спроса, сокращения производства. «В целом нельзя сказать, что год оказался плохим — цены на зерно растут, объемы его экспорта были большими, однако почти во всех секторах по итогам 2018-го ожидается снижение маржи», — говорит начальник Центра экономического прогнозирования Газпромбанка Дарья Снитко. Особенно сложно может быть производителям мяса: повышать цены невозможно, при этом затраты на корма увеличились, вторит ей директор департамента корпоративных финансов инвесткомпании «Атон» Иван Николаев. Среди позитивных фактов 2018 года он называет рост экспорта. Хотя он пока преимущественно сырьевой, это тоже неплохо, учитывая, что лет 15 назад поставки были практически нулевыми. В остальном ситуация оставляет желать лучшего: макроэкономические факторы не изменились, доходы населения не растут. 2019 год не станет легче, ситуация с санкциями и геополитикой будет только ухудшаться, предупреждает Николаев, поэтому нужно продолжать повышать операционную эффективность и развиваться.

Год определения KPI

В 2018 году интерес инвесторов к сельскому хозяйству был стабильным: было запущено много новых инвестиционных проектов в различных сегментах, видна положительная динамика по выданным долгосрочным кредитам, отмечает партнер практики АПК компании «НЭО Центр» Инна Гольфанд. Ее коллега Владимир Шафоростов считает, что драйверами отрасли в прошлом году стали овощи защищенного грунта (производство увеличилось примерно на 20%), свинина (около плюс 10%) и молоко в сельхозорганизациях (3-4%). «По ряду причин рост производства птицы был довольно скромным: из-за гриппа птиц, закрытия или приостановки деятельности некоторых предприятий („Белая птица", „Евродон", региональные птицефабрики) птицеводство можно отнести скорее к тормозящим направлениям», — продолжает он.

В 2019 году ситуация с драйверами, скорее всего, не изменится, предполагает Шафоростов. Сохранение господдержки молочного сектора будет привлекать инвесторов как в производство сырья, так и в переработку. В мясном направлении крупные игроки продолжат реализацию и запуск проектов. Тепличные комплексы также будут строить, хотя уже с 2020 года, по мнению эксперта, стоит ожидать снижения темпов роста производства овощей защищенного грунта. Объемы выпуска мяса птицы, наоборот, могут вырасти на фоне восстановления деятельности крупных предприятий. Однако непредсказуемые вспышки заболеваний способны притормозить увеличение производства птицы и свинины, рассуждает Шафоростов.

Дарья Снитко считает, что в 2018 году отраслью с интересной динамикой и активными изменениями экономического ландшафта была молочная индустрия. По мнению эксперта, это единственный сектор, где в ближайшие годы продолжится активное расширение производства. «Также важные события происходят в мясном секторе: он перешел в стадию зрелого рынка, и этот процесс сопровождается интенсивной конкурентной борьбой, слияниями-поглощениями, банкротствами крупных предприятий», — рассказывает она.

Тормозом АПК было и остается техническое отставание и физическая нехватка инфраструктурных мощностей, особенно для экспорта: современных хранилищ плодоовощной продукции, портово-перевалочных комплексов в отдельных регионах, мелиоративных сооружений. «С другой стороны, есть уверенность, что именно этот сопутствующий агросектору сегмент будет двигателем роста отрасли в среднесрочной перспективе», — думает Снитко.

Директор Центра научно-технологического прогнозирования Высшей школы экономики Александр Чулок говорит, что если 2017-й был годом формирования облика будущего, то 2018-й стал годом определения KPI. Ключевые показатели для АПК заложены в новом майском указе президента Владимира Путина: к 2024-му агроэкспорт должен вырасти до $45 млрд в год. Однако на такой объем не выйти без научно-технологических и инновационных прорывов на уровне регионов: нужно понять, каков наш ландшафт регионального экспорта, что мы можем вывозить и с какой добавленной стоимостью. А для этого нужна инвентаризация заделов, кадров, возможностей в науке, что и предстоит сделать в 2019 году. «Времени, чтобы включиться в меняющиеся цепочки добавленной стоимости, у нас не очень много», — обращает внимание Чулок.

В 2019 году важным для отрасли станет принятие новой или обновленной программы развития. «Вряд ли в ней появятся сюрпризы, очевидно, что большое внимание будет уделено финансированию развития экспорта, а возможно, к экспортной активности будут как-то привязаны меры поддержки в отрасли», — не исключает Дарья Снитко. Также государство должно мотивировать вложения в технологическое развитие. В долгосрочной перспективе сельское хозяйство должно получить новый импульс для трансформации: на смену парадигме «продовольственная независимость, импортозамещение» должны выйти такие идеи, как освоение имеющегося природного потенциала (прежде всего земельных ресурсов) и ликвидация технологического отставания, уверена она.

В майском указе глава государства поставил задачу увеличить долю инновационно активных компаний в стране до 50% с нынешних 10-12% в целом и примерно 5% в сельском хозяйстве, напоминает Чулок. «Наш агросектор очень многоукладный. Есть бизнесы и компании, которые неплохо модернизированы и находятся в мировых трендах, например „ЭкоНива", „Уралхим" или „Русагро", но есть и такие, которые работают по технологиям позапрошлого века», — рассказывает Чулок.

АПК как один из драйверов экономики должен воспринять инновации в полном масштабе, уверен он. Этому, в частности, будет способствовать реализация в стране серии нацпроектов («Наука», «Производительность труда и поддержка занятости»). Кроме того, согласно майскому указу, за шесть лет в стране должно быть создано 15 научно-образовательных центров компетенций мирового уровня. Они будут работать в кооперации с компаниями реального сектора экономики. Повышение инновационной активности в агросекторе предусматривает и утвержденная в 2017 году Федеральная научно-техническая программа развития сельского хозяйства до 2025 года. «Это рамочные документы с очень жесткими KPI. И 2019-й станет годом начала реализации приоритетов», — уверен Чулок.

Что интересно бизнесу
У группы «Черкизово» есть детально прописанные планы продаж на несколько лет вперед. «Концепции, которые мы используем для понимания рынка, позволяют нам выдвигать обоснованные гипотезы по его развитию на ближайшие 10-20 лет, — рассказывает руководитель направления стратегического маркетинга компании Андрей Дальнов. — Постепенное снижение рентабельности будет основным вызовом, с которым производители мяса столкнутся в ближайшие годы». По его словам, этот процесс закономерен для зрелых стадий рынка, но не является неизбежным. На уровне компании «Черкизово» планирует осваивать относительно новые каналы продаж — HoReCa/HRI и, при удачном развитии событий, экспорт. «Также мы по-прежнему будем инвестировать в развитие наших брендов и запуск новых высокомаржинальных продуктов», — добавляет Дальнов. Кроме того, холдинг продолжает строить свинокомплексы и детально изучает проекты, которые помогут снизить себестоимость и выпускать новые продукты.

У «АФГ Националь» разработаны стратегические планы на 10 лет по каждому из дивизионов — «Крупы», «Овощи», «Сады», говорит гендиректор холдинга Юрий Белов. В дивизионе «Крупы», основу которого составляют рисоводческие подразделения, главный акцент сделан на развитие технологий и повышение операционной эффективности. «Будем работать над снижением издержек и увеличением урожайности, вводить в севооборот новые высокомаржинальные агрокультуры, а также расширять сортовую линейку путем селекции новых сортов риса, также запланировано последовательное увеличение его посевов», — рассказывает он. Кроме того есть резервы для наращивания мощностей зернохранилищ. Также компания использует возможности вертикальной интеграции: планирует максимально загружать фасовочные мощности своим сырьем.

В производстве овощей открытого грунта компания намерена сосредоточиться на отработке технологии и увеличении урожайности, условия для этого уже созданы — сейчас у холдинга на орошении более 6 тыс. га земель, и он видит хорошую перспективу для расширения их площади. «Также запланирована диверсификация: уже два года мы выращиваем новые агрокультуры и сорта на опытно-экспериментальных площадках с перспективой массового возделывания», — добавляет Белов.

Стратегия развития садов предусматривает расширение площадей до 3,5 тыс. га к 2025 году и увеличение объемов производства товарных яблок до 200-250 тыс. т. При этом до 30% саженцев компания намерена выращивать в собственном питомнике. В 2019 году «АФГ Националь» получит первый промышленный урожай яблок с садов, заложенных в 2015—2016 годах. Суммарный валовой сбор должен превысить 20 тыс. т (в 2018-м — 10,5 тыс. т). «По всем своим производственным направлениям мы видим перспективу внедрения цифровых технологий, использования умной техники, комплексных систем управления производством, технологий точного земледелия», — перечисляет Белов.


Для роста нужна господдержка

Согласно прогнозу социально-экономического развития России до 2036 года, подготовленному Минэкономразвития, к 2030-му производство сельхозпродукции увеличится на 31,6% относительно уровня 2018-го, а к 2036-му рост составит 55%. В следующие пять лет сельское хозяйство будет прирастать в среднем на 2,1% в год, затем динамика увеличится до 2,6% и до 2,8%. При этом экономика в целом после замедления до 1,3% в этом году станет прибавлять по 2,9-3,4%. Вклад сельского хозяйства в ВВП в данный период будет снижаться с 3,7% до 3,3%. Среди факторов, которые ведомство называет определяющими прогнозируемую динамику в отрасли, в частности, указаны повышение потребительского спроса за счет увеличения доходов населения, господдержка, реализация экспортного потенциала, инновационное обновление производства. «Поскольку до 2036 года прогноз еще не раз будет актуализироваться и пересматриваться, его стоит воспринимать как индикативную позицию министерства», — считает Александр Чулок.

Представленный прогноз не предполагает никаких действительно существенных структурных изменений, он просто иллюстрирует, что будет, если оставить все, как есть сейчас, комментирует аналитик Института комплексных стратегических исследований (ИКСИ) Надежда Каныгина. «Все численные показатели на выходе выглядят неаргументированными, методология расчетов и логика выводов не ясна и не прозрачна, — говорит она. — Сценарий развития АПК настолько консервативен, что непонятно, что же сделает экспортный нацпроект и какой вклад в развитие сельского хозяйства внесут ожидаемые „существенный рост доходов населения" и „динамичный экономический рост"».

Сейчас наиболее проблемные сегменты в животноводстве — это производство КРС на убой и молока, и как раз по ним, судя по прогнозу МЭР, никакого системного решения так и не будет выработано, продолжает эксперт. Так, из документа следует, что производство КРС за 18 лет увеличится на 6,7%: до 2030-го сектор будет прибавлять по 0,2% в год, затем динамика ускорится до 0,7%, подсчитывает Каныгина. Валовой надой молока в ближайшие шесть лет станет увеличиваться в среднем всего на 0,63% в год. В 2030-м прирост составит 8% относительно 2018 года, к 2036-му — 12,6%. «Что за этим стоит? В период с 2025 по 2030 год — ускорение годовых темпов роста до 0,65%, а с 2031-го по 2036-й — выход на рекордные 0,67% в год», — акцентирует Каныгина. Также в формулировках МЭР явно угадывается тренд на продолжение вытеснения из сектора животноводства малого и среднего бизнеса, поскольку говорится, что в долгосрочном периоде наиболее существенные сдвиги в животноводстве будут связаны с повышением интенсификации и ростом концентрации производства, добавляет эксперт.

Дарья Снитко не согласна, что сельское хозяйство сможет прибавлять 2% и более в год на горизонте прогноза, притом что все его основные подкомплексы будут расти медленнее. «Мне кажется, что вполне реалистично, что АПК будет увеличиваться темпом 1,5-2,3% в год, но некоторые сектора станут развиваться активнее — производство мяса, зерновой сегмент, выпуск овощей и фруктов, — предполагает она. — Вполне реалистичны ожидания роста выпуска органической продукции, так как это мировой тренд, а также повышение эффективности аграрного производства». Однако для реализации этих тенденций потребуется государственная поддержка инвестиций, а пока в проекте программы развития сектора не указаны меры, которые побуждали бы инвесторов вкладывать деньги в развитие этих направлений, обращает внимание эксперт.

Концептуально, конечно, господдержка чрезвычайно важна, соглашается Каныгина, но добавляет, что эффективность существующей системы иногда вызывает сомнения, поскольку средства распределяются неравномерно. «По оценке ИКСИ, в 47 регионах уровень концентрации госсредств таков, что более 70% субсидий по льготным кредитам, выдаваемым на срок до одного года, выбираются десятью крупнейшими игроками, — поясняет эксперт. — С льготными инвестиционными кредитами ситуация еще более острая: в 43 регионах те же 70% субсидий получают уже три холдинга». На долю КФХ и ИП в среднем приходится лишь около 6% субсидий по льготным кредитам. Впрочем, это не значит, что господдержка не нужна, уточняет Каныгина, — необходимо работать над ее совершенствованием. Существующие перекосы в распределении субсидий, вероятно, также свидетельствуют и о том, что средств на всех не хватает.

По мнению Каныгиной, значение господдержки станет ослабевать только в том случае, если будет развиваться спрос на продукцию АПК — как на внутреннем рынке, так и на внешних. На первом позитивных изменений пока не предвидится, поскольку платежеспособный спрос сохраняется на низком уровне. Темпы увеличения вывоза агропродукции тоже недостаточные, к тому же для большинства игроков выход на внешние рынки затруднен. «Теоретически только беспрецедентный рост рентабельности производств в АПК может избавить отрасль от необходимости дополнительной поддержки со стороны государства», — делает вывод Каныгина. По оценке Минсельхоза, в 2018 году средняя рентабельность отрасли с учетом господдержки сложилась в пределах 15% против 12% в 2017-м.

Можно поддержать потребителей
Поскольку государство перестает субсидировать проекты, связанные с производством товарного мяса, поддержка сектора может видоизмениться, считает Андрей Дальнов из «Черкизова». «На уровне отраслевых союзов и в диалоге с регуляторами мы выступаем за развитие программ продовольственной помощи необеспеченным слоям населения, — говорит он. — В США с помощью этого инструмента объем рынка продовольствия увеличен примерно на 10% (всего примерно $1 трлн). Это разумно с точки зрения политической устойчивости и экономически обосновано».


Непросто, но стабильно

Хотя реализация экспортного потенциала станет одним из факторов, определяющих динамику развития АПК в следующие 18 лет, по словам Николаева, не стоит забывать и о внутреннем рынке, несмотря на то, что он не такой гигантский, как мировой. «Еще несколько лет назад тепличные овощи было дешевле привезти из-за рубежа, чем вырастить у себя, а сейчас отечественные стоят меньше импортных. Нужно так же работать и в других секторах», — уверен он. При этом важно рассматривать АПК не как вещь в себе, а как часть цепочки производства продуктов питания. И если на первом этапе — в сегментах растениеводства или животноводства — многое уже сделано, то дальше, в переработке и выпуске готовой продукции, еще предстоит большая работа.

Александр Чулок тоже советует агробизнесу обратить внимание на конечное потребление, переходить от формата b2b к b2c. Важное направление этого рынка — масштабное развитие индустрии функционального питания. Емкость сегмента оценивается в сотни миллиардов долларов. «Многие игроки понимают, что нужно стремиться на эти рынки, но для этого нужно отслеживать всю цепочку производства и правильно заниматься маркетингом, — рассказывает эксперт. — Главные мировые тренды — увеличение продолжительности жизни, повышение ее качества, а также активное старение. Мы вполне можем в них вписаться, например с органической продукцией, принятие закона об органическом производстве это позволяет. Но нужны не отдельные проекты, а масштабное системное развитие отрасли».

Чтобы быть высокомаржинальными, компании должны позиционировать себя по всей цепочке добавленной стоимости, дотягиваясь до конечного потребителя, подчеркивает Чулок. Например, нефтяные или газовые компании уже не называют себя так, а говорят, что они энергетические, то есть обозначают потребности людей, которые обеспечивают, аналогично поступают транспортные компании, крупные банки. «Возможно, будущее агрохолдингов в контроле и обеспечении всей цепочки питания человека от рождения до смерти, в разработке систем питания для каждого конкретного человека на основе глубинных знаний в области генетики, биотехнологий, медицины», — предполагает эксперт.

Другой вопрос, что все упирается в нерастущие доходы населения, при этом с 2019 года увеличился НДС, который может быть несколько раз заложен в один и тот же кусок масла, напоминает Николаев. В условиях, когда повышать цены невозможно, ближайшие год-два будут тяжелыми для операционно неэффективных игроков, тем более если в отрасли усилится госрегулирование и контроль и выдавать суррогаты за натуральные продукты станет невозможно. Те, кто не справится с новыми условиями, будут уходить из бизнеса.

Консолидации уже многие годы ожидают, например, масложировой сектор и птицеводство, говорит Дарья Снитко. Однако сделки слияния-поглощения по-прежнему единичны, и они часто вызваны не соображениями стратегического развития отрасли, а финансовыми проблемами компаний, реструктуризацией долга. Тем не менее она надеется, что игроки, испытывающие проблемы из-за неэффективного менеджмента, все-таки будут не уходить с рынка, а поглощаться более успешными. «Это позволит сэкономить ресурсы господдержки», — поясняет эксперт.

Кто-то может просто закрыться и перестать работать, не соглашается Николаев. «Например, в переработке молока технологический цикл составляет около восьми лет — то есть каждые восемь лет приходит новое, более эффективное оборудование, — рассказывает он. — Зачем кому-то покупать предприятие, которое морально, физически и технически устарело, если можно построить современное? Если что-то приносит убыток не из-за ошибок менеджмента, не из-за неправильной финансовой политики, оно никому не нужно даже бесплатно».

При этом если не инвестировать в производство, не заниматься маркетингом, то постепенно упадут рентабельность и продажи, а дальше компанию ждет банкротство, даже если у нее прекрасное оборудование. Николаев приводит в пример одно из молокоперерабатывающих предприятий Краснодарского края: оно было модернизировано, провело ребрендинг, но почему-то не поставило продукцию в торговые сети. В итоге завод стоит законсервированным. «Нужны инвестиции в его реставрацию, оборотный капитал, необходимо попасть в сети — в итоге требуется довольно много денег, чтобы завод снова заработал. Вернуться на рынок дорого и сложно», — говорит эксперт. Конкурентная среда в условиях низкой инфляции достаточно жесткая, чтобы завоевать часть рынка, новым игрокам придется демпинговать, поэтому их рентабельность будет ниже, чем у конкурентов. Те компании, которые из-за падения доходности, например, допускают дефолт по долгу, можно спасти. Однако неэффективные игроки постепенно все-таки будут уходить — сейчас рынок не прощает ошибок, акцентирует Николаев.

При этом он уверен, что уже ни в каких секторах конкуренция не станет ослабевать. «У нас сложившийся развитый рынок. Все прекрасно понимают, кто что производит и куда поставляет. У нас не растет потребление, нет инфляции, нет новых игроков, а старые без серьезных ошибок уходить не будут. Ситуация непростая, но стабильная», — оценивает эксперт. Конкурентная среда меняется, когда кто-то крупный уходит с рынка или он резко расширяется. При этом спрогнозировать чей-то уход невозможно. «Есть компании, которые наверняка прекратят существование, но когда именно — неизвестно», — признает Николаев. Например, проблемы могут возникнуть у небольших производителей молочной продукции, у которых не всегда получается перекредитоваться. Пока Россия не начнет активно экспортировать мясо, с трудностями могут столкнуться производители свинины, поскольку потребление красного мяса постепенно снижается. Также во всех секторах будут уходить игроки со старыми активами — в условиях тяжелого рынка они не выживут, перечисляет эксперт.

Сельхозпродукция будет дорожать
На мировых рынках все сырьевые продовольственные товары будут дорожать, прогнозирует Дарья Снитко. Во-первых, это будет связано с завершением цикла укрепления доллара, а именно в этой валюте торгуются основные commodities. Также есть основания ждать роста мировых цен на сою и свинину из-за торговой войны США и Китая. «Что касается российского рынка, то снижение маржинальности и обострение конкуренции продолжится в мясном производстве и сегменте молочной продукции», — предполагает она. При этом себестоимость у производителей мяса будет оставаться высокой. «Цены на зерновые сохранятся на высоком уровне вплоть до нового урожая. Соевый шрот тоже, скорее всего, по-прежнему будет достаточно дорогим, — говорит Андрей Дальнов. — В 2019-м цены на мясо могут быть выше средних в 2018-м».


Время модных инвестиций прошло

Тем не менее, по словам Ивана Николаева, сельское хозяйство остается фундаментально привлекательным для инвестиций, поскольку население планеты увеличивается и людям необходимо продовольствие. «Природные ресурсы позволяют нам стать крупнейшим в мире производителем сельхозпродукции. Однако наша страна обладает логистическими особенностями (большие расстояния, мало дорог), кроме того, у нас дорогие деньги: даже льготные кредиты под 5% — это немало, потому что проекты долгосрочные, — комментирует эксперт. — Новый проект может не начаться, потому что сегодня, когда слабо развита транспортная инфраструктура, невозможно спрогнозировать, сколько будет стоить вывезти продукцию и будет ли она конкурента за рубежом».

Поскольку в этом году ожидается переориентация субсидий, а вместе с ними и отрасли, на экспортное направление, вероятно, появятся новые проекты, связанные с внешними поставками, а также переработкой продукции — в частности той, которая сейчас вывозится как сырье (например, рыба или зерно), думает Инна Гольфанд. Кроме того, «НЭО Центр» отмечает повышение интереса инвесторов к секторам, которые ранее их почти не привлекали: дикоросы, баранина, орехи. Также будет сохраняться определенный интерес к индейке, а в растениеводстве, возможно, ко льну-долгунцу, добавляет Владимир Шафоростов. «Уверен, что будет больше вложений в сою и семенные заводы. Также повышенный интерес у инвесторов может вызвать производство пищевых и кормовых ингредиентов, связанное с переработкой не только зерновых и масличных, но и молочной сыворотки, боенских отходов», — рассуждает эксперт.

Дарья Снитко среди фаворитов для вложений в 2019 году тоже называет производство сои, особенно в Сибири и на Дальнем Востоке, где позволяют природные условия. «Если говорить о крупных инвестициях в новые проекты по производству агропродукции, то время моды на что-то конкретное прошло, — уверена она. — Теперь будут инвестировать игроки, имеющие опыт, и средства будут вкладываться в увеличение эффективности производства и продаж, а не физическое расширение объемов».

Кроме того, что инвесторам стоит посмотреть на рынки конечного потребления, Александр Чулок советует обратить внимание и на другие глобальные тренды. Один из них — развитие умных городов, где концентрируется большая часть добавленной стоимости. Рынки технологий и продуктов для умных городов оценочно вырастут до более чем $1,5 трлн к 2025 году, продолжает эксперт. Например, можно говорить о создании вертикальных урбанизированных ферм, которые позволяют уменьшить транспортное плечо между производителем и потребителем, что особенно актуально для России. При этом концепция умного города предполагает жесткие требования к продукции: она должна поставляться точно в срок, соответствовать критериям стоимости, экологичности. «Эти тренды очень мощные и открывают очень большие рынки, — акцентирует Чулок. — Хотя, конечно, у них есть и противники, утверждающие, что проще еще распахать».

Также он рекомендует инвестировать в технологии, связанные с большими данными, цифровизацией и цифровой логистикой. «Правда, пока мало кто знает, что реально за этим стоит, это больше хайп: что-то слышали и решили — давайте цифровизироваться, стали вводить должности. Это неизбежный тренд, но нужен умный подход к его использованию, — отмечает Чулок. — Например, в основе концепции умного сельского хозяйства лежат большие данные. Также благодаря им можно изучать паттерны потребителей». Сейчас многие компании хотят выйти на рынки мусульманских стран, но для этого важно понимать их специфику, изучать их, и просто традиционный маркетинг тут не поможет, нужны именно большие данные. В конечном счете стоимость любой технологии, даже самой продвинутой, снижается до нуля: рано или поздно каждый участок земли и каждая корова будут обеспечены датчиками, оцифрованы, вопрос в том, готовы ли сами компании к росту производительности и резкому сокращению издержек, которые произойдут в результате цифровизации — с учетом многоукладности нашего АПК. «Тут нужно учесть и социальный фактор: мы не можем уволить 30 тыс. человек в агрохолдинге, даже если новые технологии позволяют это сделать», — добавляет Чулок.

Следующий тренд — sharing economy, сетевая экономика, или экономика общего пользования, которая постепенно развивается в России. Сейчас она в основном затрагивает такие сектора как транспорт, финансы, туризм, но влияет и на АПК, например в части доступа к сельхозтехнике или рабочей силе. К 2025 году мировой объем экономики sharing увеличится почти в 20 раз и достигнет $335 млрд, оценивает PwC. Поэтому компании должны понять, каково их место в ней. Например, она обеспечивает прямую связь между потребителем и производителем. Вопрос — готов ли к этому сельхозпроизводитель и готов ли ритейл к тому, что он окажется не нужным в своем традиционном формате. Конечно, появление агрегаторов в продовольственном секторе, аналогичных тем, что есть в сфере такси или туристических фирм — это перспектива не ближайшего года, но следующих лет пяти — точно, уверен Чулок. «Возможно, уже в 2019 году на агрорынке появятся новые игроки из сфер, которые традиционный бизнес не считает агропромышленными: IT-компании, системные интеграторы — то есть те, кто хорошо разбирается в конечном спросе и обладает цифровыми платформами, — прогнозирует эксперт. — Эти технологии позволяют быстро организовать маркетплейсы и связать производителей и потребителей». Маловероятно, что компании, которые вложились в традиционную бизнес-модель, будут довольны sharing economy, но влияние этого глобального тренда неизбежно, добавляет Чулок.

Учитывая все эти тренды, в 2019 году участникам агрорынка нужно сильнее диверсифицироваться, хотя направлять на это все ресурсы и необязательно, но держать руку на пульсе точно нужно, резюмирует Чулок. «Ключевыми словами этого года должны быть „мониторинг" и „адаптивность": нужно постоянно и научно обоснованно мониторить глобальные тренды и быть готовым быстро в них вписаться», — рекомендует он. Те игроки, которые не смогут это сделать, либо будут вынуждены уходить в узкие сегменты рынка, либо их ждет банкротство или покупка другими компаниями. «Сейчас в продовольственном секторе очень много стартапов, и они вполне могут представлять угрозу для больших холдингов, — считает Чулок. — Время роста резко сократилось: раньше компании десятилетиями выстраивали бизнес и имидж, а потом за считаные годы теряли большую часть активов из-за игроков, скользящих на гребне новой технологической волны».

Юрий Белов, Гендиректор «АФГ Националь»
В перспективе следующих нескольких лет по-прежнему останется высоким потенциал импортозамещения в традиционных фруктах. Доля продукции отечественного производства постепенно станет увеличиваться, причем драйвером роста станут сады высокой интенсивности. При этом в производстве яблок завершается формирование основных «центров силы»: площади под садами ежегодно растут, и уже через четыре-пять лет успешно встроиться в этот рынок новым инвесторам будет крайне сложно. Те, кто инвестировал в интенсивные сады в последние годы, скорее всего, и станут маркетмейкерами.

На рынке круп и бобовых есть потенциал увеличения экспорта, а также замещения импортной продукции. Выращенные в России среднезерные сорта риса уже конкурентоспособны не только на внутреннем, но и на внешних рынках. Сейчас стоит задача по селекции отечественных длиннозерных сортов.

На рынке овощей очевидна тенденция к сокращению производства картофеля в ЛПХ — его посадки уменьшаются естественным путем по мере урбанизации. Эти объемы будут замещаться картофелем промышленного производства. Параллельно продолжит развиваться инфраструктура по хранению и первичной переработке, благодаря чему сроки хранения российского картофеля будут возрастать, и импорт неизбежно сократится. Поскольку торговым сетям удобнее и выгоднее продавать мытые и фасованные картофель и овощи (уже сейчас в ряде сетей грязный картофель отсутствует в принципе), их ассортимент будет расширяться, что подстегнет и потребительский спрос на них. В целом рынок овощей открытого грунта будет двигаться в сторону консолидации: доля крупных производителей станет возрастать, небольших — сокращаться.

На горизонте 10 лет мы прогнозируем существенное изменение продуктовой розницы. Очевидно, что корректировки коснутся каналов сбыта: продолжит расти доля сетевой торговли (прежде всего за счет крупных сетей), развиваться интернет-торговля продуктами питания. Серьезные изменения возможны и внутри самих продуктовых категорий. Например, в сегменте фасованных круп ключевыми долгосрочными трендами являются рост сортового и продуктового разнообразия, серьезный сдвиг в сторону продуктов для здорового питания, ориентация все большего количества товаров на молодые семьи без детей. Изменятся и предпочтения потребителей. Мы ожидаем дальнейшего увеличения запроса потребителей на высокое качество, экологичность и полезность продукции.

Инна Гольфанд, Партнер, АПК
Миллиардер и совладелец Volga Group Геннадий Тимченко приобрел долю в винодельне «Усадьба Дивноморское», расположенной рядом с так называемым «дворцом Путина». Об этом свидетельствуют данные ЕГРЮЛ, на что обратили внимание «Ведомости».
Тимченко стал совладельцем винодельни около «дворца Путина»
Его партнером в винном проекте «Усадьба Дивноморское» стал Владимир Колбин.
По оценкам экспертов, стоимость комплекса может составлять 120-170 млн рублей

Миллиардер и совладелец Volga Group Геннадий Тимченко приобрел долю в винодельне «Усадьба Дивноморское», расположенной рядом с так называемым «дворцом Путина». Об этом свидетельствуют данные ЕГРЮЛ, на что обратили внимание «Ведомости».

По данным системы «СПАРК-Интерфакс» 28 декабря 2018 года владельцем винодельни через компанию «Лазурная ягода» стала компания «Развитие аграрных инициатив». Совладельцами РАИ в свою очередь являются Геннадий Тимченко и некий Владимир Колбин, полный тезка сына еще одного участника списка Forbes Петра Колбина.

Винодельня «Усадьба Дивноморское» расположена в селе Дивноморское Краснодарского края, в ее состав входят 47 га виноградников. Впервые винодельня привлекла к себе внимание СМИ, в 2010 году, когда петербургский предприниматель Сергей Колесников опубликовал письмо Дмитрию Медведеву, тогда занимавшему пост президента России. В письме он утверждал, что в интересах Владимира Путина под Геленджиком якобы построен комплекс для отдыха стоимостью $1 млрд, в состав которого и входит винодельня (представитель Путина Дмитрий Песков тогда и впоследствии опровергал его связь с черноморской резиденцией). Через несколько месяцев после скандала «Усадьбу Дивноморское» приобрело«Абрау-Дюрсо» бизнес-омбудсмена Бориса Титова. Тогда он заявлял, что приобрел ее у бывшего совладельца Новороссийского морского торгового порта Александра Пономаренко.

Источник «Ведомостей» подтвердил, что Тимченко и Колбин действительно вошли в винный проект. Сами бизнесмены комментировать информацию не стали. Павел Титов, президент винного дома «Абрау-Дюрсо» и сын Бориса Титова, подтвердил изданию смену собственника, но раскрыть имя нового владельца и условия сделки отказался.
Партнер практики АПК «НЭО-центра» Инна Гольфанд в комментарии «Ведомостям» оценила рыночную стоимость винодельни в 120–135 млн рублей. Партнер Peregrine Capital Николай Габышев рассказал изданию, что комплекс может стоить порядка 170 млн рублей.

Геннадия Тимченко и Петра Колбина, которого также называют другом детства Владимира Путина, связывают давние и близкие отношения. Они были знакомы еще со времен, когда их родители работали в ГДР. В начале 2000-х, рассказывал Тимченко, Колбин как финансовый инвестор участвовал в создании Gunvor, за что получил миноритарную долю. Аналогичную роль он сыграл в 2008-2011 годах, когда Volga Group Тимченко выкупила 75% «Ямал СПГ» у Газпромбанка, а затем продала «Новатэку» Леонида Михельсона. Колбин тогда выкупил 25% «Ямал СПГ» за $78 млн, а «Новатэку» продал за $526 млн. Всего структуры Тимченко и Колбина потратили на выкуп «Ямал СПГ» порядка $600 млн, а «Новатэку» продали актив за $1,6 млрд, рассказывал Forbes бывший топ-менеджер Газпромбанка.
Инна Гольфанд, Партнер, АПК
О смене собственников винодельни «Усадьба Дивноморское» свидетельствуют данные ЕГРЮЛ. С 28 декабря 2018 г. компания «Лазурная ягода», которая владеет всеми активами винодельни, принадлежит ассоциации «Развитие аграрных инициатив» (РАИ). Последнюю в свою очередь учредили в 2016 г. бизнесмен Геннадий Тимченко и некий Владимир Колбин. На 4 апреля прошлого года оба предпринимателя входили в состав руководящего органа ассоциации, следует из ее документов, предоставленных в Минюст.
Винодельню рядом с «дворцом Путина» купил Геннадий Тимченко
Другой совладелец «Усадьбы Дивноморское» – Владимир Колбин

О смене собственников винодельни «Усадьба Дивноморское» свидетельствуют данные ЕГРЮЛ. С 28 декабря 2018 г. компания «Лазурная ягода», которая владеет всеми активами винодельни, принадлежит ассоциации «Развитие аграрных инициатив» (РАИ). Последнюю в свою очередь учредили в 2016 г. бизнесмен Геннадий Тимченко и некий Владимир Колбин. На 4 апреля прошлого года оба предпринимателя входили в состав руководящего органа ассоциации, следует из ее документов, предоставленных в Минюст.

Тимченко и Колбин действительно вошли в этот винный проект, известно человеку, осведомленному об этом от участников сделки. Тимченко рассматривает виноделие как перспективное направление для инвестирования, указывает его знакомый, поэтому после оценки актива партнеры решили приобрести «Лазурную ягоду». Об интересе Тимченко к виноделию говорил газете «Коммерсантъ» в 2015 г. представитель бизнесмена. В том же году его фирма «Кариньян» была конкурентом «Абрау-Дюрсо» на аукционе по продаже виноградников в Краснодарском крае, но проиграла.

Во вторник представитель Тимченко от комментариев отказался. Колбин на вопросы «Ведомостей» об «Усадьбе Дивноморское» попросил «Ведомости» его не беспокоить.

Винодельня «Усадьба Дивноморское» расположена в селе Дивноморское Краснодарского края и выпускает премиальные тихие и игристые вина под одноименным брендом. В состав хозяйства входит 47 га плодоносящих виноградников. Выручка «Лазурной ягоды» в 2017 г. составила 163,9 млн руб., чистая прибыль – 17,1 млн руб., по данным «СПАРК-Интерфакса».

Винодельня расположена неподалеку от так называемого «дворца Путина», комплекса зданий площадью более 17 000 кв. м. С нынешним президентом России Владимиром Путиным его в 2010 г. связал петербургский предприниматель Сергей Колесников в открытом письме тогдашнему президенту Дмитрию Медведеву. По заявлению Колесникова, комплекс строился лично для Путина. Виноградники, которые Колесников называл частью дворцового комплекса, были оформлены на «Лазурную ягоду». Пресс-секретарь президента Дмитрий Песков неоднократно опровергал какую-либо связь этого комплекса с президентом.

Спустя два года владельцем винодельни в Дивноморском стал Павел Титов, президент винного дома «Абрау-Дюрсо» и сын бизнес-омбудсмена Бориса Титова. Он купил актив у бизнесмена Александра Пономаренко, бывшего совладельца Новороссийского морского торгового порта, а ныне председателя совета директоров аэропорта «Шереметьево». Павел Титов подтвердил «Ведомостям» смену собственника, но имя нового владельца и условия сделки он не назвал. В качестве причины он называет поиск новых инвестиций для проекта.

В отличие от Тимченко о Владимире Колбине известно немного. Его фамилия, имя и отчество такие же, как у сына петербургского бизнесмена Петра Колбина, которого телеканал «Дождь» называл другом детства Путина. Человек, знакомый с деталями сделки, говорит, что партнером Тимченко по «Усадьбе Дивноморское» стал именно Колбин-младший.

В 2012 г. сам Петр Колбин рассказывал «Ведомостям», что знает Тимченко с детства. Их знакомые называли его приближенным к Тимченко лицом. До 2010 г. Колбин был финансовым инвестором нефтетрейдера Gunvor, мажоритарным акционером компании являлся Тимченко. По данным Forbes, Колбин выручил $526 млн от продажи блокпакета «Ямал СПГ» «Новатэку» в 2011 г.

В прошлом году Forbes оценивал состояние Петра Колбина в $550 млн, при этом Владимир Колбин в список богатейших россиян по версии этого журнала никогда не входил. Зато в октябре 2018 г. Владимир Колбин стал совладельцем 10% компании «Игора драйв», которая занимается проектом одноименной гоночной трассы под Санкт-Петербургом, свидетельствует ЕГРЮЛ. Его партнеры по этому проекту связаны с банком «Россия»: 50% – у фирмы «Акцепт» совладельца банка Михаила Шеломова, 25% – у компании «Арконн». Последней владеет компания, принадлежащая НП «Поддержка предпринимательских инициатив», учрежденному крупнейшим акционером банка «Россия» Юрием Ковальчуком и его сыном Борисом.

Партнер практики АПК «НЭО-центра» Инна Гольфанд оценивает рыночную стоимость винодельни в 120–135 млн руб. Партнер Peregrine Capital Николай Габышев считает, что она может стоить дороже – около 170 млн руб. Вина «Усадьба Дивноморское» – одни из самых высококачественных в российском виноделии, замечает президент Союза виноградарей и виноделов России Леонид Попович. В 2018 г. винодельня получила одну из самых высоких оценок авторского винного гида «Российские вина» Артура Саркисяна: сразу пять вин получили оценку более 90 баллов из 100. Основной целью нового инвестора будет поддержание высочайшего уровня производства и качества вин, расширение виноградников, технологических возможностей производства и, возможно, появление новой линейки вин, сообщил Титов. «Абрау-Дюрсо» останется дистрибутором вин и будет оказывать содействие компании в маркетинговых вопросах, добавил он.

Екатерина Михалева, Руководитель проектов, АПК
В 2019 году производство товарного молока может увеличиться на 2,5-3%, прогнозирует исполнительный директор Национального союза производителей молока («Союзмолоко») Артем Белов. Прирост объемов товарного молока за прошлый год, по оценке союза, также составил 3%. За 11 месяцев 2018-го надой в сельхозорганизациях прибавил 3,7% до 14,9 млн т, подсчитал Росстат.
В 2019 году производство товарного молока может вырасти на 3%
В 2019 году производство товарного молока может увеличиться на 2,5-3%, прогнозирует исполнительный директор Национального союза производителей молока («Союзмолоко») Артем Белов. Прирост объемов товарного молока за прошлый год, по оценке союза, также составил 3%. За 11 месяцев 2018-го надой в сельхозорганизациях прибавил 3,7% до 14,9 млн т, подсчитал Росстат.
«Ключевой фактор, который будет влиять на динамику рынка — спрос. Пока, по нашим прогнозам, он будет стагнировать», — рассказал Белов «Агроинвестору». При этом по итогам 2018-го потребление выросло на 0,5-1%, оценивает союз. Это хороший показатель, так как на протяжении последних нескольких лет наблюдалось устойчивое падение спроса на молочную категорию, отмечает эксперт.
По его словам, 2018 год начался для молочной отрасли не очень благоприятно из-за серьезной просадки цен на сырое молоко, но в целом его можно оценивать позитивно. «В декабре цена на сырое молоко находилась на уровне 2017-го», — говорит он. По информации Минсельхоза, к 20 декабря цены производителей на сырое молоко были на уровне 24,51 руб./кг — на 1,2% выше, чем годом ранее. По сравнению с началом 2018 года они увеличились на 1,3%.
В 2018-м цены на животноводческую продукцию сильно менялись. Особенно сложным год стал для производителей сырого молока, которые из-за падения цен на продукцию серьезно недополучили прибыли по сравнению с 2017-м, подтверждает гендиректор Института конъюнктуры аграрного рынка Дмитрий Рылько. Руководитель проектов практики АПК «НЭО Центра» Екатерина Михалева оценивает, что рентабельность молочных ферм по итогам 2018 года снизилась, хотя и не очень значительно. Уменьшение цен на сырое молоко и увеличение затрат на основные компоненты себестоимости отчасти были скомпенсированы ростом интенсификации производства. В среднем рентабельность молочных комплексов по EBITDA в прошлом году сложилась на уровне 20-25%, говорит она.
Молочная индустрия в прошлом году была отраслью с интересной динамикой и активными изменениями экономического ландшафта, комментирует заместитель начальника департамента стратегического развития и экономического прогнозирования Центра экономического прогнозирования Газпромбанка Дарья Снитко. «Пожалуй, это единственный сектор, в котором в ближайшие годы продолжится активное расширение производства», — предполагает она.
Владимир Шафоростов, Партнер, АПК
По предварительным оценкам Союза комбикормщиков, производство комбикормов в 2018 году увеличилось не более, чем на 4-5% до 28,6-28,8 млн т. Прирост за 10 месяцев 2018 года, по данным Росстата, составил 5% по сравнению с объемом, выпущенным за аналогичный период годом ранее, сообщила «Агроинвестору» исполнительный директор организации Татьяна Степина. «На рынок в уходящем году влиял целый ряд факторов, — отмечает она. — Это и вспышки африканской чумы свиней и гриппа птиц, и как следствие ограничение экспорта животноводческой продукции, и резкое удорожание витаминов, соевого шрота на 15%, фуражного зерна на 40-50%».
Производство комбикормов в 2018 году увеличилось до 28,8 млн тонн
Цены на продукцию выросли на 18%

По предварительным оценкам Союза комбикормщиков, производство комбикормов в 2018 году увеличилось не более, чем на 4-5% до 28,6-28,8 млн т. Прирост за 10 месяцев 2018 года, по данным Росстата, составил 5% по сравнению с объемом, выпущенным за аналогичный период годом ранее, сообщила «Агроинвестору» исполнительный директор организации Татьяна Степина. «На рынок в уходящем году влиял целый ряд факторов, — отмечает она. — Это и вспышки африканской чумы свиней и гриппа птиц, и как следствие ограничение экспорта животноводческой продукции, и резкое удорожание витаминов, соевого шрота на 15%, фуражного зерна на 40-50%».

Средняя цена на комбикорма за год увеличилась на 18%, подсчитал союз. Рост стоимости кормов для птицы был еще выше и по итогам года составит до 20%, подчеркивает Степина. «В птицеводстве в прошлом году цены опускались ниже себестоимости. Из-за проблем финансирования часть птицефабрик закрылась. Спад производства допустили 38 регионов — на 171,2 тыс. т в целом по итогам января-октября, — комментирует эксперт. — Отсюда и более низкие темпы роста выпуска комбикормов для птицы — за 10 месяцев всего на 1,8% — и повышение цен».

В свиноводстве наблюдалась более позитивная динамика. Поголовье свиней в промышленном секторе увеличилось на 5%, а производство комбикормов прибавило около 10%. При цене фуражной пшеницы в январе-мае 2018-го в 6-7 тыс. руб./т экономически был оправдан рост доли зерна в рецептурах, что в свою очередь привело к повышению коэффициента конверсии корма в среднем по отрасли. Стоимость комбикорма для свиней тоже прибавила около 20%. Так, по информации Союза комбикормщиков, в январе 2018-го он стоил 12,5 тыс. руб./т, а в ноябре — уже почти 15 тыс. руб./т.

Выпуск комбикормов для КРС за январь-октябрь ушедшего года увеличился на 4%, хотя стадо продолжило снижаться (-0,4%). Цены на этот вид кормов по апрель включительно уменьшались благодаря низкой стоимости зерна. Однако с мая-июня началось удорожание, что привело не только к повышению себестоимости продукции животноводства, но и к тому, что производители комбикормов тоже стали терять прибыль, ведь в цене росло не только зерно, но и шрот, и премиксы. А удельный вес сырья в себестоимости комбикорма составляет 80-85%. Таким образом уровень рентабельности продаж этого вида корма сейчас составляет всего 5%, хотя пять лет назад показатель доходил до 20%, обращает внимание Степина.

В среднесрочной перспективе комбикормовое производство продолжит расти, хотя и более медленными темпами, чем ранее, прогнозирует гендиректор исследовательской компании «Аберкейд» Надежда Орлова. Этому по-прежнему будет способствовать дальнейшее увеличение объемов выпуска животноводческой продукции. В то же время высокая доля зерна в рационах сельскохозяйственных животных и птицы ставит российских производителей в зависимость от ежегодно изменяющейся конъюнктуры рынка зерновых, обращает внимание она.

По прогнозу «Аберкейд», в перспективе ближайших четырех лет среднегодовой темп прироста объемов рынка будет составлять около 3%. Более интенсивное увеличение будет сдерживаться текущим высоким уровнем насыщения рынков мяса птицы и свинины в условиях ограниченных возможностей выхода на экспорт. По секторам животноводства прогнозируемый рост распределится неравномерно. Так, сегмент комбикормов для птицы к 2022 году увеличится примерно на 20% и составит 18,4 млн т, для свиней — на 28% до 12,8 млн т, для КРС — на 3% до 2,2 млн т. Совокупный объем рынка комбикорма составит 33,7 млн т, а при сохранении доли «теневого» сектора на прежнем уровне достигнет 51,8 млн т.

При этом, по мнению партнера практики АПК компании «НЭО Центр» Владимира Шафоростова, в ближайшие два-три года можно ожидать появления новых активно развивающихся направлений в производстве ингредиентов для кормов. «По итогам 2018 года мы видим существенное увеличение производства премиксов — на 10-15% в объеме и около 30% в денежном выражении, — оценивает он. — Рост этого направления сдерживается малым количеством или отсутствием российских производителей ряда качественных кормовых компонентов. Я думаю, это интересное направление в среднесрочной перспективе».

Владимир Шафоростов, Партнер, АПК
и Екатерина Михалева, Руководитель проектов, АПК
В 2019 году производство товарного молока может увеличиться на 2,5-3%, прогнозирует исполнительный директор Национального союза производителей молока («Союзмолоко») Артем Белов. Прирост объемов товарного молока за прошлый год, по оценке союза, также составил 3%. За 11 месяцев 2018-го надой в сельхозорганизациях прибавил 3,7% до 14,9 млн т, подсчитал Росстат.
В 2019 году производство товарного молока может
вырасти на 3%
На динамику развития отрасли будет влиять спрос на молочную продукцию

В 2019 году производство товарного молока может увеличиться на 2,5-3%, прогнозирует исполнительный директор Национального союза производителей молока («Союзмолоко») Артем Белов. Прирост объемов товарного молока за прошлый год, по оценке союза, также составил 3%. За 11 месяцев 2018-го надой в сельхозорганизациях прибавил 3,7% до 14,9 млн т, подсчитал Росстат.

«Ключевой фактор, который будет влиять на динамику рынка — спрос. Пока, по нашим прогнозам, он будет стагнировать», — рассказал Белов «Агроинвестору». При этом по итогам 2018-го потребление выросло на 0,5-1%, оценивает союз. Это хороший показатель, так как на протяжении последних нескольких лет наблюдалось устойчивое падение спроса на молочную категорию, отмечает эксперт.

По его словам, 2018 год начался для молочной отрасли не очень благоприятно из-за серьезной просадки цен на сырое молоко, но в целом его можно оценивать позитивно. «В декабре цена на сырое молоко находилась на уровне 2017-го», — говорит он. По информации Минсельхоза, к 20 декабря цены производителей на сырое молоко были на уровне 24,51 руб./кг — на 1,2% выше, чем годом ранее. По сравнению с началом 2018 года они увеличились на 1,3%.

В 2018-м цены на животноводческую продукцию сильно менялись. Особенно сложным год стал для производителей сырого молока, которые из-за падения цен на продукцию серьезно недополучили прибыли по сравнению с 2017-м, подтверждает гендиректор Института конъюнктуры аграрного рынка Дмитрий Рылько. Руководитель проектов практики АПК «НЭО Центра» Екатерина Михалева оценивает, что рентабельность молочных ферм по итогам 2018 года снизилась, хотя и не очень значительно. Уменьшение цен на сырое молоко и увеличение затрат на основные компоненты себестоимости отчасти были скомпенсированы ростом интенсификации производства. В среднем рентабельность молочных комплексов по EBITDA в прошлом году сложилась на уровне 20-25%, говорит она.

Молочная индустрия в прошлом году была отраслью с интересной динамикой и активными изменениями экономического ландшафта, комментирует начальник Центра экономического прогнозирования Газпромбанка Дарья Снитко. «Пожалуй, это единственный сектор, в котором в ближайшие годы продолжится активное расширение производства», — предполагает она. Партнер практики АПК «НЭО Центра» Владимир Шафоростов называет производство молока в сельхозорганизациях одним из драйверов агросектора в 2018 году. «В 2019-м ситуация, скорее всего, не изменится. Сохранение государственной поддержки молочного животноводства будет стимулировать инвестиции в производство и переработку молока», — говорит он.

В прошлом году на возмещение 25% прямых понесенных затрат при реализации проектов в молочном животноводстве было направлено 6 млрд руб. «Пока мы не достигнем самообеспеченности по молоку, мы сохраним эти субсидии, — заверила замминистра сельского хозяйства Елена Фастова. — Эта мера поддержки точно будет продлена на 2019 год, надеюсь, и на 2020-й тоже».

В прошлом году в отрасли был объявлен ряд крупных проектов, а значит, молочный рынок по-прежнему остается привлекательным для инвесторов, уверен Белов. «Как российские, так и иностранные предприниматели рассматривают его как перспективный. В 2018 году в отрасль вошли несколько крупных игроков: DMK, Savencia, были запущены новые проекты «ЭкоНивы», — перечисляет эксперт. — Это значит, что потенциал роста рынка и спроса на молочную продукцию достаточно высок».
Инна Гольфанд, Партнер, АПК
2018 год стал для российского агросектора переломным. Президент Владимир Путин поставил перед сельскохозяйственной отраслью амбициозную задачу – увеличить экспорт аграрной продукции более чем в 2 раза до $45 млрд в 2024 г. Еще 15 лет назад такое сложно было представить – по большинству продуктов питания Россия оставалась нетто-импортером.
Итоги-2018. Сельское хозяйство получило новый толчок для роста
Государство готово инвестировать в развитие экспорта агропродукции сотни миллиардов рублей

2018 год стал для российского агросектора переломным. Президент Владимир Путин поставил перед сельскохозяйственной отраслью амбициозную задачу – увеличить экспорт аграрной продукции более чем в 2 раза до $45 млрд в 2024 г. Еще 15 лет назад такое сложно было представить – по большинству продуктов питания Россия оставалась нетто-импортером.

Превратить российский агросектор из черной дыры в прибыльный бизнес помогала системная господдержка – сначала в виде квот на импортную продукцию, а впоследствии и деньгами по Национальному проекту развития АПК, преобразованному в госпрограмму. Суммарно за последние 10 лет на ее финансирование из бюджета выделено 1,9 трлн руб., по данным Минсельхоза. Это позволило достигнуть ключевых показателей, предусмотренных доктриной продовольственной безопасности, по мясу, зерну, сахару, растительному маслу. После введенного в 2014 г. продовольственного эмбарго и девальвации рубля удалось подтянуть даже такие отстающие направления, как производство тепличных овощей. В итоге импорт овощей сократился вдвое, а российские аграрии обеспечивают российский рынок огурцами на 80–85%, помидорами – на 60%, по данным Национального союза производителей плодов и овощей. Исключением остается молочная продукция, которой Россия обеспечена лишь на 82% против целевых 90%, согласно Минсельхозу.

Для дальнейшего развития сельского хозяйства необходимо развивать экспорт, говорит руководитель исполкома Национальной мясной ассоциации Сергей Юшин: это привлечет новые инвестиции за счет расширения производства, сделает ценообразование на рынке более устойчивым, снизит себестоимость за счет масштаба.
Что везем

Сегодня основная позиция в российском агроэкспорте – сырье, а именно зерно: его доля в общих отгрузках отечественного продовольствия за границу достигает 36%, следует из данных Минсельхоза. В дальнейшем стоит активнее развивать экспорт готовой продукции с добавленной стоимостью, считает замминистра сельского хозяйства Елена Фастова. Для этого, по ее словам, необходимо развивать переработку зерна, производство масложировой, кондитерской и молочной продукции. Экспортные продажи переработанной продукции должны вырасти втрое до $8,6 млрд, по расчетам Минсельхоза.

Кондитеры уже активно продают свою продукцию за рубеж и спрос на нее растет, говорит исполнительный директор Ассоциации предприятий кондитерской промышленности Вячеслав Лашманкин. По его данным, экспорт кондитерских изделий в среднем прибавляет 10–12% в год, что ставит отрасль на 4-е место в структуре экспорта всего продовольствия.

Директор «Совэкона» Андрей Сизов тем не менее сомневается в значительном росте экспорта продукции высокой степени переработки: «Россия традиционно сильна и конкурентоспособна по зерну, масличным и рыбе, именно поставки этих продуктов будут двигать вперед российский экспорт». Также думает и гендиректор ИКАРа Дмитрий Рылько: именно по зерну у России есть потенциал для роста – в 1,5 раза до 2024 г. Последние два года Россия –крупнейший в мире экспортер зерна.

Кроме того, странам-импортерам выгодно завозить как раз сырье для его дальнейшей переработки на месте, поскольку так они оставляют добавленную стоимость в своей стране, добавляет Сизов, для этого они защищают свои рынки высокими импортными пошлинами на готовую продукцию.

Утроить поставки масложировой продукции, как планирует Минсельхоз, также вряд ли удастся – конкуренция на мировом рынке высока, напоминает Рылько, поэтому существенно нарастить присутствие здесь будет сложно. Есть проблема и с готовой брендированной продукцией: ее можно активно экспортировать только тогда, когда страна сумеет создать сильные страновые бренды, такие как итальянский пармезан или испанский хамон, добавляет Сизов. И полноценный экспорт мяса под вопросом: российские производители пока не готовы конкурировать по цене на внешних рынках, отмечает Сизов, да и многие из них, в частности страны Юго-Восточной Азии, закрыты из-за неблагополучной ситуации в России по болезням сельхозживотных, на открытие этих перспективных рынков уйдут годы.

Как поддержат

Развитие российского агроэкспорта поддержат деньгами: на эти цели по проекту «Экспорт продукции АПК» дополнительно планируется выделить 406,8 млрд руб. в 2019–2024 гг., согласно Минфину. С учетом этих денег ежегодная поддержка агросектора с 2019 г. превысит 300 млрд руб., из которых минимум 13% пойдет на поддержку поставок за рубеж.
Основные меры поддержки экспортеров – льготное кредитование, возмещение транспортных затрат, субсидии на развитие мелиорации земель и др., рассказывает Фастова. Кроме того, в проект включены мероприятия по обеспечению прослеживаемости животноводческой, растениеводческой продукции, рыбы, идентификации животных, создание программ контроля особо опасных заболеваний животных. Это увеличит доверие стран-импортеров к системе контроля качества российской продукции, уверяет представитель Минсельхоза. Этими мерами ограничиваться не стоит, считает партнер практики АПК компании «НЭО Центр» Инна Гольфанд: государству необходимо активнее вести переговоры с другими странами, добиваться отмены пошлин на импорт российской продукции, создавать положительный образ российской продукции. Лашманкин, в свою очередь, ждет беспрепятственного доступа к качественному сырью по конкурентным ценам, поддержки инвестпроектов, направленных на увеличение экспорта, помощи в продвижении продукции, улучшения логистической инфраструктуры. Эти меры уже отражены в приказе Минсельхоза по развитию экспорта, напоминает он. Если они будут реализованы своевременно, то он считает реальным в 2024 г. удвоить экспорт кондитерских изделий до $2–2,2 млрд по сравнению с 2017 г.

Программа развития экспорта обеспечит среднегодовой прирост ВВП до 2024 г. в размере 0,3%, суммарный эффект к ВВП в 2024 г. составит 7,2 трлн руб., подсчитали аналитики Deloitte. У Российского экспортного центра похожие расчеты по приросту ВВП, сказал его представитель, не вдаваясь в детали. В Минсельхозе и Минэкономразвития это не комментируют.
Игорь Мытник, Младший партнер, Оценка бизнеса и активов
Специалисты исследовали два «бума» кредитования в 2005-2007 годах и 2011-2013 годах и пришли к выводу о том, что предпосылки к будущим проблемам у банков формируются раньше, чем они достигают своего «апогея». Кроме того, сами банки могут недооценивать всех рисков из-за благоприятных эффектов в виде хорошего спроса, занятости, отсутствия просрочек по кредитам и общим позитивным настроениям у производителей и покупателей. Судя по рекордно низким для России ипотечным ставкам в текущем году и огромному количеству выданных кредитов, все вышеперечисленные критерии напоминают сегодняшнюю ситуацию на рынке.
Аналитики обеспокоены риском появления «ипотечного пузыря»
Эксперты департамента исследований и прогнозирования Банка России выявили на сегодняшнем рынке ипотечного кредитования предкризисные признаки.

Специалисты исследовали два «бума» кредитования в 2005-2007 годах и 2011-2013 годах и пришли к выводу о том, что предпосылки к будущим проблемам у банков формируются раньше, чем они достигают своего «апогея». Кроме того, сами банки могут недооценивать всех рисков из-за благоприятных эффектов в виде хорошего спроса, занятости, отсутствия просрочек по кредитам и общим позитивным настроениям у производителей и покупателей. Судя по рекордно низким для России ипотечным ставкам в текущем году и огромному количеству выданных кредитов, все вышеперечисленные критерии напоминают сегодняшнюю ситуацию на рынке.

Почему возникли риски?

Прежде всего, на данный момент серьезно растет доля кредитов с низким первоначальным взносом. Опасность состоит в том, что если цены на недвижимость внезапно «рухнут», то залог уже не будет покрывать стоимость кредита.

Напомним, что по прогнозам ДОМ.РФ количество выданных ипотечных кредитов в 2018 году станет рекордным и достигнет суммы 3 трлн. рублей.

Еще в прошлом году поводом для паники экспертов послужила новая стратегия «Агентства по ипотечному жилищному кредитованию» (АИЖК). Оно полагает, что к 2020 году сумма выданных россиянам ипотечных кредитов увеличится до 10 триллионов.

Интересный факт! При том, что по данным Росстата реальные доходы населения снижаются уже пятый год подряд, потреблять люди стали больше. Происходит это, соответственно, за счет кредитов, в том числе и ипотеки. По сравнению с 2017 годом, в 2018 средняя сумма кредитов у россиян выросла на 17%.

Экспертное мнение

По словам председателя совета директоров компании «БЕСТ-Новострой» Ирины Доброхотовой, «во избежание «ипотечного пузыря» Центробанк уже дважды в этом году ужесточал требования к ипотеке с маленьким первоначальным взносом (самым опасным с точки зрения надувания ипотечного пузыря). Для таких кредитов были введены повышенные коэффициенты риска (сначала это было 150%, а с сентября 2018 года уже 200%). Так что теперь банкам поневоле придется повышать либо минимальный первоначальный взнос, либо ставку для ипотечных кредитов с минимальным первоначальным взносом».

Самая большая опасность – просрочки по ипотеке

«Просрочки, которые являются своего рода лакмусовой бумажкой в ситуации на ипотечном рынке, пока находятся на низком уровне - просрочка по ипотечным кредитам не превышает полутора процентов (для сравнения - по потребкредитам этот показатель достигает 9,5%).

Более того, доля объема просроченной задолженности со сроком задержки платежей свыше 90 дней на протяжении последних лет неуклонно снижается. По итогам 2015 года она составила 3%, 2016 года – 2,5%, 2017 года – 2,2%, а на коне июля 2018-го – 2%. Для сравнения – по не ипотечным кредитам это значение превышает 11,5%» - поделилась Ирина Доброхотова.

Не повторится ли американский сценарий?

Как многим известно, в 2007 году в США произошел крупнейший ипотечный кризис. Тогда наблюдался резкий всплеск невыплат по ипотечным займам, у людей отчуждали залоговую недвижимость и случилось падение стоимости ценных бумаг.

Ирина Доброхотова считает, что у россиян поводов для беспокойства нет. По ее словам, в Америке доля ипотечных сделок на момент кризиса приближалась к 100% от общего объема сделок, в то время как у нас этот показатель вдвое меньше. Кроме того, процентная ставка в 2007 году там не превышала 3,5%, то есть была почти в три раза ниже, чем у нас сейчас.

По словам младшего партнера практики «Оценки» компании «НЭО Центр» Игоря Мытника, рынок ипотеки в 2018 году действительно показал рекордный рост. «Портфель ипотечных кредитов достиг почти 3 трлн руб. — в настоящее время наблюдается определенный перегрев. Однако стоит различать бум ипотечного кредитования 2007, 2013 годов и текущий. Так, в 2007 году рост ипотеки был вызван в первую очередь благоприятной ценовой конъюнктурой на сырьевых рынках, притоком в страну нефтедолларов и связанным с этим быстрым ростом доходов населения и инвестиций в недвижимость. В 2013 году рост ипотечного кредитования был обусловлен восстановлением экономики после мирового финансового кризиса и отложенным спросом на товары длительного пользования, в том числе на недвижимость, в связи с чем кредитование активно росло в течение 2012–2013 годов.

Текущий бум на рынке ипотечного кредитования преимущественно вызван выгодными процентными ставками на фоне низких цен на нефть. Опасение вызывают в первую очередь перспективы роста реальных доходов населения как источника обслуживания и погашения кредита, а также макроэкономические риски. Низкие темпы роста доходов или их отсутствие снижают уверенность заемщиков в завтрашнем дне и повышают риск технического дефолта. Возможно, этим можно объяснить недавнюю инициативу о том, чтобы разрешить заемщикам приостанавливать выплаты по ипотеке в том случае, когда у них возникают сложные жизненные ситуации.

Тем не менее, в будущем году ждать столь же активного наращивания ипотечного портфеля банков не стоит и на это есть ряд причин. Тенденции снижения нефтяных котировок, наметившиеся в последние месяцы (цена нефти Brent 20 декабря опускалась ниже 55 долларов США за баррель), создают риски ослабления курса рубля и ускорения инфляции. Политика ФРС по повышению учетной ставки также оказывает давление на нефтяные котировки и ослабление региональных валют.

Среди внутренних причин стоит отметить повышение НДС с нового года до 20% и рост акцизов на топливо. Все это свидетельствует об ускорении инфляции в 2019 году сверх целевого значения ЦБ, который, в свою очередь, будет стремиться сдерживать ее посредством повышения ключевой ставки. В 2018 году ЦБ уже дважды повышал ключевую ставку, а вслед за этим повышают процентные ставки и банки. По моему мнению, в 2019 году ЦБ продолжит планомерно повышать ключевую ставку (если не произойдет никаких экстраординарных событий), следовательно, вырастут ставки кредитования.

Также в 2019 году рынок первичной недвижимости ждет переход на новый механизм проектного финансирования с использованием счетов эскроу. Я считаю, это приведет к росту цен на новостройки, что может стать причиной снижения спроса на недвижимость и, как следствие, на ипотеку» - считает эксперт Игорь Мытник.
Инна Гольфанд, Партнер, АПК
Готовая еда из конструктора на неделю, каша быстрого приготовления, готовые смеси для горячих блюд — главные из модных трендов в питании. И на все большем числе упаковок производители пишут «био» и ЗОЖ.
Быстрее, легче, полезнее
Готовая еда из конструктора на неделю, каша быстрого приготовления, готовые смеси для горячих блюд — главные из модных трендов в питании. И на все большем числе упаковок производители пишут «био» и ЗОЖ.

Два года назад москвичка Гузель Латыпова купила пару сушилок для фруктов, поставила их прямо на кухне и стала продавать пастилу и фруктовые чипсы. За сырьем девушка, до этого восемь лет отработавшая в сфере благотворительности и никогда ранее не занимавшаяся бизнесом, ездила на ближайший рынок, продукцию упаковывала в крафтовые пакеты, покупателей находила через Instagram. Сейчас в компании «ЭкоСнеки» работают уже восемь человек.

«Сушеные фрукты сохраняют все полезные свойства, при этом я не добавляю ни сахара, ни каких-либо усилителей. Спрос на натуральные продукты существует не только в Москве, я отправляю пастилу почтой по всей России, до самого Сахалина, а также в другие страны — Германию, Италию, Ирландию», — рассказывает Латыпова РБК+.

Сейчас предпринимательница планирует запустить собственный производственный цех, причем собирает деньги через краудфандинг. «Откроется ли производство натуральных вкусностей без сахара и добавок? Решать вам» — гласит призыв на платформе Boomstarter. Нашлось уже почти 80 спонсоров, перечисливших около 30% необходимой суммы — почти 140 тыс. руб.

Как вошедший в моду ЗОЖ влияет на российский рынок продуктов питания? Недавно это стало темой исследования международной группы GfK, проанализировавшей поведение более 20 тыс. домохозяйств и опросившей более 2 тыс. респондентов. Почти 60% заявили, что, покупая товары повседневного спроса, следуют правилам ЗОЖ. По крайней мере, так декларируется.

Другой важный фактор — быстрота приготовления еды. Рынок продуктов, которые можно приготовить с минимальными затратами времени, по-прежнему будет расти, а доставка готовой еды переживает настоящий бум, утверждают опрошенные РБК+ эксперты. Но теперь все это должно сочетаться еще и с ЗОЖ.

Пельмени vs овощи

С 2013 по 2017 год розничные продажи мясных полуфабрикатов в России прибавили 30%, говорится в исследовании компании BusinesStat. Свою роль сыграло стремление потребителя сэкономить время на приготовлении обеда или ужина, а также растущий ассортимент продукции по приемлемым ценам. Люди экономят, отказываются от походов в рестораны и, как следствие, чаще едят дома, следует из объяснений авторов доклада. В ближайшие пять лет этот рынок вырастет еще на 26%.

Согласно исследованию информационного центра Euroresearch & Consulting, проведенному несколько лет назад, жители нашей страны в среднем съедают за год 14 кг замороженной продукции, в Евросоюзе этот показатель — 25 кг, а в США — 57 кг.

При этом структура заморозки в разных странах сильно отличается, подчеркивает партнер практики АПК консалтинговой компании «НЭО Центр» Инна Гольфанд. «В США преобладают замороженные овощи, их потребление достигает 12 кг на душу населения, в России и Восточной Европе этот показатель в два-три раза ниже. У нас преобладает дешевая замороженная мучная продукция, самый ходовой товар — пельмени, их доля достигает 15% всей замороженной продукции», — говорит эксперт.

Впрочем, продолжает Инна Гольфанд, у замороженной овощной и фруктовой продукции есть хороший потенциал. Сейчас товар в основном импортируется (главные поставщики — Польша и другие европейские страны), доля российского производства не превышает 14–22%. Поэтому отечественные игроки, потенциальные инвесторы, с интересом смотрят на этот рынок.

Каша в новом формате

Еще один продукт, стремительно набирающий популярность, — каши в варочных пакетиках. По данным «НЭО Центра», в крупных городах их выбирают уже почти половина потребителей круп. «Это вариант как для студентов, которым нравится быстрота, простота и инновационный подход, так и для потребителей среднего возраста, которые начинают уже внимательнее относиться к своему здоровью», — объясняет Инна Гольфанд.

Как правило, крупы в варочных пакетиках представлены в среднем и премиальном ценовых сегментах, где сейчас наблюдается высокий уровень спроса. Несмотря на то что из обычных круп больше потребляют рис, в варочных пакетиках самый популярный продукт — гречка, далее идут рис, пшено, перловка, горох и кукуруза, перечисляет представитель «НЭО Центра».

Сегмент готовых решений в продуктах питания в целом развивается очень динамично, подтверждают в компании «Мистраль»: потребители, особенно молодые, хотят тратить все меньше времени на приготовление пищи. «Им интересны простые готовые решения, но эти продукты должны быть натуральными. Мы стараемся следовать именно этому тренду, чтобы быть интересными своей аудитории с самого начала их входа в отдельную от родителей жизнь, — рассказали РБК+ в пресс-службе компании. — В прошлом году мы запустили готовые решения для супов и вторых блюд, а также каши в сашетах». Рынок каш в сашетах, по данным Nielsen, вырос в первой половине 2018 года по сравнению с аналогичным периодом 2017 года в рублях на 13,3%, а в объеме — на 14,9%.

Шоколад без сахара

В 1990-е годы в Россию хлынул поток импортных товаров, и люди, привыкшие к пустым магазинным полкам, буквально набросились на фастфуд, многочисленные сорта шоколада и печенья. Когда первое насыщение прошло, появился противоположный тренд — на здоровое питание, рассуждает врач-диетолог сети медцентров «СМ-Клиника» Елена Тихомирова.

Эта мода выводит на рынок новые продукты. По словам директора по маркетингу кондитерской фабрики «Победа» Артема Пуховского, в 2015 году предприятие продало через офлайн-магазины порядка 5 млн плиток шоколада «Победа вкуса», не содержащего сахара (вместо него используются стевия и инулин), в 2017-м — 7 млн плиток, в текущем году прогнозируется сбыт 10 млн. А компания «Юникорн» производит здоровый попкорн Holy Corn. Вместо сахара, усилителей вкуса и искусственных добавок он содержит кукурузу, кокосовое масло и морскую соль, говорит владелец компании Алиса Басырова.

Впрочем, группа GfK в своем свежем исследовании утверждает, что из 58% респондентов, следующих правилам ЗОЖ при покупке продуктов питания, 19% (или 11% от общего числа опрошенных) попадают под определение «декларируемый ЗОЖ». Эти люди не очень хорошо разбираются в правильном питании, но легко поддаются на маркетинговые приемы, сообщает исследование. Такие покупатели не берут соевое или миндальное молоко, органический шоколад, семена чиа, зато они охотно покупают традиционную еду с пониженным содержанием вредных компонентов — например, биокетчуп или вегетарианский майонез, колу, где вместо обычного подсластителя используется стевия, чипсы с морской солью, говорится в комментарии GfK для РБК+.

«В России не существует такого стандарта, как «биопродукция», — это скорее маркетинговый ход», — напоминает декан Высшей школы маркетинга и развития бизнеса НИУ ВШЭ Татьяна Комиссарова.

Что касается остальных респондентов из исследования GfK, то лишь 12% (около 7% общего числа опрошенных) являются ЗОЖ-активистами: они готовы тратить время на поиск действительно здоровых продуктов, внимательно читают этикетки и готовы платить больше за качественные товары. Все остальные следуют правилам ЗОЖ, когда это удобно, и легко делают исключения для любимых лакомств.
Инна Гольфанд, Партнер, АПК
Гречка и рис — лидеры отечественного рынка круп. Но если рис известен по всему миру, то гречневая каша — блюдо, малопонятное иностранцам. При этом в России все более модными становятся булгур, киноа и и прочая экзотика.
Экономика российской каши
Гречка и рис — лидеры отечественного рынка круп. Но если рис известен по всему миру, то гречневая каша — блюдо, малопонятное иностранцам. При этом в России все более модными становятся булгур, киноа и и прочая экзотика.

В середине апреля этого года в Алтайском крае бушевал паводок. Соцсети заполнили видео сломанных мостов и ушедших под воду домов, в регионе объявили чрезвычайную ситуацию. Однако на пресс-конференции, посвященной предстоящим посевным работам, зампред краевого правительства Александр Лукьянов говорил совсем о другом «бедствии»: местные аграрии «слишком увлеклись гречихой».

«Такие объемы не то что Россия, но и другие территории не в состоянии потребить», — возмущался чиновник (цитата по ТАСС).

Эмоции Александра Лукьянова несложно понять: Алтайский край — «гречневая столица», посевы гречихи занимают здесь 750 тыс. га (44% от объема площадей под этой культурой по всей России, данные консалтинговой компании «НЭО Центр» за 2017 год). Два года подряд российские аграрии собирали небывалый урожай: 1,2 млн т в 2016-м и 1,5 млн т в 2017-м. При этом фактическое потребление этой крупы в нашей стране не превышает 750 тыс. т, а на экспорт отправляется незначительный объем. Избыточная часть этого урожая ушла в запасы, рассказывает партнер практики АПК в «НЭО Центре» Инна Гольфанд.

Драматично падали и цены. В июле 2016 года гречка в оптовом сегменте стоила 73,5 тыс. руб. за тонну, в июне текущего — 21,8 тыс. руб., продолжает эксперт. На прилавках, по данным Росстата, цена только за последний год снизилась с 64 руб. до 47 руб. за килограмм (сентябрь к сентябрю).

На апрельском совещании в Барнауле Александр Лукьянов ввел «ручной режим» — рекомендовал аграриям заняться другими культурами, отметив, что оптимально было бы сократить посевы гречихи в два раза. Зампреда услышали: в текущем году алтайцы засеяли только 495 тыс. га, а по всей России посевы уменьшились на 40%.

Вскоре это отразилось на ценах. «Разворот произошел осенью. Если летом гречка у производителей стоила 11–13 руб. за килограмм, то сейчас уже 17–21 руб. Правда, в магазинах этого пока не чувствуется в силу ряда особенностей ценообразования (об этом см. ниже. — РБК+), — говорит руководитель сельскохозяйственных проектов консалтинговой компании IPT Group Антон Зяблов. — Тренд продолжится, к марту 2019-го гречка у производителей будет стоить 35 руб. за килограмм. Следом потянется вверх и розница, о гречневом кризисе опять заговорят по телевизору».

В прошлый раз гречка попала в эфир телеканалов осенью 2014 года. Пакеты с крупой стремительно исчезали с прилавков, цены резко повышались — все это на фоне неурожая и разговоров о грядущем дефиците.

Впрочем, Инна Гольфанд призывает не драматизировать ситуацию, напоминая о запасах, сделанных еще в прошлом году. «Рост цен, конечно, будет, но не стоит говорить о скачке», — уверена эксперт.

Гречка против риса

В 2017 году россияне купили 1,75 млн т крупы (помимо гречки сюда относится рис, пшеничная, манная, перловая, овсяная и иная крупа), следует из данных BusinesStat. Это довольно спокойный рынок: с 2013 по 2017 год он вырос на 16%, а в ближайшую пятилетку прибавит еще 14%.

«Крупы всегда будут пользоваться спросом, — рассуждает независимый аналитик по продовольственному сегменту Леонид Хазанов. — Во-первых, они, как правило, недорогие, во-вторых, не требуют много времени на готовку».

У этого рынка есть два ярко выраженных лидера — рис и гречка. По данным исследовательской компании Nielsen (обзор датирован сентябрем 2017 года), на рис приходилось 37% в натуральном выражении и 41% в денежном, на гречку — 33 и 36% соответственно. Следом шло просо (пшеничная крупа) — 9%, бобовые — 7% и манка — 5% (все в натуральном выражении).

Компания Nielsen предоставила РБК+ более свежие данные, где позиции риса только укрепились. По итогам сентября 2018 года его доля составила 49% в натуральном выражении (против 44% в сентябре 2017 года). «По нашим подсчетам, россиянин в среднем съедает за год около 3,5 кг риса и 2,8–3,3 кг гречки», — добавляет Инна Гольфанд.

«В ежедневном рационе россиян популярно сразу два продукта из одного сегмента, из сегмента круп. Это, конечно, уникальная ситуация, — говорит Антон Зяблов. — Например, в азиатских странах блюдо на каждый день — это рис, а в Европе крупы вообще не пользуются спросом, кроме знаменитой английской овсяной каши на завтрак».

Почему так сложилось? Традиционно в России ели гречку и другие каши, а рис хоть и выращивали на Кубани, но в небольших объемах. Однако с начала 2000-х годов одновременно с ростом благосостояния населения набирал популярность и рис, на него отводилось все больше посевных площадей. Сейчас наша страна даже экспортирует этот товар. «Так и возникло противостояние гречка — рис в сегменте простых гарниров», — подытоживает Леонид Хазанов.

Как киноа

По данным компании «НЭО Центр», в прошлом году в нашей стране вырастили 416 тыс. т риса, из них 150 тыс. т ушло на экспорт, а 243 тыс. т было импортировано. «Мы покупаем длиннозерный рис в Индии и Таиланде, а сами выращиваем среднезерный, — объясняет Инна Гольфанд. — Экспортируем его в Монголию, Турцию, страны Европы, главным образом в Бельгию». Длиннозерный рис считается более рассыпчатым, из него готовят гарниры и суши, добавляют в салаты, а среднезерный больше подходит для каши, добавляет Леонид Хазанов. Таким образом, мировые цены и курс рубля прямо влияют на цену пакета риса в российском магазине.

У главного конкурента — гречки — почти нет экспортного потенциала, считают эксперты. Исторически этот продукт не выращивали и не употребляли в пищу практически нигде, кроме России и стран СНГ. «В мире немного знают зеленую гречку, а наша российская, обжаренная, совершенно чужда зарубежному потребителю», — говорит руководитель Центра компетенции в АПК компании KPMG в России и СНГ Виталий Шеремет.

При этом, продолжает Виталий Шеремет, гречка могла бы стать имиджевым продуктом, примером национального блюда на международных выставках. Он напоминает историю киноа — хлебной зерновой культуры из Южной Америки. Все началось в 2013 году, который Международная продовольственная ассоциация объявила Годом киноа. Зерно было известно еще со времен инков, но, кроме Перу и соседних стран, оно мало кого интересовало. Однако теперь, после PR-кампании, киноа можно найти в супермаркетах по всему миру (по итогам сентября 2018 года на него приходилось 0,5% российского рынка круп, данные Nielsen). «Это не про массовый экспорт, не про деньги, а про имидж. Гречка как нацпродукт, возможно, «выстрелила» бы», — уверен Виталий Шеремет.

Бренд на 100%

Килограмм гречки стоит сейчас 17–21 руб. у производителей и 35–50 руб. в рознице, подчеркивает Антон Зяблов. Аналогичная ситуация, говорит Инна Гольфанд, с рисом: 28 руб. за килограмм на выходе с крупяного завода против 60 руб. на прилавке. Двукратная наценка — обычное дело для отрасли, утверждают эксперты.

«Главная особенность — торговые сети, как правило, не работают напрямую с производителями. Они сотрудничают с брендами, — объясняет Антон Зяблов. — Что такое бренды? Это компании, которые закупают крупы на разных заводах, иногда очищают, фасуют и продают под единой, обычно хорошо узнаваемой маркой».

Впрочем, в этой схеме есть исключения. Сети могут приобрести крупу у производителя, самостоятельно расфасовать и торговать под своей торговой маркой. «Собственные» рис или гречку можно найти у многих ретейлеров — например, «Ленты», «Ашана» (бренд «Дон Густо»), «Пятерочки» (бренд «Красная цена»), «Дикси». По словам руководителя PR-проектов пресс-службы ГК «Дикси» Юлии Чернышовой, крупы под собственной торговой маркой дешевле аналогов на 30–40%, а рис в среднем — на 15%.

Насколько потребителю важен бренд крупы? «Думаю, для риса он важнее, чем для гречки. Рис стоит немного дороже, и покупателю важно видеть знакомую упаковку. А в случае с гречкой главную роль играет цена», — рассуждает Леонид Хазанов. А вот по мнению Юлии Чернышовой, «основной критерий, которым руководствуется потребитель, — хорошее качество по разумной цене. Приверженность бренду в данной категории ярко не выражена».

Экзотика в моде

Супермаркет класса премиум в центре Москвы. В отделе круп привычные гречка, перловка и пшенка убраны на нижние полки. А на уровне глаз покупателей — булгур, кускус (виды крупы из пшеницы) и киноа. Под них отданы две престижные верхние полки. И дело не только в цене (кускус и булгур в пересчете на килограмм обойдутся дороже 500 руб., киноа — почти 1500 руб., а гречка — менее 100 руб.), но и в моде.

Непривычные для большинства россиян крупы переживают настоящий бум, следует из данных компании Nielsen. Объем продаж булгура за год вырос на 171% в натуральном выражении и на 127% в денежном, киноа — на 82 и 55% соответственно, кускуса — на 63 и 59% (сентябрь 2018 года против сентября 2017-го). «Вероятнее всего, такая динамика обусловлена трендом на здоровое и сбалансированное питание, благодаря чему представленность этих круп в современной рознице растет», — говорится в комментарии Nielsen для РБК+. Другие эксперты тоже связывают популярность экзотических культур с модой на ЗОЖ. Впрочем, суммарно на них сейчас приходится лишь 2% рынка.
Максим Никиточкин, Руководитель проектов, АПК
Большинство представителей российского аграрного сектора положительно оценили его состояние в 2018 году, пришли к выводу аналитики консалтинговой компании Deloitte в исследовании «Обзор рынка сельского хозяйства» (есть в распоряжении «Агроинвестора»), составленном по результатам опроса компаний АПК. Так, значение индекса «Состояние АПК» в этом году выросло с 0,33 до 0,4 (измеряется в границах от -1 до 1, где единица — максимально положительный результат оценки).
Аграрии пессимистично смотрят на перспективы АПК в 2019 году
Среди проблем на первое место вышла стоимость энергетических ресурсов

Большинство представителей российского аграрного сектора положительно оценили его состояние в 2018 году, пришли к выводу аналитики консалтинговой компании Deloitte в исследовании «Обзор рынка сельского хозяйства» (есть в распоряжении «Агроинвестора»), составленном по результатам опроса компаний АПК. Так, значение индекса «Состояние АПК» в этом году выросло с 0,33 до 0,4 (измеряется в границах от -1 до 1, где единица — максимально положительный результат оценки).

В то же время произошло одновременное снижение доли позитивных оценок относительно перспектив развития АПК. В результате индекс «Перспективы АПК» снизился с 0,17 до 0,10. Из числа опрошенных компаний лишь 30% оптимистично оценивают развитие отрасли в следующем году — это минимальный показатель за четыре года исследований (в 2017-м — 45%). «Существенных изменений в перспективах развития отрасли не ожидают 57% компаний», — отмечают аналитики Deloitte.

При этом перспективы развития собственной компании в 2019 году респонденты оценивают с большим оптимизмом, за год этот показатель вырос с 0,19 до 0,22. Текущее состояние дел внутри компаний оценивается и вовсе как положительное: значение соответствующего индекса оказалось равно 0,59 (в 2017-м — 0,49). Основной стратегией в 2018 году респонденты назвали увеличение объемов производства (0,70). При этом стратегия сокращения расходов, которая лидировала в последние три года, в этом году опустилась на третье место (0,68). На втором месте среди приоритетных направлений деятельности компаний — повышение производственно-технического потенциала (ввод новых мощностей — 0,68).

Что касается основных проблем, с которыми столкнулись агрокомпании в 2018-м, то на первое место вышла высокая стоимость энергетических ресурсов, в предыдущем исследовании занимавшая лишь 4-ю позицию. За год значимость этой проблемы выросла с 0,22 до 0,38. На втором месте среди проблем отрасли — недостаточность государственной поддержки и финансирования (0,36), на третьем — нехватка квалифицированных кадров (0,30).

У снижения оптимизма аграриев по отношению к 2019 году есть четыре основные причины, говорит руководитель проектов практики АПК компании «НЭО Центр» Максим Никиточкин. Во-первых, это непосредственное приближение к перепроизводству (полной самообеспеченности) по широкому ряду сегментов АПК: тепличные овощи, свиноводство, птицеводство и производство сахара, что ведет к значительному давлению на цены производителей. «В молочной отрасли в 2018 году произошло снижение цен на молоко, но при этом был рост издержек. Аналогичная ситуация сложилась и в масложировой отрасли», — напомнил Никиточкин «Агроинвестору».

Вторая причина — снизившиеся или вовсе отмененные компенсации части капитальных затрат по новым проектам, продолжает эксперт. Третья — существенно растущие издержки: стоимость топлива, семян, СЗР, удобрений, скота, оборудования (из-за девальвации рубля), но при этом отсутствие возможности компенсировать этот рост аналогичным повышением отпускных цен вследствие затяжного падения реально располагаемых доходов населения. «И еще одна причина — переключение государственной поддержки в пользу экспорта, что не находит понимания у большинства аграриев ввиду их ориентированности исключительно на внутренний рынок», — отмечает Никиточкин.

В марте опрос аграриев показал, что в 2018 году 67% компаний рассчитывали увеличить доход. Среди причин повышения доходности 59% хозяйств указали на намерение повысить качество продукции, 55% — на низкую себестоимость. Еще четверть респондентов рассчитывала на высокие цены на растениеводческую продукцию, при этом поднять отпускную цену планировали чуть менее половины опрошенных компаний (48%), две трети из них — до 10%.
Роман Тихомирнов, Партнер, Инжиниринг
В течение 2018 года по решению Минэнерго РФ в уральских регионах прошла смена гарантирующих поставщиков. Соответствующие функции были экстренно переведены филиалам МРСК Урала: компания взяла на себя работу по обеспечению электроэнергией конечного потребителя и социальных объектов, биллинг, сбор средств и т.д. Такие полномочия останутся у сетевой организации, пока на федеральном уровне не пройдет конкурс по определению нового гарантирующего поставщика в 2019 году.
Сбыты сменили статус
В течение 2018 года по решению Минэнерго РФ в уральских регионах прошла смена гарантирующих поставщиков. Соответствующие функции были экстренно переведены филиалам МРСК Урала: компания взяла на себя работу по обеспечению электроэнергией конечного потребителя и социальных объектов, биллинг, сбор средств и т.д. Такие полномочия останутся у сетевой организации, пока на федеральном уровне не пройдет конкурс по определению нового гарантирующего поставщика в 2019 году.

Субъект на рынке

Одна из проблем, которая приводит к осложнениям работы энергетиков в регионах, — накопление долгов со стороны компаний-посредников. Сетевые организации вынуждены взыскивать плату за поставки электроэнергии в течение продолжительного периода через суды, средства при своевременном поступлении могли бы пойти на выполнение ремонтных работ или на повышение эффективности энергоснабжения. Порой злостными неплательщиками в российских регионах выступают гарантирующие поставщики (ГП). Согласно законодательству, юрлица со статусом ГП закупают электроэнергию и мощность на оптовом и розничном рынках, обеспечивают потребителей электроэнергией, осуществляя расчет конечного потребителя, биллинг, сбор денежных средств и взыскание задолженности.

В течение 2018 года на федеральном уровне была проведена работа в отношении недобросовестных гарантирующих поставщиков в нескольких российских регионах. Так, некоммерческое партнерство «Совет Рынка» приняло серию решений о лишении ряда организаций статуса субъекта оптового рынка электроэнергии, что становится основанием для принятия Минэнерго России решения о лишении статуса ГП.Приказы федерального кабмина коснулись энергорынка Уральского округа.

Новая функция

В течение нескольких лет в Свердловской области долги наращивали два гарантирующих поставщика: АО «Роскоммунэнерго», работающее в Нижнем Тагиле и Невьянске, а также ООО «Новоуральская сбытовая компания» (НУЭСК) в ЗАТО Новоуральск. Первая организация накопила долг перед «Межрегиональной распределительной сетевой компанией» (МРСК Урала) суммарно почти в 1 млрд руб. на момент лишения статуса ГП, вторая — чуть более 400 млн руб. Оба юрлица остались без полномочий в марте и в июле 2018 года соответственно, сейчас проходят через процедуру банкротства. Функции гарантирующего поставщика были переданы в адрес МРСК Урала, пока на федеральном уровне не объявлен конкурс на присвоение полномочий новой организации.

В отношении «Роскоммунэнерго» решение было принято на основании долгов, накопленных на оптовом и розничном рынке электроэнергии. Организация находилась под управлением небезызвестного АО «Межрегионсоюзэнерго» (МРСЭН). В 2016 году бывшему топ-менеджеру МРСЭН Юрию Шульгину было предъявлено заочное обвинение следственным департаментом МВД РФ по ч. 4 ст. 159 УК РФ («Мошенничество, совершенное в особо крупном размере») и ч. 1 ст. 201 УК РФ («Злоупотребление полномочиями»). В начале августа 2018 года следствие переквалифицировало обвинение на более тяжкое — по ч. 2 ст. 201 УК РФ («Злоупотребление полномочиями, повлекшее тяжкие последствия»). «В МВД считают, что бывшее руководство МРСЭН использовало средства, собранные с потребителей, как в личных целях, так и для приобретения сбытовых активов по стране»,— пояснили в МРСК Урала.

Сетевая организация после получения статуса ГП совместно со свердловским министерством энергетики и с муниципальными властями провела серию мероприятий. Были перезаключены договоры с расчетными центрами и банками, проведена разъяснительная работа с потребителями. «Для устранения возможных конфликтных ситуаций с жителями был введен телефон "горячей" линии, по которому сотрудники МРСК Урала готовы были ответить на все вопросы, и на сайте предприятия создан специальный раздел, полностью посвященный новой сбытовой функции энергокомпании»,— рассказали в пресс-службе. Также в Нижнем Тагиле и Невьянске налажен прием платежей за электроэнергию через официальный сайт МРСК Урала.

Если продолжать тему банкротства сбытового актива, то на сегодня завершен анализ финансово-хозяйственной деятельности «Роскоммунэнерго». «Данные официально переданы в следственный департамент МВД РФ для оценки выявленных фактов. Арбитражный управляющий "Роскоммунэнерго" в своем отчете усмотрел факты преднамеренного банкротства. Он сделал вывод о том, что имущество организации использовалось неэффективно, а рост затрат значительно опережал доходы предприятия»,— добавили в МРСК Урала. При условии нормальной платежной дисциплины со стороны потребителей, деятельность компании оценивается управляющим как нерентабельная. Также выявлены факты, которые говорят о том, что «Роскоммунэнерго» было задействовано в ряде финансовых операций сбытовых активов АО «Межрегионсоюзэнерго», сообщили в распределительной компании.

В Новоуральске МРСК Урала взяла на себя полномочия по ресурсоснабжению в отношении 1,78 тыс. абонентов: 725 юрлиц и чуть более тысячи физлиц, бытовое потребление электроэнергии городского округа делят между собой 53% городского и 47% сельского населения. «Сбытовые подразделения работают штатно, а собираемость средств — выше плановых величин. Для потребителей этих территорий на сайте МРСК Урала уже налажен сервис приема онлайн-платежей за электроэнергию»,— рассказал заместитель директора по развитию и реализации услуг филиала «Свердловэнерго» Иван Кокшаров. Был сохранен производственный персонал ушедших с рынка «Роскоммунэнерго» и НУЭСК, коллективы смогли перейти в распределительную электросетевую компанию.

Коммунальная оперативность

Функции ГП также были переданы МРСК Урала в июле 2018 года в Челябинской области, где действовала компания «Челябэнергсбыт» (ЧЭС). Как и в случае с «Роскоммунэнерго», организация была лишена статуса из-за накопления долгов и из-за аффилированности с МРСЭН.

ЧЭС обязан вернуть сетевикам более 3,5 млрд руб., большая часть этой суммы была образована за первые полгода 2018 года. «Поставщик обслуживал не муниципалитет, а целый регион — объем потребителей в 10 раз больше, чем в Нижнем Тагиле. Из-за колоссальных объемов восстановить клиентскую базу в столь сжатые сроки в Челябинской области не представлялось возможным. При переговорах "Челябэнергосбыт", прежде всего, пытался затянуть процедуру передачи сбытовых функций МРСК Урала, что затрудняло доступ персонала к непосредственной рабочей деятельности на предприятии»,— заявил заместитель гендиректора МРСК Урала по развитию и реализации услуг Дмитрий Вялков.

Распределительная компания перед стартом отопительного сезона перезаключила договоры с коммунальными предприятиями Челябинской области и наладила оперативное взаимодействие. В штат МРСК Урала было переведено более тысячи бывших сотрудников «Челябэнергосбыта», в отношении бывшего ГП подано заявление о признании банкротом.

Уход трех

Ситуация с недобросовестными сбытовыми компаниями на Среднем и Южном Урале, которые были лишены статуса, назревала несколько лет. «В деятельности бывших ГП было предостаточно предпосылок для этого. О существовании этих рисков МРСК Урала говорила неоднократно на самом высоком уровне. Сегодня для государственной электросетевой компании это является достаточно серьезной нагрузкой, в том числе и финансовой. Для регионов сбытовая функция у МРСК Урала — это гарантия того, что на рынке энергетики не будет дестабилизации»,— подчеркнули в компании.

За январь — сентябрь 2018 года чистая прибыль общества составила 1,08 млрд руб. против 3,84 млрд руб. за аналогичный период 2017-го. Снижение финансового результата было обусловлено созданием резерва по сомнительным долгам на задолженность АО «Роскоммунэнерго», ПАО «Челябэнергосбыт» и ООО «НУЭСК». «Их задолженность — это единственная объективная причина некоторого ухудшения финансового результата. В МРСК Урала успешно выполняются инвестиционная программа и программа сокращения потерь, есть экономия по внутренним статьям, достигаются все показатели эффективности. Практически одновременный уход с рынка трех компаний с многомиллиардными долгами является серьезной нагрузкой на МРСК Урала — и экономической, и финансовой. Несомненно, мы продолжим применять исчерпывающие меры по взысканию дебиторской задолженности и будем минимизировать последствия подхвата функций ГП», — сообщили в организации. Какие предприятия станут новыми ГП в Свердловской и Челябинской области, будет решено по итогам конкурса Министерства энергетики РФ в 2019 году.

По мнению экспертов, энергетики могут снизить риски, переведя конечных потребителей на прямую оплату. «Если предположить, что задолженность гарантирующих поставщиков перед МРСК Урала образовалась из-за недобросовестных действий этих компаний или неспособности их менеджмента наладить управляемый бизнес-процесс, то их устранение имеет позитивные признаки. Однако следует иметь в виду, что МРСК Урала придется нанимать дополнительных сотрудников для решения конкретных задач ГП»,— отметил партнер практики «Инжиниринг» «НЭО Центр» Роман Тихомирнов.
Максим Никиточкин, Руководитель проектов, АПК
Ассоциации транспортно-логистических, производственных и торговых компаний предупредили премьера Дмитрия Медведева о росте цен на товары повседневного спроса из-за удорожания топлива. Как сообщает «Коммерсантъ», на фоне заморозки розничных цен на бензин нефтяники пытаются заработать на корпоративных клиентах. Так, из-за ужесточения корпоративных программ в ноябре затраты на топливо профессиональных перевозчиков выросли в среднем на 30%.
Рост цен на топливо грозит удорожанием продуктов
В себестоимости растениеводческой продукции 13% приходится на топливо
Ассоциации транспортно-логистических, производственных и торговых компаний предупредили премьера Дмитрия Медведева о росте цен на товары повседневного спроса из-за удорожания топлива. Как сообщает «Коммерсантъ», на фоне заморозки розничных цен на бензин нефтяники пытаются заработать на корпоративных клиентах. Так, из-за ужесточения корпоративных программ в ноябре затраты на топливо профессиональных перевозчиков выросли в среднем на 30%.

При этом сами затраты на топливо в среднем занимают не менее 30% в себестоимости услуг профессиональных автоперевозчиков, говорится в письме ассоциаций к премьер-министру. В результате цена транспортных услуг может вырасти минимум на 10%, что скажется и на розничных ценах на товары, предупреждают авторы документа.

С этой проблемой столкнулось большинство членов Руспродсоюза, у которых есть собственный автомобильный транспорт, говорит исполнительный директор союза Дмитрий Востриков. По его данным, периодическое повышение расценок на услуги по перевозке грузов в течение года, которое обосновывается ростом цен на топливо, отмечают и производители, которые пользуются услугами транспортных компаний-подрядчиков. «Летом этого года правительство договорилось с нефтяными компаниями зафиксировать цены на бензин и дизельное топливо на автозаправках, а осенью владельцы грузового транспорта стали фиксировать рост прейскурантов для корпоративных клиентов», — рассказал «Агроинвестору» Востриков.

Этот фактор напрямую влияет на цены доставки многих продуктов. «Большая часть сельскохозяйственной продукции перевозится автотранспортом: сначала от поля до места подработки, далее к складу хранения сырья, потом до предприятия переработки, затем от предприятия до распределительного центра и от него до магазина. И это далеко не самая длинная логистическая цепочка», — поясняет Востриков. По его оценке, доля расходов на топливо в себестоимости продуктов растительного происхождения высока и находится на уровне 13%. «По картофелю она составляет 14-16% (ГСМ с учетом логистики) в зависимости от логистических и агротехнологических особенностей региона», — оценивает он. Доля бензина в себестоимости продуктов животноводства составляет около 4%.

Таким образом за счет роста этих издержек отпускные цены на отечественные продукты питания могут вырасти на 1-8% в зависимости от категории, подсчитал Руспродсоюз. При этом быстрее всего могут «среагировать» цены на скоропортящиеся товары, которые завозятся в магазины фактически ежедневно и при этом являются низкомаржинальными, что не позволяет производителям сдерживать рост отпускных цен, добавил Востриков.

Представитель сети Auchan сказал «Агроинвестору», что эту тему ритейлер не комментирует. X5 Retail Group и «Лента» на запросы «Агроинвестора» не ответили.

Представители нефтяного рынка, в свою очередь, подтверждают тренд на снижение скидок для корпоративных клиентов. Однако, как уточнил «Коммерсанту» президент Российского топливного союза Евгений Аркуша, это делается по объективным причинам, связанным в первую очередь с уменьшением доходности розничного бизнеса. Кроме того, нефтяники страхуются от возможных убытков в будущем, связанных, например, с очередным повышением акцизов с 1 января, а также с увеличением экспортного паритета за счет снижения вывозной пошлины, рассказал Аркуша.

По данным Росстата, потребительские цены на бензин в России с 1 января по 10 декабря выросли на 9,5%, дизельное топливо подорожало на 14,8%. Средняя цена автомобильного бензина на АЗС к 10 декабря составила 43,47 руб./л, дизельное топливо стоило 46,58 руб./л. В ноябре правительство, нефтяные компании и независимые участники топливного рынка договорились сдерживать цены на топливо до конца марта 2019 года. Ранее руководитель проектов практики АПК «НЭО Центра» Максим Никиточкин называл рост цен на ГСМ одним из основных макроэкономических трендов этого года, повлиявших на агросектор.
Владимир Шафоростов, Партнер, АПК
В ноябре производство птицы на убой в сельхозорганиациях продолжило сокращаться: после снижения объемов на 3,6% в октябре, в прошлом месяце показатель уменьшился еще на 1,2%, следует из данных Росстата. По итогам 11 месяцев динамика остается положительной — производство увеличилось на 0,7% или на 38 тыс. т до почти 5,6 млн т (здесь и далее — в живом весе). За январь-октябрь прирост был на уровне 0,9%. Согласно прогнозу Agrifood Strategies, по итогам этого года производство мяса птицы в целом увеличится не более чем на 100 тыс. т, что станет рекордно низким показателем.
Промышленное производство птицы продолжает снижаться
Однако в целом мясной сектор прибавил более 4%

В ноябре производство птицы на убой в сельхозорганиациях продолжило сокращаться: после снижения объемов на 3,6% в октябре, в прошлом месяце показатель уменьшился еще на 1,2%, следует из данных Росстата. По итогам 11 месяцев динамика остается положительной — производство увеличилось на 0,7% или на 38 тыс. т до почти 5,6 млн т (здесь и далее — в живом весе). За январь-октябрь прирост был на уровне 0,9%. Согласно прогнозу Agrifood Strategies, по итогам этого года производство мяса птицы в целом увеличится не более чем на 100 тыс. т, что станет рекордно низким показателем.

По ряду причин рост выпуска мяса птицы в этом году был довольно скромным: из-за гриппа птиц, закрытия или приостановки деятельности некоторых предприятий («Белая птица», «Евродон» и ряда региональных птицефабрик) сектор можно отнести, скорее, к направлениям, тормозящим развитие сельхозпроизводства, прокомментировал «Агроинвестору» партнер практики АПК компании «НЭО Центр» Владимир Шафоростов. При этом он не исключает, что в 2019 году объемы производства мяса птицы могут увеличиться на фоне восстановления деятельности крупных игроков. «Но, как всегда, непредсказуемые вспышки заболеваний могут притормозить рост объемов», — добавляет он.

При этом полный или частичный уход с рынка ряда птицеводческих предприятий, которые оказались в сложном положении из-за затяжного периода низких цен и высокой себестоимости вкупе со значительной долговой нагрузкой, позволил оставшимся игрокам реализовывать продукцию по более высоким ценам во второй половине года, обращает внимание руководитель направления стратегического маркетинга группы «Черкизово» Андрей Дальнов. Так, по данным Росстата, бройлер в рознице к 10 декабря был на 19,1% дороже, чем годом ранее. В целом производство скота и птицы на убой в сельхозорганизациях за прошедшие 11 месяцев выросло на 4,1% до 10,2 млн т. В том числе в ноябре оно увеличилось на 1,5% относительно аналогичного периода 2017 года. Динамичнее всего продолжает расширяться свиноводство — за январь-ноябрь сельхозорганизации произвели 3,68 млн т свиней на убой, что на 9,3% или 314 тыс. т больше, чем годом ранее. В целом за 2018-й все хозяйства выпустят около 3,7 млн т свинины в убойном весе — на 220 тыс. т больше, чем в 2017 году, ожидает Национальный союз свиноводов.

Также существенную динамику демонстрирует производств овец и коз на убой — плюс 7,6%. Правда, объемы сельхозорганизаций в этом секторе небольшие: за 11 месяцев они выпустили лишь 25,5 тыс. т. В последние годы спрос на баранину в России формировался в основном за счет импорта, поэтому постепенно она ушла в дорогой ресторанный сегмент. Однако когда рынок основных видов мяса стал насыщаться, возник вопрос о свободных нишах, комментирует президент Agrifood Strategies Альберт Давлеев. «Сразу несколько компаний стартовали с проектами в разных регионах. Это говорит о том, что в ближайшие три-пять лет мы сможем создать как минимум промышленную отрасль производства баранины, которая будет включать как промышленный откорм, так и убой по мировым стандартам», — уверен эксперт. В частности, осенью комплекс по производству ягнятины запустил «Мираторг», также в сегменте баранины работает «Промагро».

Производство КРС на убой в сельхозорганизациях январе-ноябре прибавило 6,4%, достигнув 883 тыс. т. «Главное — многолетняя положительная динамика производства КРС мясного направления, — отмечает руководитель исполкома Национальной мясной ассоциации Сергей Юшин. — Его доля растет, как и поголовье, и предложение качественного мяса от скота специализированных мясных пород также увеличивается».

Одним из важных событий уходящего года в сельском хозяйстве стал переход мясной отрасли в стадию зрелого рынка, считает заместитель начальника департамента стратегического развития и экономического прогнозирования Центра экономического прогнозирования Газпромбанка Дарья Снитко. Этот процесс сопровождается интенсивной конкурентной борьбой, слияниями-поглощениями, банкротствами крупных предприятий. В 2019-м тренды снижения маржинальности и обострения конкуренции в мясном производстве сохранятся, считает она.
Инна Гольфанд, Партнер, АПК
АПХ «Эко-культура» договорился о строительстве крупного тепличного комплекса в КНР в партнерстве с китайской Huafa Group. Первую очередь комплекса в провинции Гуандун площадью около 20 га планируется запустить до конца 2019 года, рассказал «Коммерсанту» президент и совладелец холдинга Александр Рудаков. Как уточнила «Агроинвестору» представитель компании, финансирование проекта полностью берет на себя китайская сторона. «Эко-культура» будет заниматься оперативным управлением производством.
«Эко-культура» будет управлять теплицами площадью до 250 гектаров в Китае
Финансированием строительства займется китайская компания

АПХ «Эко-культура» договорился о строительстве крупного тепличного комплекса в КНР в партнерстве с китайской Huafa Group. Первую очередь комплекса в провинции Гуандун площадью около 20 га планируется запустить до конца 2019 года, рассказал «Коммерсанту» президент и совладелец холдинга Александр Рудаков. Как уточнила «Агроинвестору» представитель компании, финансирование проекта полностью берет на себя китайская сторона. «Эко-культура» будет заниматься оперативным управлением производством.

Ассортимент выращиваемых тепличных овощей может включать томаты, огурцы и салат, рассказал Рудаков. На первом этапе реализовывать продукцию планируется только на китайский рынок. Поставщиком материалов и строительным партнером холдинга станет Липецкий завод тепличных конструкций. В перспективе намечено расширение теплиц примерно до 250 га, однако возможные сроки компания не называет. Также ее представитель не смогла сообщить стоимость проекта. Huafa Group на запрос «Агроинвестора» не ответила.

Ранее «Эко-культура» заявляла о намерении построить в Узбекистане тепличный комплексплощадью 314 га, стоимость проекта оценивалась в $472 млн (около 31 млрд руб.). Как рассказывал «Агроинвестору» вице-президент по стратегии и маркетингу «Эко-культуры» Сергей Фоменков, первую очередь в 90 га предполагается ввести в эксплуатацию в августе 2019 года, вторую и третью — в 2020 году. Основная агрокультура, которая будет выращиваться, — томат. При выходе на проектные мощности суммарный годовой объем, по словам Фоменкова, составит 130 тыс. т.

Еще $92 млн «Эко-культура» намерена потратить на закладку в Узбекистане 1 тыс. га садов, где будет выращивать черешню, абрикосы, сливу, персики. Также в октябре холдинг заявлял о намерении вложить 5,6 млрд руб. в садоводство в Ставропольском крае. Газета «Коммерсантъ» сообщала о планах компании инвестировать €100 млн в производство кондитерских изделий, которые будет экспортировать в Китай и другие страны Азии. А «Интерфаксу» Рудаков говорил, что «Эко-культура» планирует также производить овощи в Казахстане и Китае.

Реализация проекта в Китае с использованием частично российского оборудования — большой шаг к выходу на китайский рынок, полагает партнер практики АПК компании «НЭО Центр» Инна Гольфанд. «Китайский рынок в основном представлен пленочными теплицами. Наличие стеклянных теплиц пока минимально, хотя именно в них можно добиться более высоких показателей урожайности», — сказала Гольфанд «Агроинвестору». При этом реализация проекта с китайскими партнерами облегчит производство продукции и выход на рынок. «Наличие у «Эко-культуры» опыта по выращиванию и продажам овощей в России позволит им хорошо понять китайский рынок и далее, возможно, самостоятельно расширять свое присутствие и реализацию овощей в Китае», — предположила эксперт. Что касается ЛЗТК, то если проект в Китае будет реализован в полном объеме, то это станет самым крупным проектом компании по поставке металлоконструкций, добавила Гольфанд. Компания ЛЗТК на вопросы «Агроинвестора» не ответила.

ООО «АПХ Эко-культура» создано в 2015 году, принадлежит в равных долях предпринимателям Александру Рудакову, Андрею Петренко, Ирине Ашиновой и ООО «Т9», следует из данных kartoteka.ru. Холдинг включает тепличные комплексы общей площадью 207 га в Ставропольском крае, Липецкой и Ленинградской областях, распределительные центры в Ставропольском крае, Московской области и Санкт-Петербурге. Продукция реализовывается под торговыми марками «Эко-культура» и «С чистого листа». Согласно плану развития компании, к 2023 году площади теплиц планируется довести до 582 га.

НЭО Центр
Российские томаты стали дешевле импортных. Если покупать наши помидоры, выгода составит примерно 9 рублей за килограмм. Такого не было вот уже шесть лет. Правда, речь об оптовых закупках, а не розничной цене. В чем причина таких показателей?
НЭО Центр
По итогам девяти месяцев 2018 года оптовые цены на российские томаты впервые оказались ниже, чем на импортные, — на 8,6 руб. К такому выводу пришли аналитики консалтинговой группы «НЭО Центр», собирающие такие данные с 2013 года. А отечественные огурцы, по информации «НЭО Центра», также впервые вплотную приблизились по оптовой цене к импортным.

Ценовое потепление: почему российские томаты стали дешевле импортных
Отечественные помидоры в 2018 году впервые за шесть лет стоили дешевле импортных, а цены на огурцы практически сравнялись. Помогли девальвация рубля, хороший урожай и инвестиционный бум в овощеводстве

По итогам девяти месяцев 2018 года оптовые цены на российские томаты впервые оказались ниже, чем на импортные, — на 8,6 руб. К такому выводу пришли аналитики консалтинговой группы «НЭО Центр», собирающие такие данные с 2013 года. А отечественные огурцы, по информации «НЭО Центра», также впервые вплотную приблизились по оптовой цене к импортным.

Отечественные помидоры впервые стали дешевле импортных, подтвердил РБК исполнительный директор Национального плодоовощного союза Александр Горкин. С чем связана такая динамика, разбирался РБК.

Томатная революция

До сих пор отечественные помидоры были дороже импортных из-за больших затрат на производство, объясняет Горкин. По его словам, затраты на электроэнергию составляют до половины себестоимости тепличных овощей. Союз даже просил Минсельхоз установить для сельхозпроизводителей льготный тариф на электроэнергию в зависимости от региона.

В 2013 году 1 кг импортных томатов стоил в опте 41,2 руб., а отечественных — 51,6 руб., указывает «НЭО Центр». Эмбарго на ввоз овощей из стран ЕС и США в 2014 году привело к дальнейшему росту цен как на собственные, так и на поставляемые в Россию овощи. В 2017 году импортные томаты подешевели до 63,1 руб. за килограмм, тогда как российские, напротив, немного прибавили в цене — до 72,6 руб. Аналогичная динамика была и по огурцам.

Революция произошла по итогам девяти месяцев 2018 года. Стоимость импортных томатов резко выросла на 30%, до 82,6 руб. за килограмм. У отечественных производителей томаты подорожали менее чем на 2 руб., до 74 руб. за килограмм.

Российские огурцы в опте подешевели в январе—сентябре 2018 года до 70 руб. за килограмм, а импортные, напротив, подорожали до 68,1 руб. — цены почти сравнялись.

Подешевели помидоры и огурцы и в рознице, свидетельствуют данные Росстата, которые учитывают как российские, так и импортные овощи. По итогам января—ноября 2018 года средняя розничная цена на помидоры и огурцы была примерно на 8% ниже, чем за аналогичный период прошлого года. В ноябре 1 кг помидоров в магазине стоил в среднем 102,4 руб. против 118,6 руб. годом ранее. Для огурцов этот показатель составил 104,4 против 117,5 руб. за килограмм.

Почему дешевеют помидоры

Необычная динамика цен на помидоры и огурцы в этом году связана с падением курса рубля и снижением темпов роста внутренних цен, указывают аналитики «НЭО Центра». Они отмечают, что последние три года цены на импортные томаты в долларовом исчислении стабильны. Поэтому при девальвации рубля цены на импортные овощи растут, что делает отечественную продукцию более конкурентоспособной.

На нетипичное снижение цен на овощи и фрукты этой осенью уже обращали внимание аналитики «ВТБ Капитала». Они указывали: удешевление плодоовощной продукции не вписывается в картину сезона — последний раз эти продукты в октябре дешевели в 2012 году. Снижение цен аналитики объяснили хорошим урожаем тепличных овощей.

В этом году сбор тепличных овощей уже к концу октября вырос на 25,7% по сравнению с прошлым годом и составил 820,1 тыс. т, сообщал ранее Минсельхоз.

Увеличение производства ведет к снижению стоимости томатов, объясняет Горкин. Производство, по его словам, растет благодаря эффективным мерам господдержки. С 2015 года в России реализуется госпрограмма по развитию сельского хозяйства, которая предусматривает возмещение 20% капитальных затрат на создание и модернизацию теплиц.

Активность инвесторов в тепличном овощеводстве резко выросла, указывает Горкин. С 2015 по 2017 год в России было построено более 576 га современных теплиц, а объем инвестиций превысил 121 млрд руб. В строительство теплиц инвестировал, в частности, сын миллиардера Романа Абрамовича Аркадий: у него уже есть тепличный проект в Белгородской области и он планирует построить еще один на Дальнем Востоке.

Инвестиционный бум позволил увеличить производство тепличных овощей за три года почти в два раза, констатируют в Национальном плодоовощном союзе. Если в 2015 году в России было произведено 600 тыс. т овощей, то по итогам этого года производство вырастет до 1,1 млн т. К началу декабря было собрано 344,5 тыс. т томатов — на 48% больше, чем в прошлом году. Аналогичная динамика по огурцам — 18%, до 537,8 тыс. т.

Производство отечественных томатов в этом году впервые превзойдет импорт, отмечает Горкин. По итогам 2018 года российских томатов на рынке будет не менее 51% (более 400 тыс. т), а огурцов — 85% (свыше 650 тыс. т).

Откуда Россия ввозит овощи

Основной поставщик томатов для России — Азербайджан, следует из материалов «НЭО Центра». На долю этой страны по итогам девяти месяцев 2018 года приходится около 30% всех поставок томатов. Среди других крупных импортеров томатов — Китай, Марокко, Иран и Белоруссия.

Турция, которая долгие года была крупнейшим поставщиком, ввезла всего 6% от общего объема импортированных в Россию томатов. В прошлом году правительство отменило запрет на ввоз томатов из Турции, но ограничило разрешенный объем ввоза квотой 50 тыс. т в год. Рост импорта из Азербайджана, по мнению аналитиков «НЭО Центра», может объясняться скрытыми поставками из Турции.

В 2017 году Россия завезла 516 тыс. т помидоров на $650 млн и 134 тыс. т огурцов на $146,06 млн.

Будет ли расти производство овощей дальше

В течение ближайших четырех лет ожидается насыщение российского рынка овощей за счет внутреннего производства, прогнозируют аналитики «НЭО Центра». На 2018–2021 годы в России запланировано строительство 1,1 тыс. га новых тепличных комплексов. Эти проекты компенсируют выбытие старых теплиц и обеспечат прирост производства.

В 2017 году российский рынок был обеспечен отечественными помидорами, выращенными в закрытом грунте, на 58%, а огурцами — на 87%. К 2021 году эти показатели, по расчетам «НЭО Центра», вырастут для томатов до 73%, для огурцов — до 95%.

До 2020 года тепличная отрасль будет развиваться высокими темпами, прогнозируют в Национальном плодоовощном союзе. Строительство 400 га теплиц, заложенных в последние два-три года, продолжается — это позволит довести долю отечественных тепличных овощей до 80–85%. После 2020 года темпы развития отрасли снизятся, но динамика все равно будет положительной, рассчитывают в союзе.
Екатерина Михалева, Руководитель проектов, АПК
Сегодня на прилавках областных магазинов все чаще можно встретить кокосовое, миндальное, соевое, рисовое и даже конопляное молоко. Продажи этой продукции растут с каждым годом. Как производители альтернативного напитка завоевывают рынок и почему в каждой второй кофейне теперь можно выбрать «латте на соевом», разбирался корреспондент «Подмосковье сегодня».
Напиток бобов: почему альтернативное молоко становится в области все популярнее
Сегодня на прилавках областных магазинов все чаще можно встретить кокосовое, миндальное, соевое, рисовое и даже конопляное молоко. Продажи этой продукции растут с каждым годом. Как производители альтернативного напитка завоевывают рынок и почему в каждой второй кофейне теперь можно выбрать «латте на соевом», разбирался корреспондент «Подмосковье сегодня».


НЕДЕШЕВО, НО ПЕРСПЕКТИВНО


Различные исследования подтверждают: интерес к альтернативному молоку – напитку на основе орехов и злаков – заметно вырос. С января по март россияне купили более 1 млн л такой продукции, тогда как за весь прошлый год – 1,7 млн л.

По словам директора по работе с клиентами компании Nielsen Россия Романа Толокова, на растительный сегмент пока приходится лишь 1% продаж молока, однако потенциал у этого рынка большой. Чтобы стимулировать спрос, многие производители традиционной молочной продукции расширяют свой ассортимент, выводя на рынок подобные товары.

– По сравнению с обычным молоком напиток стоит недешево – в среднем 200 руб. за литр, и не все могут покупать его каждый день, – поясняет руководитель проектов практики агропромышленного комплекса компании «НЭО Центр» Екатерина Михалева. – Но популярность продукта растет. Главные его потребители – люди, страдающие непереносимостью лактозы и соблюдающие посты, а также вегетарианцы и приверженцы здорового образа жизни.

ПОДОИТЬ СОЕВУЮ БУРЕНКУ

Производители Московской области идут в ногу со временем и активно осваивают этот рынок.

Например, компания «СояРус», расположенная в Павловском Посаде, производит напитки на основе сои по 60 т в месяц с реализацией в 250 торговых точках.

– Мы делаем напиток с помощью «соевой коровы» – так называем оборудование собственной разработки, – поясняет коммерческий директор «КМ Трейд» (бренд «СояРус») Артем Голубев.

В устройство засыпают бобы, которые измельчаются, нагреваются и варятся. Далее в центрифуге отделяется жмых, и получается соевое молоко. После этого в напиток могут добавить ароматизаторы и сироп. Высокая стоимость растительных напитков обусловлена особенностями рынка.

– Производство соевого молока дешевле, чем коровьего, но потребление его значительно меньше, – поясняет Голубев. – Важную роль играют расходы на продвижение: надо рекламировать продукт. Соответственно, наценка на коровье молоко – 20–30%, на соевое – минимум 80–100%.

ОТ ОВСА ДО МИНДАЛЯ

Небольшие предприятия не единственные игроки на этом рынке.

– Сегодня широко представлена марка Alpro французской компании Danone (завод холдинга работает в городском округе Чехов, но пока там не делают альтернативное молоко. – Прим. ред.), – говорит Екатерина Михалева. – Под этим брендом продаются соевые, кокосовые, фундучные и миндальные напитки.

В свою очередь, финская компания Valio, производство которой находится в Одинцовском районе, выпускает напитки на основе овса. Решение о запуске линии было связано с ростом спроса на заменители молока среди вегетарианцев и аллергиков.

Альтернативное молоко – это вытяжка из семян, орехов или злаков, которые измельчаются и смешиваются с водой и различными сиропами.

ЖЕЛАЕТЕ КЕДРОВЫЙ РАФ?

Торговые сети охотно сотрудничают с поставщиками растительного молока. В среднем на полке розничного магазина сегодня представлено 13 товарных позиций этого продукта, подсчитали в Nielsen. Все больше растительных напитков закупают кофейни и рестораны.

– Наиболее заинтересованы в альтернативном молоке заведения общепита, которые таким образом расширяют ассортимент и привлекают больше клиентов, – уверена Екатерина Михалева.

Сегодня иметь в кофейной карте такие напитки уже стало хорошим тоном. Так, в меню подмосковных кафе можно встретить кедровый раф, кокосовый капучино, миндальный латте и т.д. Причем люди готовы переплачивать за модный продукт. В среднем чашка обычного кофе обходится в 80–150 руб., на основе растительного молока – от 180 руб.

Андрей Разин, министр сельского хозяйства и продовольствия Московской области:
– Для того чтобы выдерживать конкуренцию, безусловно, нужно выводить на рынок новые продукты и расширять ассортимент. Мы знаем о последних трендах и о том, что такие напитки становятся популярными. Но стоит понимать, что это только заменитель настоящего молока.

ПОПУЛЯРНОЕ У РОССИЯН РАСТИТЕЛЬНОЕ МОЛОКО

Соевое

Кокосовое

Миндальное

Рисовое

Овсяное

*По данным компании Nielsen


НЭО Центр
Российские помидоры в 2018 году стоили дешевле импортных, пишет РБК со ссылкой на данные консалтинговой компании «НЭО Центр». Это случилось впервые за шесть лет ведения соответствующей статистики.
Российские помидоры оказались вне конкуренции
Российские помидоры в 2018 году стоили дешевле импортных, пишет РБК со ссылкой на данные консалтинговой компании «НЭО Центр». Это случилось впервые за шесть лет ведения соответствующей статистики.

По итогам девяти месяцев 2018 года средняя цена импортных томатов составила 82,6 рубля за килограмм, что на 30 процентов выше аналогичного показателя в прошлом году. В качестве основной причины роста цены аналитики называют девальвацию рубля.

Российские помидоры за этот же период тоже подорожали, но всего на два рубля (2,7 процента) — до 74 рублей за килограмм. Главная причина незначительных изменений — хороший урожай отечественных тепличных овощей. Это, в свою очередь, стало возможно благодаря программе господдержки производителей, которым с 2015 года возмещают 20 процентов расходов на строительство теплиц.

Главный поставщик помидоров и многих других овощей в Россию — Азербайджан. На него приходится около 30 процентов поставок, отмечают аналитики. Также отечественные торговые сети и рынки закупают томаты в Китае, Марокко, Иране и Белоруссии.
НЭО Центр
По итогам девяти месяцев уходящего года, оптовые цены на российские томаты впервые оказались ниже, чем на импортные, — на 8,6 руб. К такому выводу пришли аналитики консалтинговой группы "НЭО Центр". А отечественные огурцы впервые вплотную приблизились по оптовой цене к импортным.
Российские томаты впервые стали дешевле завозных
Отечественные помидоры в 2018 году впервые за шесть лет стали стоить дешевле импортных, а цены на огурцы практически сравнялись. Помогли девальвация рубля, хороший урожай и инвестиционный бум в овощеводстве.

По итогам девяти месяцев уходящего года, оптовые цены на российские томаты впервые оказались ниже, чем на импортные, — на 8,6 руб. К такому выводу пришли аналитики консалтинговой группы "НЭО Центр". А отечественные огурцы впервые вплотную приблизились по оптовой цене к импортным.

До сих пор отечественные томаты были дороже импортных из-за больших затрат на производство. Затраты на электроэнергию составляют до половины себестоимости тепличных овощей. В 2013 году 1 кг импортных томатов стоил в опте 41,2 руб., а отечественных — 51,6 руб. Эмбарго на ввоз овощей из стран ЕС и США в 2014 году привело к дальнейшему росту цен, как на собственные, так и на поставляемые в Россию овощи.

В 2017 году импортные томаты подешевели до 63,1 руб. за килограмм, тогда как российские, напротив, немного прибавили в цене — до 72,6 руб. Аналогичная динамика была и по огурцам.

Революция произошла по итогам девяти месяцев 2018 года. Стоимость импортных томатов резко выросла на 30%, до 82,6 руб. за килограмм. У отечественных производителей томаты подорожали менее чем на 2 руб., до 74 руб. за килограмм.

Российские огурцы в опте подешевели в январе—сентябре 2018 года до 70 руб. за килограмм, а импортные, напротив, подорожали до 68,1 руб. — цены почти сравнялись.

Подешевели помидоры и огурцы и в рознице, свидетельствуют данные Росстата, которые учитывают как российские, так и импортные овощи. По итогам января—ноября 2018 года средняя розничная цена на помидоры и огурцы была примерно на 8% ниже, чем за аналогичный период прошлого года. В ноябре 1 кг помидоров в магазине стоил в среднем 102,4 руб. против 118,6 руб. годом ранее. Для огурцов этот показатель составил 104,4 против 117,5 руб. за килограмм.

Необычная динамика цен на помидоры и огурцы в этом году связана с падением курса рубля и снижением темпов роста внутренних цен, говорят аналитики. Они отмечают, что последние три года цены на импортные томаты в долларовом исчислении стабильны. Поэтому при девальвации рубля цены на импортные овощи растут, что делает отечественную продукцию более конкурентоспособной, сообщает РБК.
НЭО Центр
МОСКВА, 14 декабря 2018, 11:09 — REGNUM Оптовые цены на российские помидоры по итогам девяти месяцев 2018 года впервые оказались ниже, чем на импортные. Об этом со ссылкой на данные консалтинговой группы «НЭО Центр» сообщает 14 декабря РБК.
Российские томаты опустились в цене ниже импортных
Цены заграничных помидоров в 2018 году взлетели на 30%

МОСКВА, 14 декабря 2018, 11:09 — REGNUM Оптовые цены на российские помидоры по итогам девяти месяцев 2018 года впервые оказались ниже, чем на импортные. Об этом со ссылкой на данные консалтинговой группы «НЭО Центр» сообщает 14 декабря РБК.

Отмечается, что цены заграничных помидоров в 2018 году взлетели на 30% и составили 82,6 рубля за килограмм. По данным аналитиков, у российских производителей томаты выросли в цене за тот же период менее чем на 2 рубля — до 74 рубля за килограмм. Снижение цен эксперты объясняют хорошим урожаем тепличных овощей.

Как сообщало ИА REGNUM, 18 августа стало известно, что житель города Минусинска (Красноярский край) получил автомобиль «Нива» за выращенный помидор весом 1648 граммов.
НЭО Центр
На ситуацию повлияли девальвация рубля, хороший урожай и большой объём инвестиций в овощеводство. К такому выводу пришли аналитики консалтинговой группы «НЭО Центр». Отмечается, что цена на российские томаты примерно на 8,5 рубля ниже, чем на импортные.
Российские помидоры впервые за 6 лет стали дешевле импортных
Стоимость огурцов практически сравнялась.

На ситуацию повлияли девальвация рубля, хороший урожай и большой объём инвестиций в овощеводство. К такому выводу пришли аналитики консалтинговой группы «НЭО Центр». Отмечается, что цена на российские томаты примерно на 8,5 рубля ниже, чем на импортные.

Удешевление помидоров и огурцов подтверждают и данные Росстата. По итогам 11 месяцев средняя цена на них была примерно на 8% ниже, чем за аналогичный период прошлого года. В ноябре килограмм помидоров стоил в среднем 102 рубля 40 копеек, тогда как в прошлом году 118 рублей 60 копеек.
НЭО Центр
Москва, 14 декабря. Российские помидоры впервые за шесть лет стали дешевле импортных. Об этом свидетельствует исследование консалтинговой компании «НЭО Центр». Разница в цене составила 8,6 рубля.
Российские помидоры впервые за шесть лет стали дешевле импортных
Москва, 14 декабря. Российские помидоры впервые за шесть лет стали дешевле импортных. Об этом свидетельствует исследование консалтинговой компании «НЭО Центр». Разница в цене составила 8,6 рубля.

Как уточняют аналитики, за девять месяцев 2018 года средняя стоимость помидоров, выращенных за рубежом, составила 82,6 рубля за килограмм. Это на 30% больше аналогичного прошлогоднего показателя. В то же время российские помидоры за год поднялись в цене только на 2,7%, в 2018 году приобрести килограмм можно за 74 рубля.

По мнению специалистов, причиной таких изменений стали, с одной стороны, девальвация рубля, с другой – хороший урожай тепличных овощей в 2018 году. Отмечается, что достигнуть высокого показателя урожайности удалось благодаря программе господдержки производителей, которая действует с 2015 года.

Кроме того, как передает РБК, по итогам 2018 года сравнялась стоимость отечественных и зарубежных огурцов.
НЭО Центр
Оптовые цены на российские помидоры оказались в январе-сентябре на 8,6 руб. за килограмм ниже, чем на импортные, отмечает консалтинговая группа "НЭО Центр", которая собирает данные с 2013 г. В то же время оптовые цены на российские огурцы вплотную приблизились к оптовым ценам на импортные огурцы.
Эксперты: российские помидоры в 2018 году стали дешевле импортных
Москва, 14 декабря - "Вести.Экономика".

Российские помидоры в 2018 г. впервые за шесть последних лет стоили дешевле импортных, а цены на импортные и российские огурцы сравнялись. Свою роль сыграли ослабление рубля, хороший урожай в России и инвестиционный бум в овощеводстве.

Оптовые цены на российские помидоры оказались в январе-сентябре на 8,6 руб. за килограмм ниже, чем на импортные, отмечает консалтинговая группа "НЭО Центр", которая собирает данные с 2013 г. В то же время оптовые цены на российские огурцы вплотную приблизились к оптовым ценам на импортные огурцы.

В 2013 г. оптовая цена 1 кг импортных помидоров составляла 41,2 руб., российских - 51,6 руб., отмечает "НЭО Центр". Запрет на ввоз овощей из ЕС и США в 2014 г. вызвал рост цен на российские и импортные овощи. Однако в 2017 г. импортные помидоры подешевели до 63,1 руб. за килограмм, тогда как российские подорожали до 72,6 руб. Такие же подвижки отмечены и по ценам на огурцы.

Серьезные изменения на рынке произошли в январе-сентябре. Стоимость импортных помидоров выросла на 30% до 82,6 руб. за килограмм. Российские помидоры подорожали почти на 2 руб. до 74 руб. за килограмм. Российские огурцы подешевели в январе-сентябре до 70 руб. за килограмм, а импортные подорожали до 68,1 руб.

По данным Росстата, средняя розничная цена на помидоры и огурцы оказалась в январе-ноябре на 8% ниже, чем в январе-ноябре прошлого года. В ноябре 1 кг помидоров стоил в рознице в среднем 102,4 руб. против 118,6 руб. в ноябре 2017 г., килограмм огурцов - 104,4 руб. против 117,5 руб. в ноябре 2017 г.

Ослабление рубля также привело к снижению темпов роста внутренних цен, указывает "НЭО Центр". Цены на импортные помидоры в долларовом исчислении не изменились за последние три года. Поэтому при ослаблении рубля цены на импортные овощи растут, что делает российскую продукцию более конкурентоспособной.

По данным Минсельхоза, сбор тепличных овощей увеличился к октябрю на 25,7% в годовом выражении до 820,1 тыс. тонн.

С 2015 г. в России действует госпрограмма по развитию сельского хозяйства, которая предусматривает возмещение 20% капитальных затрат на создание и обновление теплиц. В 2015-2017 гг. в России построили 576 га теплиц, а объем инвестиций превысил 121 млрд руб.

Инвестиционный бум позволил увеличить производство тепличных овощей с 2015 г. почти в два раза. В частности, в 2015 г. в России собрали 600 тыс. тонн овощей, а в 2018 г. урожай увеличится до 1,1 млн тонн. К началу декабря в стране собрали 344,5 тыс. тонн помидоров (+ 48% в годовом выражении). Огурцов соберут на 18% больше - 537,8 тыс. тонн.

Доля российских помидоров на рынке составит в 2018 г. не менее 51% (более 400 тыс. тонн), огурцов - 85% (более 650 тыс. тонн).

Основным поставщиком помидоров в Россию выступает Азербайджан (30% поставок импортных помидоров), отмечает "НЭО Центр". Среди других крупных импортеров значатся Китай, Марокко, Иран, Турция и Белоруссия.

В ближайшие четыре года может произойти насыщение российского рынка овощей за счет внутреннего производства, прогнозирует "НЭО Центр". На 2018-2021 гг. в России намерены построить 1,1 га теплиц.

В 2017 г. российские помидоры, выращенные в закрытом грунте, обеспечили 58% потребности рынка, огурцы - 87%. К 2021 г. показатели для помидоров увеличатся до 73%, для огурцов - до 95%, заключает "НЭО Центр".
НЭО Центр
Российские помидоры впервые за шесть лет оказались дешевле импортных. Помогли девальвация рубля, урожайный год и инвестиции в овощеводство, считают эксперты и участники рынка.
Российские помидоры подешевели: помогли девальвация и урожай
Также, по мнению участников рынка, на динамику повлияли инвестиции в овощеводство. Кроме того, это связано с открытием границ для турецких томатов

Российские помидоры впервые за шесть лет оказались дешевле импортных. Помогли девальвация рубля, урожайный год и инвестиции в овощеводство, считают эксперты и участники рынка.

Согласно исследованию консалтинговой группы «НЭО Центр», данные которого приводит РБК, речь идет об оптовых ценах: российские томаты дешевле импортных на 8,5 рубля. Огурцы сравнялись в цене с привозными.

Такого не было с 2013 года, подтверждает Национальный плодоовощной союз. Позитивная динамика связана и с открытием границ для турецких помидоров, считает гендиректор ИА Fruitnew Ирина Козий:

Ирина Козий генеральный директор Информационного агентства Fruitnews
«Действительно в этом году мы видим, что томаты у нас стоят не так дорого, как год или два назад. Это связано, в частности, с тем, что на рынок более активно вернулись те же самые турецкие поставщики продукции и выросло наше собственное тепличное производство. Растет оно достаточно активно, мы все больше и больше видим именно российских томатов на полках, причем в нетрадиционный для поставок собственной продукции период, то есть даже в ноябре-декабре такая продукция присутствует и в достаточно больших объемах. Это, пожалуй, первый год, когда у нас такая ситуация. В любом случае, в определенные сезоны определенную продукцию выгоднее завозить на свой рынок, нежели выращивать самим. Но нельзя не приветствовать то, что наше собственное производство развивается и появляется продукция, которая может конкурировать с импортной».


По данным Росстата, помидоры и огурцы стали дешевле и в рознице. По итогам января-ноября этого года, средняя розничная цена на эти овощи была примерно на 8% ниже, чем за тот же период прошлого года.

Инна Гольфанд, Партнер, АПК
Национальный союз производителей плодов и овощей подсчитал стоимость ингредиентов для оливье в Центральном федеральном округе и пришел к выводу, что в 2018 году салат обойдется на рубль дешевле, чем в прошлом: 268,46 руб. против 269,56 руб за 1 кг. Об этом говорится в поступившем в РБК сообщении союза.
Производители и Росстат разошлись в оценке стоимости оливье
Согласно свежим подсчетам Росстата, в среднем по стране оливье подорожал более чем на 5%, набор продуктов для сельди под шубой — почти на 1%. Производители овощей, наоборот, фиксируют снижение цен на оливье на один рубль

Национальный союз производителей плодов и овощей подсчитал стоимость ингредиентов для оливье в Центральном федеральном округе и пришел к выводу, что в 2018 году салат обойдется на рубль дешевле, чем в прошлом: 268,46 руб. против 269,56 руб за 1 кг. Об этом говорится в поступившем в РБК сообщении союза.

Стоимость овощей в салате понизилась в совокупности на 10 руб., при этом больше всего подешевели огурцы — с 23,1 руб. за 150 г до 15,75 за 150 г. Падение цен на овощи союз объясняет увеличившимся объемом предложения из-за строительства теплиц.

Однако накануне Росстат пришел к противоположным выводам. Служба подсчитала стоимость традиционных новогодних салатов в российских регионах. Средняя стоимость салата в России составила 313 руб. При этом из данных, опубликованных в Facebook «Клуб деловой журналистики при Росстате», следует, что стоимость оливье выросла на 15 руб. 42 коп (+5,18%). При этом в публикации говорится, что годом ранее салат стоил 297,58 руб.

Но в прошлом году Росстат публиковал другие данные. Он оценивал себестоимость приготовления салата в 312 руб. 68 коп. Таким образом, рост составил всего 32 коп.

«Цены меняются каждую неделю, поэтому производители, которые напрямую общаются с сетями и потенциальными покупателями, видят рынок гораздо лучше и обладают более свежими данными, чем Росстат», — говорит партнер практики АПК компании «НЭО Центр» Инна Гольфанд. Росстат, напоминает она, собирает данные с некоторой задержкой и выводит среднюю цену, которая может учитывать как стоимость отечественных, так и импортных продуктов.

РБК обратился в Росстат за комментариями о расхождении цен в материалах 2017 и 2018 годов.

По данным Росстата на ноябрь 2018 года, дороже всего наборы продуктов салатов оливье и «сельди под шубой» обойдутся в этом году жителям Чукотки.

Стоимость салата оливье (по убыванию)

Чукотский автономный округ — 516 руб. 53 коп.
Камчатский край — 486 руб. 74 коп.
Ненецкий автономный округ — 475 руб. 41 коп.
Магаданская область — 453 руб. 01 коп.
Мурманская область — 417 руб. 65 коп.
Республика Саха (Якутия) — 414 руб. 58 коп.
Москва — 412 руб. 39 коп.
Ямало-Ненецкий автономный округ — 409 руб. 37 коп.
Сахалинская область — 402 руб. 59 коп.
Хабаровский край — 393 руб. 51 коп.


Дешевле всего за оливье заплатят жители Мордовии (237 руб. 96 коп.), Белгородской области (239 руб. 91 коп.) и Кабардино-Балкарии (248 руб. 40 коп.). По сравнению с 2017 годом набор продуктов сильнее всего подорожал в Республике Марий Эл (+17,51%), в Удмуртии, напротив, подешевел на 5,71%.

Для подсчета Росстат использовал рецепт, состоящий из 0,5 кг картошки, 200 г моркови, 4 куриных яиц, 300 г вареной колбасы, 400 г консервированных огурцов, 380 г консервированного горошка, 200 г майонеза и 100 г репчатого лука.

В ведомстве также оценили динамику цен продуктов, необходимых для салата cельдь под шубой:

Чукотский автономный округ — 468 руб. 92 коп.
Магаданская область — 266 руб. 37 коп.
Ненецкий автономный округ — 264 руб. 55 коп.
Республика Саха (Якутия) — 262 руб. 52 коп.
Камчатский край — 219 руб. 96 коп.
Сахалинская область — 216 руб. 07 коп.
Москва — 192 руб. 31 коп.
Мурманская область — 191 руб. 70 коп.
Хабаровский край — 190 руб. 09 коп.
Ямало-Ненецкий автономный округ — 186 руб. 92 коп.


На последних строчках списка оказались Мордовия (120 руб. 72 коп.), Кировская (121 руб. 86 коп.) и Курская области (124 руб. 44 коп.). Средняя стоимость салата в стране — 154 руб. 04 коп., он подорожал на 0,94%. Сильнее всего набор продуктов вырос в цене на Чукотке (29,58%), а сильнее всего подешевел в Чеченской Республике (на 13,61%).

Для подсчета Росстат использовал рецепт салата из 350 г соленой сельди, 400 г картофеля, 300 г свеклы, 200 г моркови, 2 куриных яйца, 300 г майонеза, 100 г лука.

Ранее ВЦИОМ выяснил, что оливье, «сельдь под шубой» и пельмени россияне считают главными праздничными блюдами.
Максим Никиточкин, Руководитель проектов, АПК
По прогнозу Минэкономразвития, в 2018 году ВВП прибавит 1,8% после плюс 1,5% по итогам 2017-го. Благодаря значительному повышению физического объема экспорта возрастет вклад в экономику внешнего спроса, тогда как темп увеличения внутреннего, наоборот, замедлится, отмечает ведомство. Наиболее значительно в приросте ВВП снизится доля валового накопления. Это связано с ухудшением настроений бизнеса на фоне роста неопределенности из-за западных санкций, усиления волатильности на финансовых рынках, ускорения оттока капитала и увеличения доходности долговых ценных бумаг. При этом динамика сельхозпроизводства впервые с 2012 года окажется ниже роста экономики в целом, в том числе не исключено, что агросектор уйдет в минус.
Экономика без драйверов. Впервые с 2012 года рост агросектора прогнозируется ниже ВВП
В этом году экономика продолжила развиваться низкими темпами, и пока не очень ясно, что реально позволит ей ускориться. Несмотря на минимальные уровни инфляции, потребительский спрос не растет, как и доходы. Рубль стал почти не зависеть от цен на нефть, но находится под давлением санкций, что грозит еще большей волатильностью финансового рынка. Судя по прогнозам, 2019 год может стать сложнее уходящего

По прогнозу Минэкономразвития, в 2018 году ВВП прибавит 1,8% после плюс 1,5% по итогам 2017-го. Благодаря значительному повышению физического объема экспорта возрастет вклад в экономику внешнего спроса, тогда как темп увеличения внутреннего, наоборот, замедлится, отмечает ведомство. Наиболее значительно в приросте ВВП снизится доля валового накопления. Это связано с ухудшением настроений бизнеса на фоне роста неопределенности из-за западных санкций, усиления волатильности на финансовых рынках, ускорения оттока капитала и увеличения доходности долговых ценных бумаг. При этом динамика сельхозпроизводства впервые с 2012 года окажется ниже роста экономики в целом, в том числе не исключено, что агросектор уйдет в минус.

АПК замедлился, но не тормозит

Прогноз социально-экономического развития страны на шесть лет, подготовленный Минэкономразвития, предполагает, что в этом году сельхозпроизводство увеличится на 1,1%, однако в конце октября глава ведомства Максим Орешкин допустил, что результат может оказаться отрицательным. По его словам, третий квартал во многом определяет ситуацию в отрасли, а по его итогам Росстат зафиксировал падение на 3,3% — сказалось снижение урожая после рекорда прошлого года. Из-за этого ВВП в январе — сентябре увеличился только на 1,3%, а не на 1,8%, так что и годовая динамика может оказаться несколько хуже прогноза, который, правда, министерство к середине ноября не корректировало. И хотя в предыдущие кризисные годы агросектор называли драйвером экономики, поскольку нередко только он демонстрировал прирост, говорить, что сейчас он превращается в тормоз, все же неправильно, считают эксперты.

По прогнозу Центра экономического прогнозирования Газпромбанка, в 2018 году рост ВВП составит 1,8%, что станет следствием увеличения экспорта на фоне повышения цен на углеводороды в мире, а также расширения кредитования населения. В сельском хозяйстве, вероятно, произойдет некоторое сокращение производства в физическом объеме по сравнению с прошлым годом. Однако совершенно нормально, что в отдельные годы динамика аграрного сектора отрицательная, поскольку огромное влияние на его развитие оказывает погодный фактор, и это характерно не только для России, но и для многих стран мира, комментирует заместитель начальника департамента стратегического развития и экономического прогнозирования Центра экономического прогнозирования Газпромбанка Дарья Снитко.

По оценке руководителя проектов практики АПК «НЭО Центра» Максима Никиточкина, в этом году ВВП увеличится на 1,35-1,45%, динамика АПК будет нулевой или на уровне плюс 0,5%. Падение показателя относительно прошлого года объясняется только исторически максимальным урожаем зерна в 2017-м. При этом животноводство продолжает расти темпами выше экономики страны, обращает внимание он. Так, согласно Росстату, в январе — сентябре производство скота и птицы на убой увеличилось на 3,3%, молока — на 1,1%, яйца — на 0,8%. Однако если в ближайшие годы сельское хозяйство не станет экспортно ориентированной отраслью и/или будут отменены контрсанкции, то велика вероятность, что оно начнет стагнировать и перестанет быть драйвером экономики, предупреждает эксперт. Снитко считает, что благодаря развитию переработки и экспорта в долгосрочной перспективе агросектор продолжит расти, однако сомневается, что его динамика будет опережать темпы повышения ВВП. «Есть сегменты, которые, как ожидается, станут увеличиваться быстрее: инфраструктура и строительство, химический комплекс», — поясняет эксперт.

По консенсус-прогнозу как российских, так и международных аналитиков, рост ВВП в этом году будет в пределах 2%, ожидания по агросектору разнятся в диапазоне плюс-минус 1-1,5%, говорит руководитель центра компетенций в АПК КПМГ в России и СНГ Виталий Шеремет. Вклад сельского хозяйства в экономику по-прежнему небольшой: в прошлом году он был на уровне 4%, в этом Минэкономразвития прогнозирует снижение до 3,7%. По большому счету, сейчас ни хорошие, ни плохие результаты отрасли не меняют картины в целом, обращает внимание эксперт. «Скорее, общеэкономическая ситуация отражается на успехах сектора и на его привлекательности для инвесторов, а не наоборот», — добавляет он.

В уходящем году макроэкономические факторы больше негативно влияли на АПК. Среди основных трендов 2018-го аналитик Института комплексных стратегических исследования (ИКСИ) Надежда Каныгина называет низкие темпы роста экономики, стагнацию инвестиций, слабую деловую активность, волатильность курса рубля, а также стремление Банка России удержать инфляцию любой ценой, в том числе путем повышения ключевой ставки. «Снижение стоимости кредитов остановилось на довольно высоком уровне, а с сентября они снова начали дорожать, при этом уровень реальных ставок остается запредельно высоким, что не стимулирует кредитование», — оценивает она. Чтобы переломить эти тенденции, необходимы качественные структурные изменения в экономике, которые пока — во всяком случае, в перспективе на 2019 год — не просматриваются. В целом, по мнению Каныгиной, есть непонимание того, что будет драйвером экономики на ближайшие годы. «Ожидается реализация национальных проектов, но пока сложно определить их потенциальные эффекты: проекты все еще находятся на этапе разработки, и к ним остается немало вопросов», — комментирует эксперт.

Ожидание санкций влияет на рубль

Тем не менее сейчас Минэкономразвития оценивает ситуацию в экономике как значительно более устойчивую, чем в конце 2014 года, считая, что это результат структурных реформ. «Наша задача в последние несколько лет была создать такую макроэкономическую конструкцию, которая была бы устойчива к внешним шокам. Цены на нефть на 25% упали, а ситуация остается устойчивой», — говорил в середине ноября Максим Орешкин после того, как мировые цены на нефть марки Brent 13 ноября опустились ниже $65 за баррель (цитата по «Интерфаксу»). В начале октября цена поднималась выше $85 за баррель. При этом курс рубля вместо того, чтобы традиционно упасть вслед за нефтью, наоборот, укрепился.

В марте глава Центробанка Эльвира Набиуллина сравнивала, что если в 2015—2016 годах коэффициент эластичности валютного курса к нефтяным котировкам был близок к единице — рубль почти на 100% повторял движение цен на нефть, то сейчас этот индикатор уменьшился до 0,1. Однако важным фактором ослабления рубля остается санкционная политика США и регулярные заявления Вашингтона о введении дополнительных ограничительных мер. Но в целом Минэкономразвития оценивает фундаментальные факторы, определяющие курс рубля, как благоприятные, и ожидает, что его среднегодовое значение будет на уровне 61,7 руб./$1 против 58,3 руб./$1 в 2017-м. В следующем году, согласно базовому сценарию ведомства, средний курс рубля составит 63,9 руб./$1.

Динамика национальной валюты традиционно неоднозначно влияет на АПК. С одной стороны, растет рублевая стоимость импортных средств производства, зависимость от которых остается высокой, с другой — российская продукция становится более привлекательной по цене на внешних рынках. Всегда есть те, кто заинтересован в более слабом рубле, и те, кому выгоднее сильный, отмечает Дарья Снитко. За 10 месяцев 2018 года среднее значение курса составило 61,9 руб./$1, что на 6% больше, чем в 2017-м. Девальвация была вполне ожидаемой, и учитывая, что проблемы с оттоком капитала были на всех развивающихся рынках в мире, волатильность на российском можно назвать умеренной, оценивает эксперт. «Но для участников рынка, как мне кажется, сегодня риск представляет не столько уровень курса, сколько его резкие изменения, причем в обоих направлениях, — обращает внимание она. — Предпосылки для этого — расширение санкций в отношении государственных долговых бумаг и отдельных компаний».

Серьезных оснований для роста курса рубля в следующем году пока не прослеживается, но сохранится мощное влияние на него таких факторов, как цены на нефть и санкции, вторит ей Каныгина. «Это не только влияет на сам курс, но и обеспечивает его довольно высокую волатильность, что как раз часто является даже большей проблемой для участников внешнеторговой деятельности, чем само значение курса, — говорит эксперт. — В случае ужесточения санкций, конечно, вполне можно ожидать дальнейшего снижения курса рубля к доллару». Динамика курса рубля значительно зависит от геополитической обстановки, спрогнозировать которую крайне сложно, соглашается Никиточкин. По его мнению, если не возникнет форс-мажорных ситуаций, то среднегодовой курс доллара в 2019 году может лежать в диапазоне 64-69 руб.

Никиточкин считает, что от падения курса рубля выиграли в основном экспортеры пшеницы, тогда как многие другие участники рынка столкнулись с увеличением операционных и инвестиционных расходов. При этом рост мировых цен на пшеницу — основную позицию российского агроэкспорта — очень хорошо поддержал экономику аграриев, добавляет Виталий Шеремет. Причем в отличие от 2015 года, когда российские экспортеры не успели толком воспользоваться ослаблением рубля (наблюдались отрицательные темпы динамики вывоза агропродукции за рубеж), в этом году объемы экспорта увеличиваются, обращает внимание Каныгина. По данным ФТС, поставки за рубеж сельхозсырья и продовольствия по итогам трех кварталов выросли на 25,7% по сравнению с аналогичным периодом 2017-го и составили $17,7 млрд.

Гендиректор «Русагро» Максим Басов говорит, что низкий курс рубля выгоден для компании, а вот рост стоимости нефти и денег, а также ослабление китайского юаня — это минус. Руководитель направления стратегического маркетинга группы «Черкизово» Андрей Дальнов называет курс национальной валюты одним из важнейших макроэкономических факторов для агрорынка. «Валютный курс оказывает влияние на инфляцию, уровни экспорта и импорта, а также себестоимость производства», — поясняет он. В 2018-м курс оказался ниже ожиданий большинства экономистов. По прогнозам аналитиков Bloomberg, к концу года и в 2019-м доллар будет стоить около 66 руб. Такой уровень поддержит экспорт зерна, а значит, внутренние цены на фураж останутся высокими как минимум до нового урожая. Соевый шрот, скорее всего, тоже останется дорогим, что будет негативно влиять на себестоимость производства у животноводов, рассуждает Дальнов. С другой стороны, с открытием рынка Китая низкий курс национальной валюты дополнительно будет мотивировать экспорт субпродуктов и мяса. «В целом для „Черкизова" нынешний курс рубля достаточно комфортный. Некомфортны его резкие изменения: чем волатильнее рубль, тем ниже качество планирования», — подтверждает он мнения экспертов. Ожидание новых санкций отразилось на курсе рубля: в периоды, когда можно было ждать его укрепления из-за высоких цен на нефть, национальная валюта, напротив, дешевела. Это означает, что динамика российской экономики стала менее предсказуемой. «Теперь для построения прогноза необходимо учитывать мнение политологов, а политология — это менее точная наука, чем экономика», — сетует Дальнов.

2019-й — год адаптации
Минэкономразвития считает, что 2019-й станет годом адаптации к принятым решениям макроэкономической политики: динамика увеличения ВВП замедлится до 1,3%, а инфляция ускорится до 4,3%. Временное снижение темпов экономического роста будет связано с увеличением налоговой нагрузки с начала года, притом что активная фаза реализации нацпроектов будет смещена ближе к середине 2019-го, также скажется умеренно-жесткая денежно-кредитная политика Центробанка.

Спрос почти не растет

Также существенным для агросектора в 2018 году стал фактор низкой инфляции. По данным Росстата, в октябре средние потребительские цены были на 2,9% выше, чем в декабре 2017-го, в том числе продовольствие подорожало в среднем на 1,9%. По словам Дарьи Снитко, это новые условия для развития отрасли. «В перспективе проблема медленного роста потребительского спроса сохранится и будет также сдерживать инфляцию, заставляя участников рынка все больше заботиться об эффективности производства и издержках», — прогнозирует она. К тому же в 2019 году всех ждет увеличение НДС с 18% до 20%: оно не скажется на большинстве продовольственных товаров, но существенно повлияет на потребительскую корзину, и, возможно, для расходов на продукты питания у покупателей будет меньше средств, предупреждает эксперт.

В октябре министр труда и соцзащиты Максим Топилин сказал о «беспрецедентном» темпе повышения зарплат. По данным Росстата, за январь — сентябрь в среднем они увеличились на 11,1% в номинальном и на 8,4% в реальном выражении. Такое заявление вызвало волну критики и недовольства, в том числе потому что реальные располагаемые доходы не демонстрируют аналогичной динамики и покупательная способность населения не растет.

По итогам первых двух кварталов располагаемые доходы увеличились в среднем на 1207 руб. на человека. При этом расходы на покупку продовольствия сократились на 12 руб. по сравнению со вторым кварталом 2017 года, но на 64 руб. выросли расходы на категорию общественного питания, сравнивает заместитель начальника департамента экспертно-аналитических работ Аналитического центра при правительстве России Елена Разумова. «Однако говорить о повышении покупательной способности пока рано, — полагает она. — Данные Росстата указывают, что рост располагаемых доходов произошел не за счет увеличения денежного дохода, а за счет сбережений или заемных средств. Соответственно, потребительский спрос мог поддерживаться за счет кредитования». В будущем это означает, что расходы на обслуживание кредитов будут снижать потребительский спрос, в том числе и на продукты питания, считает эксперт.

В 2018 году ситуация с платежеспособным спросом не улучшилась, уверена Каныгина. Хотя Росстат и показывает незначительный рост реальных располагаемых доходов населения — на 1,1% по итогам трех кварталов, уже в августе и сентябре наблюдалось их снижение на 0,9% и 1,5% в годовом выражении. «Учитывая предстоящее повышение НДС, а также традиционное увеличение тарифов ЖКХ и услуг транспорта, на фоне более чем скромных темпов экономического роста вряд ли можно ожидать улучшения покупательной способности населения», — оценивает она.

Никиточкин тоже считает маловероятным, что в 2019 году платежеспособный спрос будет выше, чем в 2018-м, в том числе из-за увеличения НДС. «Потребительское поведение все сильнее характеризуется как охота за промоакциями. Доля продаж по ним в топ-20 категориях FMCG в первом полугодии 2016-го составляла 53%, за аналогичный период 2017-го — 58%, а в январе — июне этого года — уже 64%», — сравнивает он. Доля товаров, реализуемых по промоакциям, растет, и просто поднимать цены «потому что инфляция» у производителей уже не получается, добавляет Снитко.

По оценке Максима Басова, в этом году платежеспособный спрос населения ухудшится: начало падать потребление мяса. А вот «Черкизово» ожидает, что спрос на мясо останется стабильно высоким. Наиболее динамично будет расти потребление свинины, в сегментах мяса птицы и говядины, скорее всего, также произойдет увеличение. «Доходы населения во многом определяют уровень спроса. По итогам года можно надеяться на их небольшой рост в пределах 1-2%. Судя по достаточно позитивным прогнозам прироста ВВП, в следующем году динамика может быть похожей», — предполагает Андрей Дальнов.

Для изменения ситуации с платежеспособным спросом необходимы изменения в экономике, которых пока не наблюдается, комментирует Виталий Шеремет. 2018 год запомнился решением об увеличении НДС, риском роста цен на топливо и повышением пенсионного возраста. «Все три фактора отрицательно влияют на платежеспособный спрос, поэтому он скорее ухудшается, чем улучшается», — делает вывод эксперт. Согласно прогнозу Минэкономразвития, в этом году реальные располагаемые доходы населения увеличатся на 3,4%, правда, после четырех подряд лет снижения в сумме на 10,4%. Темп прироста реальных заработных плат ожидается на уровне 6,9% (2,9% в 2017-м), но в следующем году замедлится до 1,4%.

Нефть будет дешеветь
Ключевую роль в формировании цен на нефть в ближайшие годы будет играть динамика предложения. В 2019-м продолжит расти производство сланцевой нефти в США, также предложение будет увеличиваться на фоне роста добычи Саудовской Аравией, Россией и другими странами ОПЕК+. Летом они бессрочно продлили соглашение о сокращении добычи нефти, однако теперь в нем не указаны конкретные объемы: страны будут принимать решение о параметрах в случае необходимости. В этих условиях Минэкономразвития ожидает постепенного снижения цен на нефть марки Urals с $69,6 за баррель в 2018 году до $63,4 в 2019-м. К 2024 году стоимость нефти может опуститься до $53,5 за баррель. Российский бюджет сверстан из расчета стоимости нефти в $40 за баррель. В середине ноября президент Владимир Путин отметил, что цена на уровне $70 устраивает нашу страну. Такой уровень позволяет «уверенно себя чувствовать, работать спокойно, стабильно, добиваться очень хороших результатов, которые отражаются на макроэкономике», пояснил глава государства (цитат по ТАСС).


Деньги будут дорожать

Общая экономическая ситуация в стране также влияет на доступность кредитов и возможности бюджета по поддержке различных отраслей. В сентябре Центробанк впервые с декабря 2014 года повысил ключевую ставку на 0,25 п. п. до 7,5% на фоне усиления инфляционных рисков и вероятного сохранения волатильности на российском финансовом рынке. Не исключено, что до конца года она еще увеличится, при этом Эльвира Набиуллина призвала не бояться этого, поскольку такой шаг снижает вероятность более значительного роста ставки в будущем. «Мы не ожидаем существенного изменения ключевой ставки в ближайший год, но одно-два повышения в случае резкого ускорения инфляции из-за роста НДС или динамики курса вероятны, — предполагает Дарья Снитко. — Впрочем, в долгосрочной перспективе Банк России вернется к снижению ключевой ставки».

Никиточкин считает, что с вероятностью 50% в следующем году ключевая ставка останется на нынешнем уровне, 30% — что к концу 2019-го она будет понижена до 7-7,25%, и 20% он дает в пользу сценария увеличения ставки до 8%. «С ростом волатильности рубля ключевая ставка, скорее, будет повышаться, — полагает Виталий Шеремет. —Власти заверяют, что в этом нет больших рисков. Тем не менее увеличение стоимости финансирования и ограничение доступа к нему однозначно отразится на аграриях». Вероятно, государству придется придумать дополнительные меры поддержки, которые могли бы нивелировать этот негативный эффект, добавляет он.

В 2018 году крупнейшие банки увеличивали кредитные портфели в АПК, и прогнозируется, что это продолжится в 2019-м и далее, продолжает Шеремет. Оптимизм банкиров он связывает с тем, что значительные объемы финансирования будут направлены на проекты, связанные с экспортом. При этом у некоторых банков остаются большие портфели со значительной долей просрочки, в том числе в агросекторе. «Получается двоякий тренд», — резюмирует он.

По мнению Никиточкина, сейчас инвестиционное финансирование для АПК остается доступным фактически только для крупных и средних компаний, имеющих достаточную залоговую массу для привлечения кредитов. Хотя, по данным ЦБ, объем кредитов в сельском хозяйстве за три квартала вырос на 14,3% в годовом выражении, в этом году многие участники рынка сообщали о сложностях при их получении, подтверждает Каныгина. В том числе до сих пор вызывает вопросы система льготного краткосрочного кредитования. Согласно плану льготного кредитования заемщиков на 2018 год, почти 53% субсидий выбирают всего 10 регионов страны. «На одну Белгородскую область в этом году предусмотрены субсидии в размере 2,19 млрд руб., что почти сопоставимо с объемом субсидий, выделенных всему Южному федеральному округу (2,17 млрд руб.)», — сравнивает она. Есть очевидные перекосы и в разрезе конкретных получателей субсидий. Если проанализировать публикуемый Минсельхозом перечень заемщиков, которым одобрено получение льготных инвестиционных и оборотных кредитов, то получается, что большая часть средств достается нескольким крупным компаниям в регионе, обращает внимание Каныгина.

«Русагро» отмечает рост кредитных ставок в этом году. Деньги есть, но более дорогие, а в 2019-м станут еще дороже, ожидает Басов. При этом господдержка компании снизилась по некоторым направлениям из-за изменения регулирования. В следующем году в целом она останется на прежнем уровне, рассчитывает топ-менеджер.

Дальнов, напротив, говорит о том, что в этом году кредиты стали доступнее: увеличился объем льготных краткосрочных кредитов, процентные ставки по коммерческим займам снизились до минимума в июле — августе, но начали расти в сентябре. «Банк России занят таргетированием инфляции, динамика которой во многом зависит от курса рубля. При снижении курса инфляция станет расти, и ЦБ будет вынужден повышать ключевую ставку, — комментирует он. — В любом случае ставки по льготным кредитам в 2019 году увеличатся из-за изменения правил субсидирования: компенсация расходов банкам будет уменьшена со 100% ключевой ставки до 90%». Из-за ожидаемого сокращения компенсации по кредитам объем субсидий у «Черкизова» по этому направлению снизится на 30%, подсчитывает Дальнов. Кроме того, сейчас задолженность субсидий перед предприятиями холдинга составляет около 1 млрд руб. «В этом году был изменен порядок предоставления субсидий по кредитам, привлеченным до конца 2016-го. В результате деньги не были доведены до получателей вовремя, — поясняет он. — Мы ожидаем возобновления финансирования в конце года».

Холдинг «АФГ Националь» в этом году активно пользовался льготными кредитами по ставке 3-4% годовых, рассказывает его гендиректор Юрий Белов. «Ставки по льготным кредитам оставались без изменений, по коммерческим — выросли на 1 пункт», — сравнивает он. В целом сейчас банки стали более профессионально подходить к вопросу выбора сельхозпроектов, привлекая для анализа как своих, так и сторонних консультантов, добавляет он.

Господдержку компания тоже получала. Так, компенсации затрат на подачу воды для рисовых чеков в Краснодарском крае стали поступать в ноябре, в Ростовской области холдинг ожидает выплат в декабре. «В этом году Краснодарскому краю на поддержку рисовой отрасли было выделено 200 млн руб. Поскольку Кубань производит 80% российского риса, а крупы являются обязательным компонентом потребительской продуктовой корзины, многие рисоводы рассчитывают на увеличение объемов господдержки», — рассказывает Белов. Ставки субсидий на закладку суперинтенсивных садов в этом году были увеличены, однако для полноценного развития отрасли денег все равно мало, продолжает топ-менеджер. По-прежнему сохраняются две главных проблемы садоводов: наличие свободных лимитов для своевременного субсидирования, а также выделение средств без учета степени интенсивности сада и привязки к валовому сбору продукции. Белов уверен, что ставки субсидий для низко- и высокоинтенсивных садов необходимо дифференцировать.

Отрасль ждет инвесторов

Хотя в этом году Россия поднялась на четыре строчки — с 35-й на 31-ю — в ежегодном рейтинге легкости ведения бизнеса Doing Business, который составляет Всемирный банк, инвестиционный климат в стране остается не самым благоприятным. Негатив, в частности, связан с санкциями и их возможным расширением. С одной стороны, наличие санкций увеличивает срок действия контрсанкций, поэтому российские производители оказываются в защищенном положении, с другой — напряженная геополитическая обстановка не способствует притоку прямых иностранных инвестиций, рассуждает Никиточкин. Впрочем, она не мешает инвестировать действительно заинтересованным компаниям, добавляет он.

Ситуация 2014 года, когда санкции и последовавшее за ними продэмбарго помогли агросектору расти, больше не актуальна, уверен Виталий Шеремет. В отличие от того периода, когда замещение импорта в значительной мере финансировалось потребителем, сегодня мы близки к перепроизводству в некоторых категориях, что остро ставит вопрос увеличения экспорта продукции АПК. А чтобы оставаться конкурентными на мировых рынках, нам нужно не только снижать стоимость производства, также важен доступ к технологиям, нужны дешевые и длинные деньги, новые инвесторы. «Это все то, чего российский АПК лишается в условиях санкций, которые не позволяют привлечь в сектор большой объем глобальных финансов, в то время как в мире наблюдается рост интереса к отрасли в целом и к российскому АПК в частности», — подчеркивает эксперт. На фоне санкций снижается конкуренция между источниками капитала на рынке России, соответственно, растут риски и стоимость заемных средств, соглашается Дарья Снитко.

Однако, с другой стороны, кроме западных, есть и российские инвесторы — как профильные, так и непрофильные, которые проявляют активный интерес к отрасли и запускают новые производства, добавляет Шеремет. Он уверен, что, несмотря на некоторое замедление роста, агросектор остается одним из самых интересных направлений для вложений. По данным Росстата, в первом полугодии инвестиции в основной капитал сельского хозяйства составили 166,3 млрд руб., что на 22,9% больше, чем за аналогичный период 2017-го.

По оценке «Черкизова», инвестиционный климат в стране достаточно благоприятный. «В 2019 году мы планируем увеличить инвестиции на 30%, — говорит Андрей Дальнов. — Основными проектами станут строительство новых свинокомплексов в Пензенской области, увеличение мощностей по производству колбас (завод „Кашира-2") и возведение завода по глубокой переработке сои в Липецкой области». В этом году инвестиции «Русагро» достигнут рекордных 22 млрд руб., в следующем холдинг также намерен увеличивать вложения, говорит Максим Басов. В частности, группа планирует развивать молочный бизнес и хочет стать одним из крупнейших в стране производителей сыра. «АФГ Националь» тоже продолжит расти: в 2019 году компания рассчитывает заложить еще 500 га яблоневых садов по суперинтенсивной технологии дополнительно к имеющимся 700 га. «Сейчас это наиболее капиталоемкий проект холдинга, в который инвестировано уже более 6 млрд руб.», — говорит Юрий Белов.

Минэкономразвития прогнозирует, что с 2020 года инвестиции в основной капитал в целом по экономике будут ежегодно увеличиваться на более чем 6%. В этом году ведомство ожидает снижения темпа роста вложения до 2,9% против 4,4% в 2017-м.

Экспорт — катализатор для агросектора
Одна из задач нового майского указа президента Владимира Путина — увеличение экспорта продукции АПК до $45 млрд к 2024 году. Программа развития внешних продаж сельхозсырья и продовольствия способна стать катализатором изменений в секторе, определяющих не только его рост, но и позитивную динамику в смежных отраслях — агрохимии, машиностроении, пищевой промышленности и др., уверен Виталий Шеремет из КПМГ. Правда, Максим Никиточкин из «НЭО Центра» считает, что ситуация на внешних рынках слабо влияет на потенциал российского сельского хозяйства: в основном он все-таки заключен на внутреннем рынке. Это связано с тем, что у нас нет широко известных за рубежом продовольственных брендов, уровень переработки сельхозсырья достаточно низкий, к тому же существуют логистические ограничения, поясняет он. Надежда Каныгина из ИКСИ полагает, что внешняя политическая обстановка и санкции пока положительно сказываются на развитии агроэкспорта, хотя он увеличивается и недостаточно значительными темпами. Причем в этом вопросе низкая платежеспособность населения России сейчас в какой-то степени подталкивает отечественных производителей к развитию внешней торговли.

На фоне конфликта США и Китая эксперты видят хорошие возможности для расширения партнерства с последним, тем более что его рынок очень привлекателен для производителей продуктов питания. «Однако полностью заменить США мы точно не сможем, — признает Шеремет. — Представители Китая — довольно сложные переговорщики, и за последние годы нашей дружбы каких-то значительных прорывов не произошло». Даже достигнутая в ноябре договоренность об экспорте молочной продукции и птицы выглядит неоднозначно: взаимное открытие рынка птицы может привести к массовым поставкам китайской птицы на российский рынок.

Обмен санкциями между США и Китаем может способствовать увеличению российского экспорта агропромышленных товаров в КНР, однако не радикально, соглашается Никиточкин. «На что Россия реально может претендовать, так это на замещение американского экспорта пшеницы ($390 млн) и кукурузы ($160 млн). Китай также импортирует из США много мороженой рыбы ($858 млн, средняя цена $2,34/кг), но ее видовой состав отличается от российского экспорта ($1,28 млрд, средняя цена $1,28/кг), поэтому весь указанный объем вряд ли удастся заместить, но 20-30% — вероятно, — рассуждает он. — Китай импортирует свинину ($285 млн, средняя цена $1,72/кг), однако такая цена довольно низкая для российских производителей, и они вряд ли смогут конкурировать в этой категории с Бразилией, Германией, Канадой, Данией, Испанией. Однако российские производители могут побороться за замещение американского экспорта мясных субпродуктов ($873 млн, средняя цена $2,2/кг)».

Екатерина Михалева, Руководитель проектов, АПК
Молочная отрасль встречала 2018 год не в самом хорошем настроении. Вопреки привычному тренду (летом молоко дешевле, зимой — дороже), в конце ноября 2017-го цены на сырое молоко неожиданно и резко устремились вниз и падали всю первую половину уходящего года. По данным Национального союза производителей молока («Союзмолоко»), с января по конец июля стоимость закупки упала с 24,8 руб./л до 21,4 руб./л. Лишь с августа этого года цена стала увеличиваться и, по данным Минсельхоза, к 9 ноября доросла в среднем до 24,36 руб./л.
Молочный рост вопреки падению. Молочная отрасль продолжила наращивать объемы производства, несмотря на снижение цен
По итогам 2018 года валовой надой молока в России увеличится примерно на 3%. Основную прибавку уже традиционно обеспечат сельхозпредприятия. Между тем их доходность в уходящем году снизится: затраты выросли, а стоимость молока-сырья падала все первое полугодие. Тем не менее инвестпривлекательность сегмента остается на высоком уровне, считают эксперты

Молочная отрасль встречала 2018 год не в самом хорошем настроении. Вопреки привычному тренду (летом молоко дешевле, зимой — дороже), в конце ноября 2017-го цены на сырое молоко неожиданно и резко устремились вниз и падали всю первую половину уходящего года. По данным Национального союза производителей молока («Союзмолоко»), с января по конец июля стоимость закупки упала с 24,8 руб./л до 21,4 руб./л. Лишь с августа этого года цена стала увеличиваться и, по данным Минсельхоза, к 9 ноября доросла в среднем до 24,36 руб./л.

Цены разбалансировались

Зампредседателя комитета Госдумы по аграрным вопросам Айрат Хайруллин объясняет такие тенденции транзитным завозом сухого молока из Белоруссии. Считалось, что оно направляется через Россию в страны Таможенного союза — Казахстан, Киргизию, но так туда и «не доехало». Продукт задерживался на российских перерабатывающих предприятиях, что существенно увеличило запасы. По информации Института конъюнктуры аграрного рынка (ИКАР), весь прирост, полученный российскими сельхозпроизводителями по сырому молоку в 2017 году, ушел в накопления не только сухого молока, но и другой продукции — за год в целом они увеличились на 800 тыс. т до 1,3 млн т (в пересчете на сырое молоко). Так, запасы сухого молока увеличились в 2,5 раза — больше, чем составил прирост его выпуска, а сливочного масла отправлено на хранение половина от всей прибавки производства.

Все это сильно разбалансировало российский рынок, отмечает Хайруллин. По его оценке, разница в закупочной цене на молоко (в 2018-м в сравнении с 2017-м) доходила до 8,5 руб./л. При этом солярка подорожала на 36%, электричество — на 18%, корма — на 20%. «Ситуация в отрасли была очень сложная», — говорит он. Разрыв в стоимости начал сокращаться только с середины сентября. По данным анализа комитета Госдумы по аграрным вопросам на основе информации от региональных предприятий, на 5 ноября закупочная цена все еще была на 2,5 руб./л ниже, чем на аналогичную дату годом ранее.

Ситуация с ценами на сырое молоко сильно зависит от региона, отмечает исполнительный директор «Союзмолока» Артем Белов. В некоторых, например в Поволжье, она опускалась летом до 15-16 руб./л. На начало ноября, когда в среднем молоко стоило 23,5-24 руб./л, в Центральной России, на Северо-Западе и Юге из-за повышенного спроса цена была выше. А в Поволжье, Сибири, Алтайском крае, наоборот, оставалась ниже средней. Хайруллин подтверждает: в профицитных по сырому молоку регионах (того же Поволжья) снижение стоимости привело даже к «сбросу» поголовья. А, например, в Центрально-Черноземном регионе цена падала не так сильно, поскольку там сырого молока не хватает.

О низкой закупочной цене как главном негативном тренде уходящего года, говорят почти все участники рынка. Так, руководитель СХПК «Пламя» (Свердловская область, 590 дойных коров) Елена Стафеева подсчитывает: в прошлом году цена за литр молока (жирностью 3,3% и белком 3%) составляла 24-25 руб., а в начале нынешнего она опустилась ниже 20 руб. и к началу ноября так и не вернулась к уровню 2017-го. На разнице в цене хозяйство потеряло за девять месяцев уходящего года 11 млн руб. Если в 2016, 2017 годах прибыль сельхозпредприятия составляла около 30 млн руб., то по итогам 2018-го она снизится до 13 млн руб., оценивает руководитель. «Конечно, многим аграриям нашего региона намеченные планы по развитию в основном удалось выполнить, несмотря на снижение цен, но за счет кредитных средств, — добавляет она. — В итоге эта история еще аукнется нам в следующем году: вместо реализации новых инвестиционных программ придется гасить кредиторскую задолженность».

Гендиректор воронежского «Дон-Агро» (инвестор — бывший сенатор Николай Ольшанский) Иван Доматюк приводит свои расчеты: если в прошлом году летом переработчики покупали молоко у предприятия по 28 руб./л, то в этом — в среднем по 21-22 руб./л. Снизилась и рентабельность. «Годом ранее у многих она доходила до 50%, а теперь в зависимости от хозяйства составляет от 5 до 20%, — рассказывал он в ноябре. — Впрочем, сейчас жизнь вроде бы налаживается: цена составляет уже 23 руб./л и к новому году, скорее всего, еще повысится: 25 руб./л было бы для нас уже нормально, такая цена дает возможность развиваться, а 28 руб./л, как в прошлом году, вообще позволяет быть „в шоколаде"».

Рентабельность молочных ферм в текущем году снизится, но падение не будет значительным, оценивает руководитель проектов практики АПК «НЭО Центра» Екатерина Михалева. Уменьшение цен на сырое молоко и увеличение затрат на основные компоненты себестоимости (корма, оплата труда, энергоресурсы) отчасти будет скомпенсировано ростом интенсификации производства (увеличение надоев, сокращение поголовья). В среднем рентабельность по EBITDA молочных ферм в этом году колеблется от 20 до 25%, говорит эксперт.

Затраты молокопроизводителей выросли существенно, признает Белов. «Только за последний месяц индекс операционной себестоимости увеличился на 3,5%, — оценивал он в ноябре. — А с начала 2017 года индекс вырос на 15 п. п.». По его мнению, это было связано с несколькими основными факторами: в течение года наблюдались существенные валютные колебания, а также серьезно подорожали корма и ГСМ. При этом цена на сырье снизилась. Это, безусловно, негативно влияет на доходность бизнеса. И если в следующем году эта тенденция продолжится, позитивная динамика, которая была наработана в последние пару лет, будет нивелирована.

Усложнить жизнь производителям фальсификата
По мнению члена Комитета Госдумы по аграрным вопросам Аркадия Пономарева, одной из причин падения цены на сырое молоко является сохраняющаяся проблема с фальсификатом. «Чтобы ее решить, нужно выработать такие правила маркировки, которые обяжут указывать полную и правдивую информацию о составе молочных продуктов. Пока этого достичь не удалось», — констатирует он. Предложенная формулировка «с заменителем молочного жира» не дает понимания, что за ней скрываются ненатуральные ингредиенты. Да, сырьем для производства таких товаров служат растительные масла. Но под воздействием высоких температур и с использованием катализаторов тяжелых металлов на выходе получается химически синтезированный продукт, что отнюдь не тождественно понятию «натуральный». Свою состоятельность в борьбе с фальсифицированной и контрабандной продукцией должны доказать контрольно-надзорные органы, у них достаточно для этого полномочий, считает чиновник.

Прибавка будет

Несмотря на серьезное падение цен, объем производства молока в 2018 году медленно, но стабильно рос. По данным Росстата, с января по сентябрь валовой надой по сравнению с аналогичным периодом прошлого года увеличился на 1,1%, или на 279 тыс. т, составив 24,6 млн т. Наибольшую прибавку обеспечили сельхозорганизации Краснодарского края, Воронежской, Калужской, Тюменской, Белгородской и Новосибирской областей. Снижение производства молока произошло в Кемеровской, Оренбургской областях и в Ставропольском крае. Валовые надои увеличились как в КФХ — на 3,7% (до 1,87 млн т), так и в агропредприятиях — на 3,5% (до 12,38 млн т), при этом в хозяйствах населения отмечалось сокращение на 2%. К концу года производство молока в целом может достигнуть порядка 31,4 млн т, в сельхозорганизациях — около 16 млн т, прогнозирует старший эксперт ИКАР Наталья Пенькова. Надои на одну корову в 2018 году возрастут в среднем на 3,3%, добавляет Михалева.

Потребление молока, по прогнозу «НЭО Центра», может увеличиться на 2%, или плюс 370-400 тыс. т. Пенькова, напротив, полагает, что этого не произойдет. Во-первых, на потребителя влияет неразбериха на рынке с темой фальсификации молочной продукции, что несколько снижает привлекательность «молочки». «С другой стороны, в своих ежемесячных публикациях Росстатпоказывает довольно противоречиво складывающуюся тенденцию движения показателя реальных доходов населения: весь 2017-й он снижался, с января этого года наметился стабильный рост, который в августе опять сменился минусом, — говорит она. — А сокращение доходов так или иначе все же не способствует увеличению потребления».

Оживление спроса на готовую молочную продукцию есть, возражает Белов. И это стало еще одной особенностью 2018 года. Хотя пока эта тенденция очень неустойчива. По итогам года «Союзмолоко» прогнозирует увеличение потребления на 0,5-1%. Эксперт напрямую связывает это как раз с тем, что в первом и втором кварталах наблюдался рост реальных доходов населения. По данным Росстата, в первом полугодии они выросли на 2,6%. Но снижение показателя в третьем квартале все-таки приведет к тому, что прирост потребления будет минимальным, говорит Белов. «Вместе с тем, если потреблять и не стали намного больше, то, по крайней мере, спрос больше не смещается в пользу дешевых товаров, как это было в последние годы», — отмечает он. Например, доля сырной продукции увеличилась с 15% в 2014 году до 27-28% в 2017-м. Но в 2018-м рост ее потребления остановился, а вот на натуральные продукты, в частности сыры, спрос, напротив, показал небольшую прибавку.

Сами участники молочного рынка демонстрировали в уходящем году разные результаты: одни наращивали мощности, объемы других стагнировали, третьи и вовсе покинули рынок. По мнению гендиректора консалтинговой компании Petrova 5 Consulting Марины Петровой, одной из самым громких неудач в молочной отрасли в 2018-м стало банкротство крупного производителя молочной продукции в Поволжье — ГК «Алев». В группу входило два перерабатывающих предприятия — в Ульяновской и Самарской областях. В 2016 году они произвели 90 тыс. т молочной продукции, выручка двух активов группы за 2017-й составила в общей сложности более 7,5 млрд руб. Но компания задолжала кредиторам, поставщикам, налоговой службе более 3,5 млрд руб. И 1 октября этого года группа вступила в стадию ликвидации. По последним данным, активы группы приобретает «Русагро» Вадима Мошковича. «Банкротство „Алева" стало отражением новой тенденции. Если раньше в основном банкротились небольшие предприятия, то сейчас можно сказать, что и крупные производства не выдерживают конкуренцию друг с другом, а также с международными корпорациями, — комментирует эксперт. — Если такие предприятия присутствуют в регионе, то до 80% небольших региональных предприятий будут убыточными, если их нет — появляется шанс на развитие в пределах своей области».

Впрочем, гораздо больше в молочной отрасли в уходящем году было открытий — как в секторе производства сырья, так и его переработки. Так, завод по выпуску сыров мощностью переработки до 500 т молока и до 450 т сыворотки в сутки запустил «Агрокомплекс» им. Н. И. Ткачева. Объем капитальных вложений, по информации Михалевой, составил порядка 10,5 млрд руб. В ноябре в полную силу заработало «Петелино» (инвестор — курганский «Агро-Клевер») — молочно-товарная ферма в Тюменской области на 1,2 тыс. голов дойного стада с общим объемом инвестиций более 1,2 млрд руб. В Белгородской области был открыт животноводческий комплекс «Агропрод» общей стоимостью более 1 млрд руб. (проект местных аграриев профинансировал Россельхозбанк), рассчитанный на 2 тыс. голов дойного стада. В Чувашии был реконструирован «Чебоксарский городской молочный завод»: в 2016 году его у «Данон Россия» выкупили саратовские бизнесмены, с тех пор в реконструкцию чебоксарского предприятия было вложено 1,2 млрд руб.

Но наилучшие темпы развития опять демонстрирует холдинг «Эко-Нива» Штефана Дюрра, обращает внимание Петрова. За последние полтора года крупнейший в России производитель сырого молока удвоил свой земельный банк, а также количество надоенного молока. По оценке самого главы группы, в 2018-м общий надой компании составит примерно 500 тыс. т. «Это не только самый крупный показатель в России и в Европе. С таким объемом мы с уверенностью входим в десятку лидеров по производству молока в мире», — доволен бизнесмен. Только в уходящем году компания начала строительство 14 современных молочных комплексов, рассчитанных в целом на 45 тыс. коров. Общая их стоимость составляет 41 млрд руб. Большинство ферм планируется запустить еще до конца этого года. Кроме того, холдинг в 2018-м запустит новый молочный бренд.

Открытие предприятия «Тюменские молочные фермы» на 4,6 тыс. голов дойного стада (входит в ГК «Дамате») состоялось в конце 2017 года. Инвестиции в проект — 5,6 млрд руб. Сейчас он находится на завершающем этапе выхода на плановую мощность — 45 тыс. т молока в год, рассказывает гендиректор компании Андрей Григоращенко. По итогам этого года будет надоено уже около 32 тыс. т. «Сейчас мы производим 114 т в сутки при проектном показателе в 120 т, при этом речь идет о молоке высшего сорта, — отмечает руководитель. — Среднесуточный надой на голову составляет 32,3 л в день».

«Молвест» в уходящем году вложил в реализацию инвестиционных планов более 3,5 млрд руб., из них около 1,5 млрд руб. было направлено в перерабатывающие мощности, рассказывает гендиректор компании Анатолий Лосев. Сейчас холдинг находится в активной стадии модернизации Калачеевского сырзавода. Новое оборудование и технологии позволят заводу расширить линейку сыров. Пока предприятие выпускает до 10 тыс. т сыра в год. Компания уже начала производство таких видов сыров, как сулугуни и буррата, а также запустила и совсем новую продукцию — овощные йогурты с тыквой и морковью. Порадовали компанию результаты уходящего года по сливочному маслу: объемы продаж прогнозируются на уровне плюс 74% к прошлому году. Расширяет «Молвест» и собственное производство сырья. Летом в Верхнем Мамоне Воронежской области была открыта новая ферма на 2,2 тыс. голов, что позволило увеличить общий надой в этом году на 21%, уточняет топ-менеджер.

«Ничего необычного» не произошло в этом году для компании «Умалат», утверждает ее гендиректор Алексей Мартыненко. По его словам, предприятие на протяжении последних 10 лет ежегодно увеличивает объем производства на 15-20%. 2018-й тоже не стал исключением. В уходящем году «Умалат» вложил 700 млн руб. в реконструкцию и начал выпуск новой продукции — моцареллу кубиками для пиццы, сулугуни для хачапури и др. Ситуация со снижением закупочных цен на молоко (в среднем на 10%) была компании на руку, так как собственного производства сырья она не имеет. В результате доходность производства продукции «Умалата» по итогам года будет «чуть больше», добавляет Мартыненко, не уточняя цифр.

Свой третий молкомплекс на 1,5 тыс. голов дойного стада с объемом инвестиций в 1,2 млрд руб. запустила летом уходящего года в Павловском районе Воронежской области компания «Дон-агро», рассказывает Иван Доматюк. «Мы не пользуемся кредитами, вкладываем в развитие только собственные средства», — акцентирует внимание он. Ввод в эксплуатацию новой фермы позволит увеличить производство молока по итогам года на 10 тыс. т. Каждые сутки предприятие производит 150-160 т.

Удачным был год для подмосковного «Совхоза им. Ленина» (420 голов дойного стада), считает замдиректора предприятия по животноводству Данила Козлов. В прошлом году компания закончила модернизацию молочного комплекса и перешла на систему роботизированного доения. Прежде всего благодаря этому совхоз рассчитывает на увеличение надоев с каждой коровы в среднем с 9,7 тыс. л в 2017-м до 10,7 тыс. л по итогам уходящего года. «Получается, что даже при меньшей цене мы продаем молока на большую сумму», — подчеркивает Козлов. Однако он уточняет, что прирост объемов произошел не только за счет увеличения продуктивности, но и благодаря расширению дойного стада: год назад на предприятии было около 400 коров.

Беларусь ограничили
В течение года российские власти в лице Россельхознадзора неоднократно пытались ограничить ввоз молочной продукции из Белоруссии на территорию России. Первый раз — в конце февраля. Тогда предполагалось запретить импорт сырого и сухого молока (за исключением готовой продукции) со всех предприятий республики. Но сроки неоднократно переносились. Ввели ограничения только с 6 июня, но уже не только на сырье, но и на готовую продукцию. Ведомство объяснило свое решение «продолжающимся поступлением небезопасной молочной продукции». Запрещены были к ввозу пастеризованные, стерилизованные и ультрапастеризованные молоко и сливки наливом; сухие, концентрированные и сгущенные молоко и сливки; наливная, концентрированная и сухая молочная сыворотка, а также сывороточный концентрат и молочный белок. Запрет распространялся на указанные товары, поставляемые в потребительской упаковке объемом более 2,5 л. На продукцию, расфасованную в тару менее 2,5 л, ограничений не было.

В итоге, как следует из данных ФТС, по результатам девяти месяцев объем импорта молочной продукции был все-таки снижен практически по всем позициям, за исключением сыра и творога, где объем ввоза (с учетом поставок из стран ЕАЭС) был значительно увеличен — со 146,9 тыс. т до 259,4 тыс. т (+76,6%). Объем сухого молока сократился с 165,2 тыс. т до 93,2 тыс. т, цельного молока — с 223,8 тыс. т до 192,2 тыс. т, молочной сыворотки — с 66,7 тыс. т до 38,5 тыс. т. «Закрытие Белоруссии позволило частично распродать остатки. Кроме того, это сформировало повышенный спрос на сырое молоко и в итоге определенным образом „разогнало" цены, — комментирует Артем Белов из «Союзмолока». — К концу года запасы будут существенно ниже, чем в 2017-м, что также будет поддерживать цену на сырое молоко в 2019 году».

Впрочем, после консультаций с белорусской стороной в октябре частично запрет на поставки был снят: пяти белорусским предприятиям разрешили импортировать в Россию продукцию с начала ноября. При этом она должна сопровождаться электронным ветсертификатом. Россельхознадзор заверил российских потребителей, что разрешил ввоз, потому что получил гарантии качества молочных продуктов от Минсельхоза Белоруссии.

Продолжат инвестировать

Несмотря на трудности сезона, в целом инвестпривлекательность отрасли по итогам 2018 года выросла, считают эксперты. Сектор остается привлекательным, прежде всего потому, что все еще есть резерв для замещения импорта, а также по-прежнему наблюдается «хроническое недопотребление» молочной продукции, считает Петрова. «Участники рынка видят, что работа государства над совершенствованием нормативной базы и мер поддержки продолжается. Поэтому многие интересуются производством сырья, готовой продукции, — рассказывает исполнительный директор Российского союза предприятий молочной отрасли (РСПМО) Людмила Маницкая. — К нам, например, поступает множество запросов и от иностранных инвесторов, которые хотели бы вложиться в российское молочное производство».

В 2019 году рост объемов производства товарного молока благодаря продолжающемуся строительству новых крупных комплексов продолжится и составит не менее 2%, прогнозирует Марина Петрова. При этом рост в категории КФХ будет наблюдаться в большей степени за счет перевода ЛПХ в фермерские хозяйства, а не за счет роста производства в самих КФХ, добавляет она.

Ключевой фактор для молочной отрасли — показатели развития экономики в целом. Только общее улучшение экономической ситуации может сделать прогноз более оптимистичным. «Но в связи с введением новых и новых санкций в отношении России, ростом цен на энергоносители, повышением ключевой ставки и налогов об этом пока говорить не приходится», — заключает Петрова.

Артем Белов отмечает два принципиальных фактора, которые будут влиять на молочный рынок в следующем году. Во-первых, многое зависит от того, как станут меняться доходы населения и, соответственно, спрос на готовую продукцию. Во-вторых, большое значение имеет то, насколько сбалансированные отношения удастся выстроить с Белоруссией. «Безусловно, важную роль будут играть эффективность борьбы с фальсификатом, конъюнктура мирового рынка и, конечно, открытие экспорта в Китай», — добавляет эксперт.

О потенциальной возможности поставок в КНР стало известно в ноябре. «Нами была проделана большая работа по обеспечению доступа сельскохозяйственной продукции на китайский рынок. В ходе визита в Китай достигнуты договоренности, в соответствии с которыми перед отечественными производителями открывается перспектива экспорта ряда наименований животноводческой продукции (в том числе молочной). Мы рассчитываем, что первые поставки состоятся уже в этом году», — заявлял министр сельского хозяйства России Дмитрий Патрушев. Пока же вывоз осуществляется преимущественно в страны СНГ. По данным ФТС за восемь месяцев, экспорт российской молочной продукции составил 82,6 тыс. т на $112 млн. По прогнозам Минсельхоза, в уходящем году объем поставок за рубеж увеличится на 16% к уровню прошлого года, когда было вывезено 700 тыс. т «молочки» (в основном кисломолочной продукции, сыров, сырных продуктов и творога).

Впрочем, вне зависимости от того, откроют Китай или нет, производители молока и продукции из него намерены и дальше активно инвестировать в развитие. В ближайших планах «Молвеста» — увеличение поголовья собственного стада и развитие направления по продаже нетелей, а также рост объемов производства и переработки молока, расширение ассортиментной линейки продукции, перечисляет Лосев. В частности, холдинг планирует строительство современного комплекса для молодняка на 7 тыс. голов и новых молочных ферм в Воронежской области. В 2019 году компания планирует завершить и реконструкцию Калачеевского сырзавода. По мнению топ-менеджера, реализации проектов могут помешать потенциальные риски и текущее состояние российской экономики: продолжение сокращения спроса и растущий уровень инфляции, вызванный изменением курсов валют, предстоящее повышение ставки НДС и увеличение цен на ГСМ. «Хотя мы все же рассчитываем на позитивные прогнозы экономического развития и стабильности в России, — оптимистичен Лосев. — Для этого есть ряд объективных причин, например, в ближайшем будущем должна быть реализована программа замещения импорта, а адаптационные меры смогут защитить страну от сырьевых конъюнктурных изменений».

Этим летом приняла решение о расширении своего животноводческого комплекса до 6 тыс. голов дойного стада «Дамате», рассказывает Андрей Григоращенко. Строительство третьей очереди в Голышмановском районе Тюменской области начнется в 2019 году. Дополнительные инвестиции составят 1 млрд руб. В результате валовой объем производства молока увеличится до 55 тыс. т в год.

По-прежнему удивляет масштабностью планов «Эко-Нива». В 2019 году компания рассчитывает построить еще 15 молочных комплексов на 51 тыс. коров, рассказывает Штефан Дюрр. С этим проблем не будет, если сохранятся CAPEX и льготные кредиты, верит он. Также холдинг будет увеличивать переработку молока и расширять ассортимент собственных молочных продуктов. Не исключает предприниматель и возможности расширения бизнеса и земельного банка за счет покупки новых хозяйств.

Работают без гарантий стоимости
Айрат Хайруллин, Зампредседателя комитета Госдумы по аграрным вопросам
Одна из проблем, мешающих производителям молока планировать свою работу, заключается в том, что переработчики в большинстве своем не хотят заключать долгосрочные контракты с фиксированной ценой, как это рекомендует Минсельхоз. В конце осени они предлагали договоры максимум до весны, а аграриев интересует контракт хотя бы на год. Это не очень хороший тренд, так как производство молока — очень капиталоемкий бизнес с длинным циклом. Развитие отрасли возможно только при гарантированной цене, обеспечивающей возврат инвестиций, иначе желающих вкладывать свои деньги в сектор будет все меньше.

Максим Никиточкин, Руководитель проектов, АПК
За три квартала этого года инвестиции в основной капитал сельского хозяйства выросли на 9,7% относительно аналогичного периода прошлого года, составив 262,8 млрд руб., оценил Росстат. На долю отрасли пришлось 3,3% вложений по экономике в целом, которые составили 7,95 трлн руб. Это на 1,4% больше, чем в январе-сентябре 2017-го. В 1990-е годы сельское хозяйство называли черной дырой, «тем местом, куда нельзя инвестировать деньги», напомнил премьер-министр Дмитрий Медведев в ходе интервью пяти телеканалам. Сейчас отрасль решила основные задачи по продовольственной безопасности России и перед ней ставятся экспортные задачи. «Нашей стране самим небом, как принято говорить, предназначено кормить всю планету. И мы будем стараться это делать », — отметил Медведев.
Напряженная геополитическая обстановка не способствует притоку прямых иностранных вложений
За три квартала этого года инвестиции в основной капитал сельского хозяйства выросли на 9,7% относительно аналогичного периода прошлого года, составив 262,8 млрд руб., оценил Росстат. На долю отрасли пришлось 3,3% вложений по экономике в целом, которые составили 7,95 трлн руб. Это на 1,4% больше, чем в январе-сентябре 2017-го. В 1990-е годы сельское хозяйство называли черной дырой, «тем местом, куда нельзя инвестировать деньги», напомнил премьер-министр Дмитрий Медведев в ходе интервью пяти телеканалам. Сейчас отрасль решила основные задачи по продовольственной безопасности России и перед ней ставятся экспортные задачи. «Нашей стране самим небом, как принято говорить, предназначено кормить всю планету. И мы будем стараться это делать », — отметил Медведев.

Несмотря на некоторое замедление роста, агросектор остается одним из самых интересных направлений для вложений, уверен руководитель центра компетенций в АПК КПМГ в России и СНГ Виталий Шеремет. Однако инвестиционный климат в стране в целом остается не самым благоприятным, в первую очередь потенциальные инвесторы — в частности иностранные — видят риски в возможном расширении и усилении западных санкций.

Хотя, по словам Медведева, из-за санкций и ответных мер наша торговля потеряла приблизительно $100 млрд, сельское хозяйство в этой ситуации выиграло. Правда, если сначала санкции и последовавшее за ними продэмбарго помогли агросектору расти, то сейчас эффект исчерпан. В отличие от того периода, когда замещение импорта в значительной мере финансировалось потребителем, сегодня мы близки к перепроизводству в некоторых категориях, что остро ставит вопрос увеличения экспорта продукции АПК, обращает внимание Шеремет. А чтобы оставаться конкурентными на мировых рынках, нам нужно не только снижать стоимость производства, также важен доступ к технологиям, нужны дешевые и длинные деньги, новые инвесторы. «Это все то, чего российский АПК лишается в условиях санкций, которые не позволяют привлечь в сектор большой объем глобальных финансов, в то время как в мире наблюдается рост интереса к отрасли в целом и к российскому АПК в частности», — рассказал эксперт «Агроинвестору». На фоне санкций снижается конкуренция между источниками капитала на рынке России, соответственно, растут риски и стоимость заемных средств, соглашается заместитель начальника департамента стратегического развития и экономического прогнозирования Центра экономического прогнозирования Газпромбанка Дарья Снитко.

С одной стороны, наличие санкций увеличивает срок действия контрсанкций, поэтому российские производители оказываются в защищенном положении, с другой — напряженная геополитическая обстановка не способствует притоку прямых иностранных инвестиций, рассуждает руководитель проектов практики АПК «НЭО Центра» Максим Никиточкин. Впрочем, это не мешает инвестировать действительно заинтересованным компаниям. К тому же кроме западных, есть и российские инвесторы — как профильные, так и непрофильные, которые проявляют активный интерес к агросектору и запускают новые производства, добавляет Шеремет.

По оценке «Черкизова», инвестиционный климат в стране достаточно благоприятный. «В 2019 году мы планируем увеличить инвестиции на 30%, — говорит руководитель направления стратегического маркетинга компании Андрей Дальнов. — Основными проектами станут строительство новых свинокомплексов в Пензенской области, увеличение мощностей по производству колбас (завод „Кашира-2") и возведение завода по глубокой переработке сои в Липецкой области».

Инвестиции «Русагро» в этом году достигнут рекордных 22 млрд руб., в следующем холдинг также намерен увеличивать вложения, делится гендиректор группы Максим Басов. В частности, она планирует развивать молочный бизнес, хочет стать одним из крупнейших в стране производителей сыра, а также намерена приобрети активы компании «Солнечные продукты», чтобы создать крупнейший масложировой холдинг в стране.

«АФГ Националь» тоже продолжит расти: в 2019 году компания рассчитывает заложить еще 500 га яблоневых садов по суперинтенсивной технологии дополнительно к имеющимся 700 га. «Сейчас это наиболее капиталоемкий проект холдинга, в который инвестировано уже более 6 млрд руб.», — уточняет гендиректор компании Юрий Белов.
Инна Гольфанд, Партнер, АПК
Мировое производство орехов всех видов в последние несколько лет активно растет, прибавляя в среднем по 3,5% в год. Так, с 2014-го по 2017 год глобальный валовой сбор, по оценке Минсельхоза США (USDA), увеличился почти на 1 млн т до 6,4 млн т. Лидером по объемам производства в этом сегменте являются США (доля рынка — 22%), на Россию же приходится менее 1%, рассказала «Агроинвестору» партнер практики АПК компании «НЭО Центр» Инна Гольфанд. В прошлом году наибольшую долю в мировом урожае орехов всех видов занимал грецкий орех — 30%. Почти столько же — 29% — пришлось на миндаль. На третьем месте по объемам производства находился кешью (19%).
Доля России в мировом сборе орехов не превышает 1%
Активность инвесторов в этой отрасли остается невысокой

Мировое производство орехов всех видов в последние несколько лет активно растет, прибавляя в среднем по 3,5% в год. Так, с 2014-го по 2017 год глобальный валовой сбор, по оценке Минсельхоза США (USDA), увеличился почти на 1 млн т до 6,4 млн т. Лидером по объемам производства в этом сегменте являются США (доля рынка — 22%), на Россию же приходится менее 1%, рассказала «Агроинвестору» партнер практики АПК компании «НЭО Центр» Инна Гольфанд. В прошлом году наибольшую долю в мировом урожае орехов всех видов занимал грецкий орех — 30%. Почти столько же — 29% — пришлось на миндаль. На третьем месте по объемам производства находился кешью (19%).

Производство орехоплодных культур в России тоже постепенно увеличивается благодаря расширению их площадей. Средний прирост с 2013-го по 2017 год составил 5% в год. Так, если в 2013-м было собрано около 12,8 тыс. т орехов (из них 8,8 тыс. т пришлось на грецкий орех, 4 тыс. т — на фундук), то в 2016-м — 18,6 тыс. т (12,8 тыс. т и 5,8 тыс. т соответственно). В прошлом году Росстат фиксировал снижение объемов из-за неурожая в Крыму, отмечает эксперт. В целом в 2017-м было выращено 15,6 тыс. т орехов (10,7 тыс. т грецкого и 4,9 тыс. т фундука). «Основное производство орехов сосредоточено на Юге страны и Северном Кавказе, — говорит Инна Гольфанд. — При этом сельхозпредприятия выращивают всего 3,4% от общего объема, на КФХ приходится еще около 0,3%, остальное же дают хозяйства населения». Пока в структуре сбора преобладает грецкий орех — почти 70% от общего производство, оставшаяся доля — у фундука.

Отечественный рынок орехов включает большой ассортимент продукции: грецкий орех, миндаль, кешью, фисташки, фундук и другие виды. Но основную роль здесь играют импортные поставки. «Доля иностранной продукции на нашем рынке орехов близка к 100%», — обращает внимание эксперт. После введения продовольственного эмбарго ввоз орехов в Россию сокращался, но только до 2016 года, тогда был завезен минимальный за последние пять лет объем. В частности, грецкого ореха, по данным ФTC, импортировано лишь 990 т на $6,4 млн. С 2017-го объем его ввоза в натуральном выражении практически вернулся на уровень 2013 года и составил 2,5 тыс. т против 2,8 тыс. т. В деньгах закупки увеличились с $15,1 млн в 2013-м до $16,3 млн в прошлом году. Основным поставщиком грецкого ореха в Россию до введения эмбарго была Украина (50% от общего ввоза в 2013-м). Впоследствии ее объемы заместил орех из Чили (51%).

В последнее время на российском рынке наблюдается увеличение интереса инвесторов к выращиванию орехов, говорит Инна Гольфанд. Тем не менее, несмотря на хороший потенциал, пока рано говорить о масштабных вложениях: объявленные промышленные проекты можно пересчитать по пальцам одной руки. Так, в 2016 году свой первый фундучный сад в Северной Осетии заложила компания «Елети Альба». Сейчас его площадь составляет около 100 га с перспективой увеличения до 250 га. Тогда же на 210 га в Адыгее высадили фундук и грецкий орех «Черкесские сады». Потенциальная площадь сада компании может составить до 1,15 тыс. га. В прошлом году в Краснодарском крае появился сад предприятия «Ноосфера». Пока это 5,6 га, на которых кроме грецкого и лесного орехов планируется выращивать пекан. В перспективе инвестор рассчитывает довести площадь насаждений до 1 тыс. га. В этом году в Дагестане начал реализацию проект компании «Стальские сады». Потенциал посадок оценивается в 300 га. Крупнейший же плодоносящий ореховый сад принадлежит компании «Орехпром Агро» в Адыгее. Его площадь составляет 475 га с перспективой увеличения до 2 тыс. га.
Максим Никиточкин, Руководитель проектов, АПК
Сухие молочные продукты могут стать перспективным экспортным направлением для российской отрасли, взявшей в этом году курс на внешние рынки, считают эксперты. О том, какая ситуация складывается сегодня с отраслью производства сухого молока в стране и стоит ли ждать новых инвесторов в секторе Milknews рассказал руководитель проектов практики АПК компании "НЭО Центр" Максим Никиточкин.
Максим Никиточкин: Российский рынок сухого молока очень зависим от импорта
Сухие молочные продукты могут стать перспективным экспортным направлением для российской отрасли, взявшей в этом году курс на внешние рынки, считают эксперты. О том, какая ситуация складывается сегодня с отраслью производства сухого молока в стране и стоит ли ждать новых инвесторов в секторе Milknews рассказал руководитель проектов практики АПК компании "НЭО Центр" Максим Никиточкин.

Российский рынок сухого молока сегодня очень зависим от импорта. 2/3 используемого в России сухого молока импортируется: 80% от этого объема ввозит Белоруссия, оставшиеся 20% поделены между Аргентиной, Турцией, Швейцарией, Новой Зеландией и другими странами.

В России есть и свое производство, но эти компании нельзя назвать действительно крупными. Основные российские производители сухого молока: Чебаркульское молоко (Челябинск), Мелеузовский МКК (Башкирия), Княгинское молоко (Нижний Новгород), Валуйское молоко (Белгород), ТД «Продхолдинг» (Челябинск). Всё российское производство составляет всего около 90 тыс. т/год сухого молока.

Производство сухого молока в России достаточно нишевый бизнес, требующий профицита молока в регионе. Основные проблемы производства: нехватка самого сырья (молока), его невысокое качество (много мелких поставок с различными микробиологическими показателями) и себестоимость производимого сухого молока велика вследствие достаточно высоких цен на сырье (сравнительно с Беларусью). С учетом вышеуказанных факторов приход новых инвесторов в рассматриваемый сегмент выглядит маловероятным.
Инна Гольфанд, Партнер, АПК
Супермаркеты и суперинфекции! Как убийственные вирусы попадают на наши столы? Почему дорожает дешёвая еда? Мясо из пробирки и буханка хлеба за полторы тысячи рублей
Сергей Дёмин, Младший Партнер, Стратегия и операционная эффективность
Правительство выделит более 75 млрд руб. из федерального бюджета на деятельность публично-правовой компании (ППК) — государственного интегратора региональных операторов по обращению с отходами. Госкомпания по переработке и утилизации мусора будет создана до конца 2019 года. О том, будет ли выгодно бизнесу подключаться к данной теме, рассуждает для РБК младший партнер НЭО Сергей Демин.
Госкомпания на рынке переработки мусора получит 75 млрд руб. из бюджета
Госкомпания по переработке и утилизации мусора будет создана до конца 2019 года, рассказал РБК замминистра природных ресурсов Денис Храмов. Она получит из бюджета более 75 млрд руб., бизнес должен вложить втрое больше

75 млрд руб. из бюджета на мусор

Правительство выделит более 75 млрд руб. из федерального бюджета на деятельность публично-правовой компании (ППК) — государственного интегратора региональных операторов по обращению с отходами. Об этом РБК рассказал первый заместитель министра природных ресурсов Денис Храмов, который является администратором нацпроекта «Экология» и руководителем входящего в него проекта «Комплексная система обращения с твердыми коммунальными отходами».

«Мы хотим создать субъект, который сможет привлечь инвестиции три к одному под государственное софинансирование, три рубля частных к одному государственному рублю, чтобы побудить частных инвесторов вкладываться в строительство мусороперерабатывающих мощностей», — добавил он.

Таким образом, на 75 млрд руб. государственных средств частные компании должны вложить 225 млрд руб., а общие инвестиции составят около 300 млрд руб. Это примерно соответствует бюджету проекта «Комплексная система обращения с твердыми коммунальными отходами» (291 млрд руб.), который как раз предполагает создание системы переработки и утилизации отходов по всей стране на условиях государственно-частного партнерства, а ППК в этом проекте отводится ключевая роль компании-интегратора.

В материалах рабочей группы по содействию реализации новых инвестпроектов при Минфине, созданной по инициативе помощника президента Андрея Белоусова, также упоминается о проектах строительства комплексов по обработке, размещению и утилизации твердых коммунальных отходов (ТКО) стоимостью 290 млрд руб., из которых 180 млрд руб. привлекут от частных инвесторов. В этих проектах готовы участвовать компания «Лидер» (ее крупнейший акционер — НПФ «Газфонд»), которая намерена вложить 100 млрд руб., группа ВИС Игоря Снегурова (минимум 15 млрд руб.), а также «Еврохим» Андрея Мельниченко с первоначальными инвестициями 3,5 млрд руб. в пилотный проект по строительству мусороперерабатывающего производства.

«Число потенциальных инвесторов в переработку ТКО не ограничится списком этих компаний», — сказал РБК Храмов, не назвав других участников.

Представители «Еврохима» отказались от комментариев, в пресс-службе «Лидера» и ВИС пока не ответили на запросы РБК.
Владелец оператора переработки отходов «Хартия» Игорь Чайка говорит, что частный бизнес уже инвестирует собственные средства. «У нас инвестиции в инфраструктуру в Ярославской области до 2024 года составляют около 4 млрд руб. Я не вынимаю прибыль, 100% вкладываю в стратегическое развитие и планирую расширять географию присутствия компании», — сказал он РБК. Относительно заявленной инвестпрограммы ППК Чайка заметил, что «75 млрд или 175 млрд руб. — это практика покажет». «Если будет пример эффективного и целевого использования, если будут примеры успеха с конечным результатом, а не постоянный процесс ради процесса, то государству и дальше будет выгодно инвестировать в отрасль», — подчеркнул он.

Частный бизнес может заинтересовать безвозмездная компенсация части инвестзатрат на строительство мусороперерабатывающих заводов, добавляет младший партнер практики стратегии и операционной эффективности компании «НЭО Центр» Сергей Демин.

Центр по переработке и утилизации отходов

Выделение средств новой госкомпании позволит достичь утилизации 36% твердых коммунальных отходов к 2024 году, подчеркнул Храмов. Сейчас этот показатель почти в десять раз меньше — 4%.

Ежегодно в России производится около 70 млн т твердых коммунальных отходов, из них на переработку идет только 5 млн т мусора, план на 2024 год — 42 млн т. А утилизация отходов за шесть лет должна вырасти еще сильней — с 2,1 млн до 25 млн т, добавил собеседник РБК. По оценке Минпромторга, для нужд всей России понадобится порядка 130 мусороперерабатывающих заводов.

Функционал ППК пока не прописан: сначала должен быть выпущен указ президента о ее создании, потом наберут персонал и назначат руководителя. Проект этого указа направлен в правительство, сейчас он согласовывается с главным правовым управлением администрации президента. «Мы планируем, что компания будет создана до конца года», — сказал Храмов.

Новая госкомпания будет подчиняться Минприроды. Она должна скоординировать усилия региональных операторов по переработке и утилизации мусора. «Постоянно проводя с региональными операторами по мусору селекторные совещания, мы видим, что они зачастую друг с другом даже информацией не делятся и не знают, как решить общие проблемы с отходами. А тут появится центр, который собирает все воедино. Те операторы, которые только входят в реформу [отрасли обращения с отходами], смогут обратиться туда как за советом, так и за софинансированием», — утверждает чиновник. Госкомпания должна заняться тарификацией, выравниванием территориальных схем обращения с отходами, работой с законодательством и информированием населения, подтверждает Чайка. «Ей предстоит стать агрегатором всех процессов в формирующейся отрасли обращения с отходами», — добавил он.

В чем заключается «мусорная реформа»

В России с 1 января 2019 года должен начаться переход на новую систему утилизации отходов, для запуска которой до 1 марта 2019 года в регионах должны принять территориальные схемы обращения с мусором. К тому же до 1 мая 2019 года местные власти должны провести конкурс по выбору регионального оператора по вывозу и переработке отходов, а до 1 июля — утвердить новые тарифы для граждан.

Публично-правовая компания должна стать институтом развития, который снимет инвестиционную составляющую с тарифа регионального оператора. «Это не подмена регионального оператора или единый федеральный оператор, который придет и выстроит всех для работы под одну дудку. При этом это не просто компания, которая будет заниматься нормотворчеством. Она может стать и совладельцем строящихся мощностей», — уточнил Храмов. По его словам, в интересах как региональных операторов, так и бизнеса ППК сможет выпускать облигационные займы под конкретные проекты, субсидировать процентную ставку по банковским кредитам, давать гарантии, компенсировать купонный доход по облигациям и так далее.

Господдержка в форме субсидий или капитального гранта улучшит финансовые показатели проекта, но вхождение в проект госкомпании влечет за собой дополнительную ответственность частного бизнеса по отчетности о расходовании средств, а также обоснованию их целевого использования, предупредил Сергей Демин.
Максим Никиточкин, Руководитель проектов, АПК
Минсельхоз рассчитывает, что в этом году производство сельхозпродукции вырастет на 1% против 2,5% в 2017-м. По итогам года ожидается увеличения экспорта сельхозпродукции до $26 млрд против $20,7 млрд в 2017-м. Отсюда продолжаются разговоры про увеличение экспорта, что повлечет за собой изменения и в самом секторе АПК. Руководитель проектов НЭО Максим Никиточкин рассказал «Агроинвестору» свое мнение на этот счет.
Минсельхоз прогнозирует рост АПК на 1%
Экспорт сельхозсырья и продовольствия в этом году увеличится до $26 млрд

Минсельхоз рассчитывает, что в этом году производство сельхозпродукции вырастет на 1% против 2,5% в 2017-м. Глава ведомства Дмитрий Патрушев подтвердил прежний прогноз министерства на встрече с президентом Владимиром Путиным. Хотя динамика будет меньше прошлогодней, все-таки это будет рост, подчеркнул министр, добавив, что надеется на сохранение этого тренда в 2019 году. Патрушев напомнил, что с января по август сельхозпроизводство увеличивалось, в августе было снижение показателей на 11%, в сентябре — на 6%. В октябре, по данным Росстата, прирост составил 11,9%, однако по итогам десяти месяцев статведомство зафиксировало сокращение на 1,3%.

Прогноз социально-экономического развития страны, подготовленный Минэкономразвития, предполагает, что в этом году сельхозпроизводство увеличится на 1,1%, однако в конце октября глава ведомства Максим Орешкин допустил, что результат может оказаться отрицательным. По его словам, третий квартал во многом определяет ситуацию в отрасли, а по его итогам было падение на 3,3% — сказалось снижение урожая после рекорда прошлого года.

Урожай зерна составил 110 млн тонн

Патрушев в разговоре с Путиным сказал, что зерновые и зернобобовые агрокультуры в стране убраны на 100%. «Главное, что, несмотря на несколько неблагоприятные погодные условия, нам удалось собрать хороший урожай — 110 млн т в чистом весе, это на 11% больше, чем среднегодовые значения за последние пять лет», — отметил министр (цитата по сайту Кремля). На сайте Минсельхоза представлена информация о ходе уборочных работ на 30 ноября: зерно было обмолочено на 99,2%, получено 116,5 млн т в бункерном весе. В 2017-м валовой сбор зерна достиг рекордных 135,4 млн т.

Патрушев подтвердил, что собранный урожай зерна позволит направить на экспорт запланированные объемы — 39 млн т, в том числе 34 млн т пшеницы. По данным ФТС на 29 ноября вывоз составил 24,3 млн т — на 10,1% больше, чем годом ранее.

Также глава Минсельхоза сказал, что ведомство рассчитывает на урожай масличных 18 млн т — на 1,5 млн т больше, чем годом ранее. Согласно данным ведомства на 30 ноября, подсолнечник был обмолочен с 97,6% площадей, валовой сбор составил 12,5 млн т; соя убрана на 95,2%, урожай агрокультуры достиг 4 млн т; рапс собрали с 96,8% площадей, получив 2,1 млн т. Производство масличных в этом году побьет рекорд, говорил ранее «Агроинвестору» гендиректор аналитической компании «ПроЗерно» Владимир Петриченко. Он оценивал валовой сбор основных агрокультур на уровне 17,4 млн т.

Кроме того, по словам Патрушева, практически завершен сбор сахарной свеклы — он превысил 41 млн т. Урожай картофеля в сельхозорганизациях и КФХ составил 6,7 млн т, овощей открытого грунта — 4,2 млн т. Валовой сбор плодов и ягод министр оценил в 1 млн т.

Экспорт — драйвер отрасли

По итогам года Минсельхоз ожидает увеличения экспорта сельхозпродукции до $26 млрд против $20,7 млрд в 2017-м, сказал Дмитрий Патрушев. В январе-сентябре 2018-го поставки сельхозсырья и продовольствия были на уровне $17,7 млрд — на 25,7% больше, чем за аналогичный период прошлого года, следует из данных ФТС. В том числе вывоз злаков составил около $7,6 млрд, прибавив почти 55% к уровню трех кварталов 2017-го. Согласно майскому указу главы государства, к 2024 году экспорт сельхозсырья и продовольствия необходимо увеличить до $45 млрд.

Согласно прогнозу социально-экономического развития России до 2036 года, подготовленному Минэкономразвития, реализация экспортного потенциала отечественного АПК станет одним из факторов, определяющих динамику развития отрасли в следующие 18 лет. Ведомство рассчитывает, что к 2030 году производство сельхозпродукции увеличится на 31,6% относительно уровня 2018-го, к 2036-му рост составит 55%. В следующие пять лет сельское хозяйство будет прирастать в среднем на 2,1% в год, затем динамика увеличится до 2,6% (2025-2030) и до 2,8% (2031-2036).

Благодаря развитию переработки и экспорта в долгосрочной перспективе агросектор продолжит расти, считает заместитель начальника департамента стратегического развития и экономического прогнозирования Центра экономического прогнозирования Газпромбанка Дарья Снитко. Однако она сомневается, что динамика роста АПК будет опережать темпы повышения ВВП, как это было в 2012—2017 годах. «Есть сектора, которые, как ожидается, станут увеличиваться быстрее: инфраструктура и строительство, химический комплекс», — прокомментировал эксперт «Агроинвестору».

Программа развития внешних продаж сельхозсырья и продовольствия способна стать катализатором изменений в секторе, определяющих не только его рост, но и позитивную динамику в смежных отраслях — агрохимии, машиностроении, пищевой промышленности и др., уверен руководитель центра компетенций в АПК КПМГ в России и СНГ Виталий Шеремет. Правда, руководитель проектов практики АПК «НЭО Центра» Максим Никиточкин считает, что ситуация на внешних рынках слабо влияет на потенциал российского сельского хозяйства: в основном он все-таки заключен на внутреннем рынке. Это связано с тем, что у нас нет широко известных за рубежом продовольственных брендов, уровень переработки сельхозсырья достаточно низкий, к тому же существуют логистические ограничения, поясняет он.

Максим Никиточкин, Руководитель проектов, АПК
Агрохолдинг «Степь» (входит в «АФК Система») купил крупнейшего в России сахарного трейдера — ростовскую компанию «Инвестпром-опт», сообщил «Коммерсантъ» со ссылкой на гендиректора «Степи» Андрея Недужко. По его словам, сделка была закрыта на этой неделе. С вопросом «для чего нужна эта сделка?» журнал «Агроинвестор» обратился к НЭО.
Минсельхоз прогнозирует рост АПК на 1%
Экспорт сельхозсырья и продовольствия в этом году увеличится до $26 млрд

Минсельхоз рассчитывает, что в этом году производство сельхозпродукции вырастет на 1% против 2,5% в 2017-м. Глава ведомства Дмитрий Патрушев подтвердил прежний прогноз министерства на встрече с президентом Владимиром Путиным. Хотя динамика будет меньше прошлогодней, все-таки это будет рост, подчеркнул министр, добавив, что надеется на сохранение этого тренда в 2019 году. Патрушев напомнил, что с января по август сельхозпроизводство увеличивалось, в августе было снижение показателей на 11%, в сентябре — на 6%. В октябре, по данным Росстата, прирост составил 11,9%, однако по итогам десяти месяцев статведомство зафиксировало сокращение на 1,3%.

Прогноз социально-экономического развития страны, подготовленный Минэкономразвития, предполагает, что в этом году сельхозпроизводство увеличится на 1,1%, однако в конце октября глава ведомства Максим Орешкин допустил, что результат может оказаться отрицательным. По его словам, третий квартал во многом определяет ситуацию в отрасли, а по его итогам было падение на 3,3% — сказалось снижение урожая после рекорда прошлого года.

Урожай зерна составил 110 млн тонн

Патрушев в разговоре с Путиным сказал, что зерновые и зернобобовые агрокультуры в стране убраны на 100%. «Главное, что, несмотря на несколько неблагоприятные погодные условия, нам удалось собрать хороший урожай — 110 млн т в чистом весе, это на 11% больше, чем среднегодовые значения за последние пять лет», — отметил министр (цитата по сайту Кремля). На сайте Минсельхоза представлена информация о ходе уборочных работ на 30 ноября: зерно было обмолочено на 99,2%, получено 116,5 млн т в бункерном весе. В 2017-м валовой сбор зерна достиг рекордных 135,4 млн т.

Патрушев подтвердил, что собранный урожай зерна позволит направить на экспорт запланированные объемы — 39 млн т, в том числе 34 млн т пшеницы. По данным ФТС на 29 ноября вывоз составил 24,3 млн т — на 10,1% больше, чем годом ранее.

Также глава Минсельхоза сказал, что ведомство рассчитывает на урожай масличных 18 млн т — на 1,5 млн т больше, чем годом ранее. Согласно данным ведомства на 30 ноября, подсолнечник был обмолочен с 97,6% площадей, валовой сбор составил 12,5 млн т; соя убрана на 95,2%, урожай агрокультуры достиг 4 млн т; рапс собрали с 96,8% площадей, получив 2,1 млн т. Производство масличных в этом году побьет рекорд, говорил ранее «Агроинвестору» гендиректор аналитической компании «ПроЗерно» Владимир Петриченко. Он оценивал валовой сбор основных агрокультур на уровне 17,4 млн т.

Кроме того, по словам Патрушева, практически завершен сбор сахарной свеклы — он превысил 41 млн т. Урожай картофеля в сельхозорганизациях и КФХ составил 6,7 млн т, овощей открытого грунта — 4,2 млн т. Валовой сбор плодов и ягод министр оценил в 1 млн т.

Экспорт — драйвер отрасли

По итогам года Минсельхоз ожидает увеличения экспорта сельхозпродукции до $26 млрд против $20,7 млрд в 2017-м, сказал Дмитрий Патрушев. В январе-сентябре 2018-го поставки сельхозсырья и продовольствия были на уровне $17,7 млрд — на 25,7% больше, чем за аналогичный период прошлого года, следует из данных ФТС. В том числе вывоз злаков составил около $7,6 млрд, прибавив почти 55% к уровню трех кварталов 2017-го. Согласно майскому указу главы государства, к 2024 году экспорт сельхозсырья и продовольствия необходимо увеличить до $45 млрд.

Согласно прогнозу социально-экономического развития России до 2036 года, подготовленному Минэкономразвития, реализация экспортного потенциала отечественного АПК станет одним из факторов, определяющих динамику развития отрасли в следующие 18 лет. Ведомство рассчитывает, что к 2030 году производство сельхозпродукции увеличится на 31,6% относительно уровня 2018-го, к 2036-му рост составит 55%. В следующие пять лет сельское хозяйство будет прирастать в среднем на 2,1% в год, затем динамика увеличится до 2,6% (2025-2030) и до 2,8% (2031-2036).

Благодаря развитию переработки и экспорта в долгосрочной перспективе агросектор продолжит расти, считает заместитель начальника департамента стратегического развития и экономического прогнозирования Центра экономического прогнозирования Газпромбанка Дарья Снитко. Однако она сомневается, что динамика роста АПК будет опережать темпы повышения ВВП, как это было в 2012—2017 годах. «Есть сектора, которые, как ожидается, станут увеличиваться быстрее: инфраструктура и строительство, химический комплекс», — прокомментировал эксперт «Агроинвестору».

Программа развития внешних продаж сельхозсырья и продовольствия способна стать катализатором изменений в секторе, определяющих не только его рост, но и позитивную динамику в смежных отраслях — агрохимии, машиностроении, пищевой промышленности и др., уверен руководитель центра компетенций в АПК КПМГ в России и СНГ Виталий Шеремет. Правда, руководитель проектов практики АПК «НЭО Центра» Максим Никиточкин считает, что ситуация на внешних рынках слабо влияет на потенциал российского сельского хозяйства: в основном он все-таки заключен на внутреннем рынке. Это связано с тем, что у нас нет широко известных за рубежом продовольственных брендов, уровень переработки сельхозсырья достаточно низкий, к тому же существуют логистические ограничения, поясняет он.

Исследование практики АПК
В Татарстане выпустили инвестиционный гид по сельскому хозяйству с детальной информацией о состоянии агропромышленного комплекса региона и перспективах его развития. Документ, который представляет собой исследование, подготовила для региона консалтинговая компания "НЭО Центр".